Боярский сын. Дружинник Часть первая (СИ) - Калинин Алексей - Страница 19

Да и не только я, но ещё и Мизуки. К тому же он сто процентов с пристрастием порасспросил Мишку, а сыну особо и скрывать нечего. Он хоть и участвовал в отражении атаки плечом к плечу с нами, но я ему не давал пилюлю с эликсиром. Принимали её только мы с японкой.

Не то чтобы я не доверял Мишке — парень он мировой, надежный как три скалы. Но у меня в тот момент маловато осталось препарата, и потребовалось применить эликсир максимально экономно.

Мишка, конечно, хороший боец, но Мизуки всё-таки на порядок лучше, быстрее и смертоноснее его. И это она наглядно доказала, когда хладнокровно сражалась с Престоловым на Ристалище Чести.

Пусть сражалась и под последней порцией эликсира… Да, я был вынужден отдать последнюю порцию именно ей. Не мог же я девчонку отпустить без страховки и защиты на бой с человеком, который не хотел нас даже слушать?

И вот теперь я отчетливо понял, что Кирилл Матвеевич смог меня вычислить. Аналитики его лабораторий, должно быть, сутками не спали, сопоставляя тайминги наших боев и показания датчиков. Ну что же, пришла пора озвучивать новые правила игры и новые условия контракта.

И теперь это будут вовсе не жалкие пятьдесят на пятьдесят, которые он пытался мне всучить в первый раз, а минимум шестьдесят на сорок в мою пользу. Но предложу я семьдесят на тридцать, чтобы оттолкнуться от верхнего предела.

Почему я не выдавал своего главного секрета раньше? Почему так долго мариновал могущественного главу рода?

Всё просто. Чтобы он прочувствовал, каждой клеточкой своего разума осознал, что деньги для меня не так важны. Для меня важнее уважение и признание, а деньги — это уже сопутствующий элемент.

Я не собирался быть мальчиком на побегушках у корпорации Морозовых. А если сейчас он сам меня пригласил, то явно готов это самое уважение выказать в полном объеме. Нет, я мог бы, конечно, встать в позу и сослаться на болезнь, попросить, чтобы он сам приехал, но… Наглеть-то тоже не нужно! Надо видеть берега!

Для наглядной демонстрации работы зелья я решил взять с собой Степана Борозду. Да, того самого здоровяка, главаря наемников.

А что? Отличный вариант! Заодно пусть посмотрит сам Степан — чего он сможет добиться в этом мире, если будет служить мне верой и правдой. Ну, и проверим как раз его верность в стрессовой ситуации.

Перед тем как подписать НАСТОЯЩИЙ договор, который устроит нас с Морозовым в полной мере, я продемонстрирую получаемые от зелья умения и навыки именно на Борозде. А перед этим скажу Степану, что буду использовать его как подопытную крысу в лаборатории могущественного клана. И если он не дрогнет, если в его глазах не промелькнет и тени сомнения, то сделаю Борозду вторым после Гордея в иерархии моей личной гвардии. А уж если дрогнет, то… Что ж, тогда я могу лишиться одного из тех, кто дал клятву. Клятва Крови так просто не отпустит, она выжжет предателя изнутри.

Так что сейчас я собирался одним выстрелом убить сразу семерых зайцев. Подписать, сказать, предупредить, показать, посмотреть, убедиться, пожать руки.

Черный бронированный внедорожник плавно катил по улицам Москвы. Степан сидел рядом со мной, облаченный в новенький, с иголочки, костюм без опознавательных знаков. Ну да, герб я ещё не получил, а герба Ярославских Борозда не заслуживал. В конце концов, не отец был его господином, а я!

Борозда был напряжен, массивные кулаки чуть подёргивались на коленях, но в присутствии меня он старался держать спину прямо. Не хотел показывать слабость. Высший свет ему был пока в новинку, он более привык к общению с простолюдинами. Ну да ничего, если сегодня пройдёт всё гладко, то с аристократами ему придётся встречаться гораздо больше, чем в прошлой жизни.

Мы прибыли в поселок Морозовых. Нас без лишних проволочек пропустили на подворье Кирилла Матвеевича. Кованые ворота бесшумно сомкнулись за джипом. Мы проехали посты охраны, вооруженные патрули и полускрытые турели, которые провожали нашу машину красными глазками.

