Подготовка. Том 2 (СИ) - Бредвик Алекс - Страница 72

— Слушаю, — донеслось откуда-то чуть ниже.

— Велите мистеру Гернеру в ближайшие три месяца провести профессиональный аудит с привлечением… моих специалистов и специалистов четвёртого научного отдела для объективной оценки.

— А вот это хорошо, — прошептала миссис Сонг.

— Будет сделано, — ответил отец Дениса.

— Но не очень, — нахмурилась мама. — Они пытаются наложить лапу на разработки, которые не доведены до ума окончательно.

И снова повисла тишина. Вырисовывалась некая традиция, но тут у меня на мгновение заработал интерфейс и… меня попросили выйти! И, видимо, судя по реакции моей мамы, её тоже попросили удалиться. Миссис Сонг кинула на нас взгляд и бесчувственно указала головой на дверь. Как она это всё легко воспринимает… хотя для неё это привычно.

Пришлось выходить. Тут уже стояли два весьма внушительных… джентльмена, так что мы продолжили стоять около наших дверей. Понятно, что они тут не случайно — следят, чтобы мы не подслушивали и не уходили куда-то. Напрягает такое отношение… как к вещам. Но Город своего не оставит. Городу нужны такие, как мы, а если не будет таких, как мы, то шанс, что будут потеряны многие другие, — выше. Наверное, так думает вся верхушка. Активы, просто полезные активы. Но… не всё ими регулируется внутри их же системы. Вот это я уже понял. Главное — научиться играть внутри этих правил.

— Своя рубаха ближе к телу, да, — усмехнулся я, смотря на одного из величайших полководцев в истории, с которым всё время сравнивают генерала Дружинникова. — Но он так никогда на самом деле не считал.

— Считал, но размеры рубахи разными бывают, — мама тоже стала рассматривать его портрет. — Для этого человека понятия размера рубахи словно не существовало. Но его и не любили за это власть имущие. Как и генерала Дружинникова. Но и ценили при этом за то, что он действительно сражался за Родину.

— Но не Отечество? — покосился я в сторону мамы.

— Скорее рука об руку с Отечеством, защищая Родину, — улыбнулась мама. — Это… очень тонкая тема на самом деле. Интересная. Но в таких местах её лучше не обсуждать.

Я просто молча кивнул. Минуты шли снова долго, но почему-то я был спокоен. Почему-то мне казалось, что сейчас не будет принято никаких критических решений. Да, может, что-то засекретят, но что именно… лучше мне и не думать. Отец очень много знал, очень. Скорее всего, сейчас говорят вообще обо всём, что он успел сделать, а не только о факте его гибели. Как говорил мистер Кроул: «Не всё нам положено знать».

— Можете возвращаться, — весьма вежливо проговорил один из двоих «джентльменов», открыв нам дверь обратно к миссис Сонг.

— Благодарю, — сделала небольшой реверанс мама, когда ей придержали дверь.

Вот только из-за этого я едва в неё не врезался, за что она тихо передо мной извинилась. Мамина начальница же сидела задумчивая, положив голову на руку, которую поставила локтем на подлокотник. И задумчивость была глубокой, она даже не сопроводила нас взглядом, не смыкая глаз, смотрела в одну точку.

— Итак, публичная часть, — видимо, продолжал вещать военный Министр. — Учитывая тот факт, что часть жизни господина Невзорова уже попала в учебники, кое-что скрыть мы не можем и не имеем права. Это уже история, которую просто необходимо учить. Поэтому Совет Министров постановляет следующее… — глотнул он воды, видимо, потому что у него перехватило голос. — Факт распределения личной синхронизации при активации функций после победы над продвинутым Ужасом — рассекретить, вписать в учебники. Факт потери синхронизации из-за повышенной нагрузки, в связи с тем, что только что произнёс, — рассекретить. Факт форсирования синхронизации, что был выявлен перед смертью Максимилиана… засекретить до выяснения обстоятельств, факт смерти из-за форсирования синхронизации засекретить до выяснения обстоятельств. В данный момент официальная причина смерти остаётся неизменной — смерть в связи с неисправностью оборудования и огромным воздействием Реатума на нервную систему, что тоже является истиной.

