Боярский сын. Дружинник Часть первая (СИ) - Калинин Алексей - Страница 15

В глазах наемников вспыхнул недоверчивый огонь. Четыре тысячи? Свобода? За то, чтобы отмудохать одного восемнадцатилетнего сопляка, пусть и с боярским гербом?

— А если мы проиграем? — прищурился землевик. — Мы же видели, как вы тех дебилов завалили!

— Если вы проиграете… — я постарался недобро оскалиться. — Вы поступаете в мою личную гвардию. Будете получать такие деньги, которые вам вряд ли где смогут заплатить. Что вас будет ждать? Веселая жизнь, лучшая экипировка, медицинская страховка и обязательная пенсия, если, конечно, доживете. Но подчиняться будете мне. И подчиняться беспрекословно.

Они переглянулись. В их взглядах читалось явное сомнение. Четверо опытных, битых жизнью уличных бойцов против одного мальчишки? Да они раскатают меня в тонкий блин за три секунды! То, что в ресторане их вырубили мои «тепличные» друзья, они явно списывали на элемент неожиданности и собственное алкогольное опьянение. Сейчас-то они злые и трезвые.

— Мы согласны, — рыкнул главарь и хрустнул массивными кулаками. — Только потом не плачь, Ваша Милость, если мы пару рёбер сломаем.

— Вот и хорошо, — я развернулся и пошел к зданию. — Жду вас на татами.

Через десять минут мы стояли в центре сверкающего нового зала. Я снял куртку, оставшись в черной водолазке. Босиком ступил на упругий материал татами. Мое тело было расслаблено, но внутренний очаг живицы уже начал медленно разгораться, запульсировал в такт сердцебиению.

Четверка наемников скинула оранжевые жилеты и встала полукругом. Они действовали грамотно, как бы перекрывая мне пути к отступлению. В их глазах больше не было усталости, только жажда крови.

— Ну, погнали, — спокойно сказал я.

Они не стали терять ни доли секунды. Никаких поклонов и дворянских расшаркиваний.

Землевик с ревом ударил ногой в пол. Несмотря на то, что мы были в здании, его магия пробилась по фундаменту. Татами подо мной внезапно пошло волнами, пытаясь сбить с ног, а из пола вырвались два каменных шипа, метя в колени.

Одновременно с этим ледовик выбросил вперед руки, формируя в воздухе шквал ледяных игл, которые со свистом устремились мне в лицо. А главарь и мастер клинка (сейчас с пустыми руками, но от этого не менее опасный) рванули с флангов, беря меня в жесткие клещи.

Работали слаженно. Красиво.

Но они не учли одного. Того самого фактора, который помогал выживать в тайге, когда на меня перла стая оборотней. Они не учли мою скорость и реакцию.

«Скольжение!»

Время замедлилось, превратилось в кисель. Я не стал отпрыгивать назад, как сделал бы любой нормальный человек, а нырнул вперед, прямо в гущу их атаки.

Каменные шипы пронзили воздух за моей спиной. Ледяные иглы пролетели над головой, безобидно разлетевшись на осколки на дальней стене.

Я материализовался прямо перед опешившим ледовиком. Его расширенные от ужаса глаза — последнее, что он увидел, прежде чем мой кулак врезался ему в солнечное сплетение.

Удар был такой силы, что маг льда сложился пополам, издав звук сдувающейся шины. Он отлетел на добрых пять метров, пробороздив спиной новенькие маты. Минус один.

— Сука! Сбоку! — заорал главарь.

Он попытался нанести мне сокрушительный удар в висок пудовым кулаком, вокруг которого клубилась серая аура физического усиления. Ого, он и так умеет?

Я мягко ушел под бьющую руку, пропуская её над собой, и одновременно с этим вломил по ногам. Главарь по инерции полетел вперед. Но я не дал ему упасть. Перехватил руку, развернулся на пятке, используя его же инерцию, и с силой перебросил амбала через бедро.

Он рухнул на татами с таким грохотом, что здание содрогнулось. Воздух со свистом вырвался из его легких.

Оставшиеся двое, землевик и рукопашник, поняли, что дело пахнет керосином. Рукопашник попытался зайти мне за спину, намереваясь провести удушающий приём. Землевик же, поняв, что на близкой дистанции меня не взять, попытался издали заключить мои ноги в каменные кандалы.

Ядрёна медь, а парни-то не сдаются!