Я скосил глаза на Степана. Здоровяк с опаской оглядывался по сторонам, изучая оборону чужого рода. Его кадык нервно дернулся пару раз.

— Не ссы, я рядом! — уверенно произнес я, хлопнув по широкому плечу.

— Да я и не очкую, Ваша Милость, — хрипло отозвался Борозда, сглотнув. — Чисто в таких местах… ну, сами понимаете. Не покидает хреновое ощущение, что можно зайти, а обратно выбраться уже не получится. Уж больно тут всё… основательно. Захлопнут периметр, и поминай как звали.

— Такое ощущение возникает во всех домах высшего света, привыкай, — усмехнулся я, глядя в окно на идеальные газоны. — За роскошными фасадами всегда прячутся острые клинки. Тебе придется к этому привыкнуть, если собираешься быть в моей команде на ведущих ролях. И… послушай меня внимательно. Сегодня тебе нужно довериться мне, Степан. Довериться так, как никогда в жизни никому не доверял. От того, что произойдет в ближайший час, зависит твоя дальнейшая роль в моей жизни: станешь ты одним из близких мне людей, генералом моей гвардии, которые достойны полного, безоговорочного доверия, или же останешься рядовым пехотинцем на побегушках. Всё это будет зависеть только от тебя.

Степан мгновенно подобрался. Его взгляд изменился. От неуверенности перешёл к решимости. И ещё там просквозила преданность, которую гарантировала Клятва Крови.

— Я полностью и целиком предан вам, Елисей Святославович! — с жаром откликнулся Степан, ударив кулаком в область сердца. — Прикажете шагнуть в огонь — шагну, не раздумывая!

— Вот это мы сегодня и проверим! — кивнул я, когда машина мягко затормозила у парадного крыльца, взял приготовленный портфель и скомандовал. — Выгружаемся!

Мы вышли на морозный воздух. Нас поджидал дворецкий, который без лишних слов проводил нас по коридорам прямиком к Кириллу Матвеевичу в кабинет. Мишки сегодня не было — он умчался кататься на лыжах, так что встреча с его отцом пройдёт без лишних вопросов.

Кабинет главы факультета Дознания свое роскошью подействовал на Степана подавляюще. Темное дерево, кожа, ряды старинных фолиантов в шкафах. Однако, он поджал губы и не отступил, следуя за мной.

Декан сидел за массивным столом и щёлкал компьютерной мышкой, что-то просматривая на мониторе. Когда мы вошли, он поднял голову и уставился на нас с лёгкой улыбкой.

Я чуть поклонился:

— Добрый день, Кирилл Матвеевич! Рады видеть вас в добром здравии! Батюшка тоже передаёт вам поклон и горячий привет!

Поклон Степана за моей спиной был куда более глубоким, как и положено простолюдину перед лицом могущественного боярина.

Морозов-старший оценивающе скользнул по нам взглядом, чуть дольше секунды задержался на Борозде, потом кивнул в ответ и показал на кожаные кресла у стола:

— Привет-привет, Елисей! Присаживайтесь. Батюшке тоже привет горячий и сотню рукопожатий! Давненько мы с ним не виделись, надо бы это исправить в ближайшее время. Рад, что вы пожаловали в мою скромную обитель.

— И пожаловали с очень приятным предложением, — тепло улыбнулся я в ответ, опускаясь в кресло. — Но пока мы с вами будем общаться и обсуждать некоторые финансовые нюансы, можно ли моего спутника проверить на ваши приборных стендах? Снять, так сказать, спортивные и магические показатели? Мой спутник с официально подтверждённым рангом «Отрок», но смею вас заверить, он может весьма неплохо драться и обладает неплохими навыками в боевых искусствах. Можно ли зафиксировать его базовые показатели прямо сейчас?

Морозов замер. Его рука с мышкой остановилась. Он посмотрел на меня взглядом опытного шахматиста, который мгновенно просчитывает на десять ходов вперед. В его серых глазах мелькнула искра понимания.

В самом деле, не стоило ходить вокруг да около. Разводить всяческие политесы и упражняться в подбирании слов.

— Мне кажется, что вы пришли с очень и очень приятным предложением, Елисей Святославович! — губы декана изогнулись в хитрой усмешке. — Что же…

Он нажал кнопку интеркома на столе и вызвал секретаря. Когда щуплый, бледный мужчина-помощник неслышно зашёл в кабинет, Морозов властно распорядился: