Хищники. В паутине страсти (СИ) - Мэк Элис - Страница 48

– Держись за меня крепче, Лея, сейчас будем подниматься, – улыбнулся он. – Алекс ждёт наверху.

Подъём был похож на сон. Я почти не чувствовала своего тела, полностью доверившись силе Тони и тем, кто тянул верёвку наверху. Я видела только его лицо, его глаза, которые не отрывались от меня ни на секунду.

Когда мои ноги коснулись твёрдой земли на краю ущелья, я тут же оказалась в сильных и крепких объятиях Алекса. Он не сказал ни слова, просто сграбастал меня своими ручищами, прижал к себе так крепко, что я услышала гулкий стук его сердца. Алекс зарылся лицом в мои спутанные волосы и начал глубоко и жадно вдыхать мой запах, будто никак не мог надышаться им.

– Лея, маленькая моя, – прошептал он мне на ухо и прикоснулся к моей шее горячими губами, жадно впиваясь в неё поцелуем. – С тобой всё хорошо?

– Да, – закивала головой сквозь слёзы и так же крепко обнимая его в ответ.

Понемногу ко мне возвращалось осознание реальности. Я увидела, что вокруг нас были и другие люди. Здесь был отец близнецов, Марио Феррети, ректор, и ещё какой-то незнакомый мужчина. Высокий, мощный, с длинными тёмными волосами и тяжёлым, пронзительным взглядом. От незнакомца веяло дикой, первобытной силой, как от древнего леса.

Ректор Феррети сделал шаг вперёд и подошёл ближе.

– Лея, мы очень рады, что с тобой всё хорошо, – произнёс он сдержанно. – Скажи нам, что произошло? Как ты оказалась в ущелье?

Я посмотрела на Тони, потом на Алекса. Они оба ждали моего ответа, и в их глазах отражалась настоящая буря.

Похоже они, итак, уже знали ответ. Но им нужно было услышать это от меня.

Я глубоко вздохнула. Воспоминания вновь обожгли меня горькой обидой и болью, но я всё же произнесла:

– Это была Мелисса, – мой голос прозвучал слишком тихо, но в наступившей тишине его услышали все. – Моя сестра. Она... она толкнула меня.

Глава 39

В академию мы вернулись уже ближе к вечеру. В окнах корпусов горел тёплый свет, создавая иллюзию мира и покоя, которая так резко контрастировала с пережитым мною ужасом. Студенты, встречавшиеся нам по пути, останавливались, провожая нас удивлёнными и ошеломлёнными взглядами.

Да, кажется, моя пропажа наделал шума. По словам Алекса и Тони, меня искали всей академией. Так что теперь я местная знаменитость, и каждый студент в академии знает, кто такая Лея Альварес.

Алекс нёс меня на руках как самую драгоценную ношу весь наш путь до академии. И я даже не пыталась протестовать, потому что настолько сильно была измотана морально и физически, что у меня просто не было сил. Я была слишком слаба, чтобы идти самой. Каждый мускул в моём теле будто протестовал против любого движения, а поврежденная нога беспрестанно напоминала о себе тупой болью.

Я прильнула головой к плечу Алекса и наконец-то смогла расслабиться, вдыхая его такой родной и любимый запах. А самое главное – я чувствовала себя в полной безопасности в руках любимого.

Антонио и остальные шли рядом, создавая вокруг нас плотное кольцо безмолвной охраны.

У главного входа в академию, в свете вечерних фонарей, нас ждала одинокая фигурка. Я её сразу же узнала. Это была Джастин.

Когда она увидела нас, то сразу же бросилась навстречу. Её лицо было встревоженным и бледным, отчего под глазами залегли тёмные круги. Складывалось такое впечатление, что подруга не спала целые сутки. А может и больше. Но в тот момент, когда её взгляд остановился на мне, живой, пусть и изрядно потрёпанной, глаза Джастин вспыхнули непередаваемым облегчением.

– Лея! – выдохнула она, подбегая к нам. По её щекам покатились слёзы облегчения и радости. – Ты жива! Боги… Я так боялась за тебя.

– Всё хорошо, Джас, – прошептала я улыбаясь. Чувствовать себя в безопасности и видеть всех, кого я люблю, было такой радостью. – Теперь всё хорошо.

Я попросила Алекса опустить меня на землю. И как только он это сделала Джастин тут же крепко обняла меня.

