Вера. Надежда. Любовь - Буренина Кира - Страница 76

"Вера", опять послушался чей-то зов. Перед ней появился фон Дерзее.

- Ты мне не веришь? - с болью спросил он.

- Нет, - коротко ответила она и с ужасом заметила, как кубок начал клониться в сторону.

- Поверь мне! - фон Дерзее умоляюще протянул ей руки

- Вера! - вновь услышала она зов и открыла глаза. Тетя Надя стояла над ней и легко трясла за плечо.

- Уже утро, ты пойдешь на работу?

Вера с трудом поднялась с постели. Все плыло перед глазами. Она побрела к телефону, набрала номер приемной и когда в трубке отозвался шеф, тихо произнесла,

- Если можно, я не прийду сегодня на работу. Я больна.

Не дожидаясь ответа, она положила трубку и вернулась в постель. Постепенно она стала восстанавливать подробности странного ночного сна. Женщина-аллегория преследует ее даже во сне. Вера взяла в руки медальон. Она до сих пор помнила тяжесть кубка в руке.

- Как ты, деточка, - озабоченно спросила тетка, входя в комнату, - тебе уже лучше?

- Лучше, - подтвердила племянница.

Тетя присела на кровать и взяла у нее из рук медальон.

- Хорош! Такие вещи дарятся неспроста.

- Откуда ты знаешь?

- Я живу на этом свете побольше, чем ты. И я тоже была молода.

- Не понимаю.

- Верочка, такой подарок может означать только одно - кто-то очень симпатизирует тебе.

- Оставь эти сказки для Сони, тетя!

Вальтер фон Дерзее курил в смятении одну сигарету за другой. Вера почувствовала себя оскорбленной и не пришла на работу. Он набрал ее домашний номер телефона. Как и вчера вечером, телефон не отвечал. Фон Дерзее встал и принялся расхаживать по кабинету. Мысли разбегались, руки немного дрожали. "Что же делать?"- в который раз спрашивал он себя. Предложение руки и сердца превратилось в фарс. Вера приняла его совсем за другого человека! Он тяжело вздохнул. На столе зазвонил телефон и он стремительно схватил трубку, ожидая услышать голос Листопадовой. Металлический голос секретарши президента объявил, что господин Штетниц желает побеседовать с господином фон Дерзее. Вальтер сел в кресло. Вскоре в трубке раздалось характерное покашливание и старик Штетниц буркнул:

- Вальтер, халло!

- Доброе утро, господин президент- почтительно отозвался фон Дерзее, закуривая очередную сигарету

- Слушай, я не привык ходить вокруг да около... Лучше сразу брать быка за рога.

В словах президента звучала растеряность и отчуждение.

- Ты всегда мне был как сын, сам знаешь. Именно тебя я прочил в свои преемники. Ты действительно удивил меня неделю назад, сообщив о своем решении. Я даже не до конца поверил, что так оно и будет.

Раздражение все больше и больше царапало внутри Вальтера, но он сдержался и повторил последние слова Штетница:

- Так оно и будет.

В трубке раздалось кряхтение

- Надеюсь ты понимаешь, какие последствия может повлечь за собой твой шаг? Вальтер, ты уже не мальчик. У тебя своя жизнь. Не позволяй мимолетному увлечению поломать ее.

Раздражение поднималось все выше и выше.

- Господин Штетниц, я ценю Ваше внимание и заботу, но..

- Я еще не закончил, Вальтер, - в голосе президента послышался металл, - пару дней назад ты был со своей дамой на концерте, а сегодня об этом сплетничают у нас на фирме!

- Господи, неужели у сотрудников фирмы нет других тем! - простонал фон Дерзее

- Вальтер, ты оказался в очень нехорошей ситуации. Публично выводить свою подругу может кто угодно, но не ты. Ты - фон Дерзее, не забывай об этом.

- Я всегда помнил о том, что я фон Дерзее, - холодно ответил Вальтер. Раздражение и злость внезапно покинули его. На их место пришло великое спокойствие. - Когда мужчины нашего рода принимали решение, никто не мог заставить переменить его.

Видимо, эта фраза, а может быть, тон , каким она была произнесена, остановили дальнейшие нападки президента. Штетниц закашлялся.

- Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, Вальтер. В любом случае, я не хотел бы упускать тебя из виду.

- Благодарю Вас, господин президент, - почтительно отозвался фон Дерзее.

Он положил трубку и задумался. Свора интриганов и сплетников начала свой гон. "Как будто сейчас не двадцатый век, а глухое средневековье." - думал он, глядя на полную окурков пепельницу.

"Президент дал ясно понять, что в случае моей женитьбы мне не видать его поста, как своих ушей. Это первое. Он выразил свое личное неодобрение. Это второе. Какие это будет иметь для меня последствия?" - рассуждал он сам с собой, в очередной раз набирая домашний телефон Веры Листопадовой. " К черту последствия!!!" - громыхнул он трубкой. "Меня сейчас гораздо больше волнует, где найти Веру"

Тетя Надя принесла горячего молока с медом. Она гладила племянницу по голове, пока та пила обжигающий напиток - совсем как в детстве.

- Самое лучшее, если ты мне все расскажешь, Вера, - сказала она

Вера откинулась на подушку.

- Не о чем говорить, - бесстрастно отозвалась она

- А это? - тетя кивнула на медальон

- У меня есть шеф. Граф. Аристократ. Масон. Зовут его фон Дерзее, - все тем же бесстрастным голосом начала Вера, - он умен, эрудирован, любит музыку, у него свой замок и друзья-аристократы. Он очень привлекателен.

Вера надолго замолчала.

- Звучит очень интересно. А дальше? - продолжала выпытывать тетка

Вера вспоминала встречи с фон Дерзее, свои ощущения и мысли. Когда речь дошла до вчерашнего разговора, тетка всплеснула руками:

- Эти мужики тебе совсем заморочили голову! Ведь он не в любовницы тебя приглашал, а предложение делал!

- Как?! - с оторопью спросила Вера, - нет, тетя, ты ошибаешься!

- Точно! А ты? Не дала ему возможности объясниться. Пыхнула, как ракета и убежала! Глупая ты еще девочка!

Она прижала голову племянницы к груди:

- Ты примешь его предложение? - тихо спросила она

Веру словно окатила горячая волна:

- Не знаю. Знаю, что несмотря на то, что он немец, а я русская, мы говорим на одном языке.

- Если речь идет о чем-то ином, кроме любви, - лукаво добавила тетя, вставая.

- А где Соня? - поинтересовалась Вера

- Ускакала с Женей кольца покупать.

Тетя Надя помолчала.

- Тетя, знаешь, он носит масонский перстень, а на нем звездочки, - вдруг произнесла Вера и положила ладонь на глаза: - Все так запуталось.

- Подумай, как это распутать, - назидательно проговорила тетя Надя и вышла из комнаты.

Вера попыталась. Ее снова начинало слегка знобить. В полузабытьи она представила себе громадину замка фон Дерзее и строй слуг, почтительно встречающих новую хозяйку. Но в замке есть какая-то семейная тайна, с которой она столкнется и которая будет стоить ей жизни... Вера очнулась - похоже на исторические романы Виктории Хольт! Она закрыла глаза: на нее стал наплывать другой сюжет - молодой аристократ женится на девушке и простой семьи. Все общество против. На бале-маскараде гости, облаченные в маски бросают ей короткое уничижительное слово " Прокаженная!" Вера вздрогнула и открыла глаза - это уже кадры из старого польского фильма! Проклятая температура! Не дает собраться с мыслями!

И все же - как поступить? Она представила лицо фон Дерзее - бледное лицо, серые глаза, иссиня-черные густые волосы. Его взгляд может быть мрачным, презрительным, высокомерным. А еще - беззащитным, мягким, ласковым, как его прикосновение. Вера вздрогнула - она словно почувствовала прикосновение его ладони. Покалывающая пульсирующая энергия поднималась все выше и выше. Лицо ее запылало. Поцелуй фон Дерзее... Вначале нежный и освежающий, потом обжигающий и дурманящий... Низкий тембр голоса...Белые холеные руки... Кольцо-печатка с семью блестящими звездочками... Вера растворилась в ощущениях, воспаряя куда-то далеко-далеко. Когда тетя Надя заглянула в комнату, племянница спала. Лицо ее было спокойным и безмятежным, ресницы слегка подрагивали.