— Но не всей, — сказал один из научных Министров. — И до этого нам надо докопаться.

— Мы это уже обсудили, — раздражённо проговорил военный Министр, а потом снова стал говорить предельно вежливо. — Ник, ты ещё юн, поэтому отдельно обращаюсь к тебе. Возраст твоей полной ответственности не наступил, поэтому прямо приказать мы тебе не можем, в соответствии со всеми нормами. Но при этом твоя мать несёт в данном случае за тебя полную ответственность. Если ты не хочешь разрушить ей и себе жизнь, если не хочешь вновь остаться без фамилии, помни, что было сказано. Напоминаю, это правда, но она просто не вся. Об остальном вас, как родственников погибшего, мы оповестим.

— Четвёртый вопрос, — практически сразу заявил спикер. — Голос переходит Министру Социального взаимодействия.

Но на этот раз, хоть его балкончик подсветился, сразу Министр говорить не стал. В тенях было видно какое-то шевеление, но я не мог разобрать. Да что думать, тут специально всё сделано так, чтобы никто не смог разглядеть Министров, в их случае — оправданно: никому нельзя доверять. Но всё же… эта пауза напрягала, так как вопрос касался непосредственно меня.

— Уважаемый Ник, — наконец начал говорить он. — Мы в курсе, что представители пятого отдела пытались подойти к вам и предлагали весьма… интересные условия. Но они не были в курсе планов Города на вас. Так вот. Ваша аномальная синхронизация не позволяет нам обойти вас вниманием. Вы уже оказали столько влияния на Реатум, что Город приведён в мобилизационный режим. Да, мы читали все доклады, вашей вины в этом нет, поэтому вы ещё не наказаны, но всё же… Город берёт на себя полную ответственность за разработку вашей дальнейшей капсулы. Все результаты тестирования в Старшей школе будут запрошены и во время научного консилиума будет уточнён состав вашей капсулы. Не сомневаюсь, что руководство Старшей школы сделало всё, что только могло, чтобы обеспечить вашу безопасность, но если потребуются дополнительные вложения, то ни у вас, ни у вашей матери, ни у Старшей школы таких средств просто не будет. А у Города будут. Если потребуется, будут применены технологии не только пятого и шестого научных отделов, но третьего и четвёртого, а может, и отчасти первого. Как карты лягут. А есть вероятность, что и второй так или иначе проявит себя. Все траты на электроэнергию вашей будущей капсулы и тактического модуля вашего отца также будет оплачивать Город. При этом Город официально заявляет, что с вас будут списаны все долги, как только вы достигнете пятого уровня гражданства. На этом всё! Остальные вопросы, которые пытались продвинуть в сегодняшней повестке, снимаются! Судьба товарища Горлова решается не семьёй Невзоровых! Одобренные устройства на то и одобренные! Конец заседания!

И, словно судья, он ударил кулаком по ограждению своего балкона, после чего подсветка всех девяти моментально потухла. А я не мог просто подобрать слов. Нет, я понимал, какие возможности в будущем предо мной откроются, насколько я уже буду отличаться от моих одноклассников, которым придётся пройти через неприятности, долги и пасту четвёртых-пятых уровней. Но Мгла… я понимаю, что должен радоваться, но возникает внутри какое-то двоякое чувство.

— Пора идти, — спокойно сказала мама, которая тоже была в смешанных чувствах. — Интерфейс на миг заработал. Машина нас ждёт, Ник.

— Угу, — кивнул я и последний раз бросил взор на статую.

Может, этот мир отличается от того, что хотел защитить отец… но, может, я хоть немного понимаю, почему он на самом деле грустил. Не в синхронизации дело, о нет, далеко не в ней. А в утраченных возможностях, которые вложили мне сейчас, можно сказать, в руки. Они потенциально колоссальны! Но вместе с тем… они и настолько тяжелы, что как бы не прогнуться под ними.

— Ник! — уже чуть громче сказала мама. — Ты чего завис?

— А… задумался, — вяло ответил я.

— По дороге и дома подумаешь. Даниэлла даже уже вышла. Идём!

— Иду, — рывком поднялся я с кресла и медленно побрёл в сторону двери.