– Я так рада, Лея. Ты даже не представляешь, как сильно я переживала за тебя. Кстати…, – она отстранилась от меня. – Ты, наверное, ещё не знаешь… Твой дядя приехал.

Я удивленно вскинула брови.

Дядя Фернандо? Он здесь? Но как он узнал?

Я не успела задать этот вопрос вслух, ректор Дамиан Феррети вышел откуда-то из-за спины и произнёс:

– Это я позвонил вашему дяде, мисс Альварес. В сложившихся обстоятельствах я был обязан сообщить ему об инциденте.

И в этот же момент, из парадных дверей главного корпуса вышел дядя Фернандо. Его лицо было хмурым и обеспокоенным. Он стремительно пересёк разделявшее нас расстояние, и подошёл к нам.

– Лея, девочка моя, – Голос дядя был полон искреннего беспокойства. Он осторожно коснулся моей руки, а затем заключил меня в объятия. – Что случилось? Как такое могло произойти?

Его вопрос повис в воздухе в образовавшейся вокруг тишине. Я посмотрела на дядю, в его обеспокоенные глаза и почувствовала, как моё сердце болезненно сжалось.

Как мне сказать ему? Как мне сказать человеку, который воспитывал и заботился обо мне как о родной, который всегда был добр ко мне, что его собственная дочь, пыталась меня убить?

Я знала, эта правда разобьёт ему сердце.

Лихорадочно прокручивая в голове и подбирая правильные слова, я всё же попыталась это сказать, но открыв рот, не смогла произнести ни звука – слова колючим комом застряли в горле.

Вместо меня заговорил Марио Феррети. Уж он-то в отличии от меня не растерялся. Его голос был холоден и резок, как удар хлыста.

– Это сделала твоя дочь, Фернандо. Мелисса, – отчеканил он, сурово глядя в глаза моему дяде. – Она толкнула Лею со скалы.

Тишина, наступившая после его слов, была просто оглушительной. Казалось, даже листья в кронах деревьев перестали шелестеть от малейшего дуновения ветра.

На лице дяди Фернандо отразилось полное недоумение и шок. Он перевел взгляд с Марио на меня, словно ища опровержения, но увидел в моих глазах лишь боль и подтверждение этих страшных слов.

– Прости, дружище, но у твоей дочери, кажется, не всё в порядке с головой, – продолжил Марио Феррети, и в его голосе не было ни капли сочувствия, только холодная констатация факта. – Ты ведь знаешь, что бывает за покушение на оборотня? А это было покушение, сомнений нет. И не просто на какого-то оборотня, а на истинную пару моих сыновей, – Феррети не просто намекал, в его голосе звенела неприкрытая угроза. – Если об этом узнают в Совете...

Дядя Фернандо пошатнулся, словно от удара. Он отвёл взгляд в сторону, на его лице пролегла хмурая тень.

Дядя молчал. Кажется, он не знал, что сказать. Да и что тут скажешь, когда твоя дочь повела себя подобным образом. Она нарушила закон и теперь ей придётся за это отвечать.

Дядя Фернандо был раздавлен. Это было видно по его лицу, по тому, как хмурит брови и как в бессилии поджимаются его губы. Уверена, что он до сих пор не понимает, как такое могло произойти. И я его хорошо понимаю. Я сама всё ещё в шоке от поступка моей сестры.

– Марио, я... – дядя тяжело вздохнул, собираясь с мыслями. – Я хотел попросить тебя... не сообщать Совету об этом инциденте. Я сам... накажу свою дочь. И я обещаю, она понесёт самое суровое наказание.

Марио Феррети презрительно фыркнул.

– Накажешь? Как? При всё моём уважении к тебе, Фернандо, но твоя дочь неадекватна, и ты вряд ли сможешь держать её в узде. Такие, как она, не заслуживают снисхождения. Мелисса опасна и её следует изолировать от общества. Навсегда!

– Она моя дочь, Марио! – в голосе дяди Фернандо зазвенел металл, отчаяние отца, пытающегося защитить своего ребёнка, каким бы монстром тот ни был.

– Я понимаю, – парировал Феррети. – Но она совершила преступление – покушение на жизнь оборотня! За такое по нашим законам полагается смерть! Но твоя дочь самка, и считай ей повезло. Самое строгое наказание какое она может получить – это до конца жизни служить на благо нашего общества и рожать потомство в закрытом учреждении.