Измена. Формула предательства - Колоскова Галина - Страница 3

— Ага, чтобы она хоть немного на живую стала похожа! — смеётся Юля. — А то ты, я смотрю, её в аскеты записал.

Они перебрасываются шутками. Тонкими, быстрыми. Юля смеётся, запрокидывая голову, касается его руки, рассказывая анекдот. Антон улыбается. По-настоящему. Так, как уже давно не улыбался мне.

Я сижу и смотрю на двух красивых, ухоженных, счастливых людей. И чувствую себя огромным, неповоротливым чудовищем, случайно забредшим на их вечеринку.

— Ладно, оставим вас, — наконец говорит Антон, снова становясь серьёзным. — Инна, не забудь, завтра к гинекологу. Записал тебя на десять. Юль, не задерживай её, ей надо отдыхать за двоих.

Он уходит. Юля поворачивается ко мне. Красивое лицо становится мягким, сочувствующим.

— Не обращай внимания. Он просто… не справляется. Боится. Мужчины они как дети — если сталкиваются с чем-то серьёзным, начинают вредничать или сбегают. Он привык видеть тебя тонкую, звонкую, с вечной улыбкой, а теперь… — она замолкает, бегло окинув меня взглядом, а потом машет рукой. — Переживёт. Родится малыш, приведёшь себя к прежним формам — он очухается, станет самым примерным папашей…

Она говорит это так убеждённо, что хочется верить — мои опасения всего лишь страх. Что под скорлупой раздражения и злости всё ещё тот Антон, что гордился мной.

С этого дня Юля начинает приходить чаще. Говорит, что мне нужна помощь, раз муж весь в работе. Она приносит еду («Полезную!»), помогает разобрать шкаф, освобождая место для детских вещей. И всё чаще, когда она здесь, Антон возвращается домой раньше. Или не уезжает, если она пришла утром.

Они болтают. Об искусстве, о путешествиях, о последних тенденциях. Юля говорит на его языке — языке денег, статуса, красивой жизни. Я сижу молча. Мой язык сейчас — это язык молекулярных формул и усталости. Он не для светских бесед.

Однажды я засыпаю на диване под звуки их смеха на кухне. Просыпаюсь через час. Смех затих. Я встаю, иду на кухню за водой. Они стоят у окна, спиной ко мне. Он что-то говорит ей шёпотом. Она слушает, склонив голову набок, и улыбается очень знакомой, интимной улыбкой.

Ледяная волна пробегает по позвоночнику. Отгоняю дурные мысли.

Нет. Не может быть! Это Юля. Моя подруга! Она просто помогает.

Я отступаю в темноту коридора, не выдавая своего присутствия. Возвращаюсь в спальню, ложусь, смотрю в потолок.

Это гормоны. Усталость. Паранойя. Он раздражён, он злой, но он не… А Юля… Она видит, через что я прохожу. Она не может.

Я закрываю глаза и пытаюсь загнать обратно тёмное, липкое подозрение. Оно не уходит. Оно уже здесь. Маленький, ядовитый зверёк, который поселился у меня в груди и тихо шепчет: «Проснись. Ты уже всё потеряла. Только ещё не знаешь об этом».

Глава 3

На экране УЗИ я вижу, как он сосёт пальчик, переворачивается. Маленькое сердце сына бьётся чётко и быстро, как крошечный моторчик жизни. Врач, пожилая женщина, улыбается мне впервые за все визиты.

— Всё идеально. Размеры соответствуют сроку. Сердцебиение отличное. Здоровый, крепкий малыш. Можете расслабиться.

«Расслабиться». Слово падает на меня, как благословение. Гора страхов, что копилась месяцами — о вреде стресса, о моей усталости, о словах Антона, которые я глотаю, как яд — вся эта гора на секунду рассыпается в прах. Всё хорошо. С ним всё хорошо. Я всё выдержу! Выдюжу.

Выхожу из консультации на солнце. Держу в руках термобумагу с чёрно-белым изображением. Воздух кажется другим — лёгким, наполненным не городской пылью, а надеждой. Я иду в кондитерскую, откуда Юля привозит круассаны. Беру торт, который Антон обожает. Сегодня — праздник. Сегодня я скажу ему не о проблемах, не о деньгах, не о своей усталости. Я покажу ему эту фотографию с лицом его сына. Скажу: «Смотри. Наш сын здоров». Может, это сломит лёд, образовавшийся между нами. Он увидит не «корову», а мать своего ребёнка. Может быть…

Еду в такси, прижимаю снимок к груди, как талисман. Наш белый флаг.

Ключ поворачивается в замке квартиры слишком легко. Тишина. Странная, густая тишина. В прихожей валяется сумка Юли — ярко-красная, дизайнерская. Рядом — туфли Антона, сброшенные не на подставку, а посреди холла.

Из спальни доносятся звуки. Не сразу понимаю, что это. Смех. Её смех — серебристый, заразительный, которым обычно заливается над шутками Антона. И его смех — низкий, довольный, расслабленный, которого я не слышала… кажется, целую вечность.

Замираю в холле на ватных ногах. Коробка с тортом выскальзывает из рук, падает на паркет с глухим, мягким стуком. Никто не слышит.

Подаюсь вперёд. Делаю несколько шагов, потом ещё несколько. Двигаюсь на голоса. Вновь замираю. В этот раз перед приоткрытой дверью в спальню.

Я вижу краем глаза смятую шёлковую подушку, сброшенную на мой халат, кровавым пятном распластанный на полу.

Они на нашей кровати. Он полусидит, обнажённый по пояс. Юля — в его объятиях. Локоны рыжих волос разметались по подушкам. Она что-то шепчет ему на ухо, смеётся. Антон улыбается. Не напряжённой, вымученной улыбкой, которую дарит мне, а беззаботной, счастливой.

Мир распадается на атомы. Каждый атом — кусок моей прежней жизни. Наша дружба, его клятвы, моя доверчивость, наш ребёнок под сердцем — всё разлетается в бешеном, неудержимом вихре. Остаётся только картинка двух голых тел. Чёткая, ясная, выжженная на сетчатке.

Они замечают меня не сразу. Смех Юли обрывается. Она втягивает голову в плечи, инстинктивно тянется за одеялом, но не для того, чтобы прикрыться. Чтобы отгородиться. От меня.

Антон поворачивает голову. И на его лице нет ни ужаса, ни паники, ни даже стыда. Только раздражение. Глубокое, искреннее раздражение, как если бы его отвлекли от важного дела.

— Инна, — произносит он моё имя. Не «дорогая», не «любимая». Просто — Инна. Как называют сотрудника, который явился не вовремя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.