«Рывок!»

Я разорвал дистанцию, оказавшись у рукопашника сбоку. Тот успел среагировать, выставил жесткий блок. Красава! Но моя цель была другой. Я показал удар в голову, а сам резко пробил ему лоу-кик в опорную ногу. Хруста не было, парень успел напрячь мышцы, но его защита поломалась. Рука дрогнула и в ту же секунду я нанес удар сложенными в клюв пальцами в нервный узел под его подмышкой.

Рукопашник взвыл, его рука плетью обвисла вдоль тела. Завершающий удар ребром ладони по шее отправил в нокаут. Минус три.

Остался один землевик. Он стоял посреди зала, тяжело дыша, и переводил взгляд с поверженных товарищей на меня. На всё про всё ушло меньше двадцати секунд.

Я стоял, даже не сбив дыхания. Моя Кольчуга Души слабо мерцала золотистым светом.

— Ну что? — я ласково улыбнулся, шагая к нему. — Будешь дальше клумбы сажать, или признаем поражение?

Землевик сглотнул. Он посмотрел на главаря, который только-только начал приходить в себя.

— Мы… мы сдаемся, Ваша Милость, — хрипло выдавил маг земли, поднимая руки вверх. — Ты не человек… ты демон какой-то.

Я рассмеялся, отключая живицу. Тепло внутри плавно угасло.

— Я не демон. Я просто очень требовательный работодатель, — я подошел к валяющемуся главарю и протянул ему руку. — Вставай, командир. Бой окончен. Как хоть тебя зовут-то?

Амбал зыркнул на мою ладонь, но всё же ухватился. Я рывком поставил его на ноги. Он пошатнулся, держась за ушибленные ребра.

— Степан Борозда, — проговорил он.

— А по паспорту?

— Можно и без паспорта. Степаном Бороздой зовут уже много лет. Так что это погоняло вместо паспорта.

Остальные тоже начали потихоньку приходить в себя, кряхтя и морщась.

Они выстроились передо мной. В их глазах больше не было наглости и спеси. Только уважение к силе, которую они не смогли победить. В мире наемников сила — единственный аргумент, который имеет вес.

— Как и договаривались, Ваше Сиятельство, — глухо произнес Степан, растирая грудь. — Мы проиграли. Теперь наши жизни принадлежат вам. Приказывайте.

— Отлично, — я хлопнул в ладоши. — Как я уже сказал: вас ждёт весёлая жизнь, большие деньги, лучшая снаряга и защита боярского рода. Вы перестанете быть грязными бродягами и станете элитой. Но есть одно маленькое условие.

Наемники напряглись.

— Я должен быть уверен в вашей преданности. Предательство в моем подразделении карается смертью. Поэтому, чтобы закрепить наш контракт, вы принесете мне клятву на крови.

Главарь недоверчиво хмыкнул, а ледовик даже криво усмехнулся.

— Клятва на крови? — переспросил амбал. — Как в дешёвых романах про мафию? Ваша Милость, мы, конечно, проиграли, но мы же серьезные люди. К чему этот балаган? Мы дали слово, мы его сдержим.

Они реально приняли мою просьбу за юношескую блажь. За романтику заигравшегося в полководцы мажора.

— Я очень рад, что вас это веселит, — я широко улыбнулся. — Подождите здесь. Я сейчас принесу документы.

Я развернулся и быстро сбегал к своей спортивной сумке, которую оставил у входа. Достал оттуда плотные листы бумаги, на которых витиеватым почерком был написан текст клятвы верности роду Ярославских. Обычный юридический контракт, который подписывали вассалы в моём мире для вечного служения своему господину.

Прокатит ли он здесь? Не могу знать, но попытаться стоило. Если не получится, то… Что же, тогда буду придумывать что-то другое.

А вместе с бумагами я достал четыре серебряные булавки. Наёмники хмыкнули. Они во мне увидели придурка, повёрнутого на исторических романах? Ну-ну…

Эти четверо не знали самого главного. Они не знали, что кончики булавок были обработан особым составом. Это был один из сложных эликсиров Подчинения, и я нигде не нашёл, чтобы он практиковался в этом мире.

Этот эликсир, попадая в кровь, начинал действовать на ментальном уровне. Оно незаметно перестраивало нейронные связи, внедряя в подсознание непоколебимую преданность тому, чьё заклинание активировало состав. То есть — мне.