Месть Рима (ЛП) - Скэрроу Саймон - Страница 26

- Четыре к одному, - подсчитал он себе под нос.

Защитники корабля продолжали выпускать стрелы и камни, пока враг мчался к ним. Катон увидел, как еще несколько человек были поражены снарядами, прежде чем они достигли носа корабля и растеклись вдоль борта, чтобы попытаться вонзить свои копья в защитников. Как он и предвидел, высота палубы давала значительное преимущество, и люди с охотничьими луками могли свободно выпускать свои стрелы в нападавших, которые сгрудились под ними. Дальше зажужжали пращи и выпустили свои камни с таким же определенным эффектом. Затем одного из нападавших подняли, его руки схватились за верхнюю часть бокового поручня рядом с Катоном. Он рубанул мечом вниз, разрезав запястье мужчины под углом, пронзив плоть и кость. Триновант взвыл от боли и откатился назад.

Быстрый взгляд вокруг показал, что большая часть команды и матросов также отбивались от людей, пытающихся взобраться на борт корабля. Они орудовали своими копьями, мечами, топорами и дубинками с диким отчаянием, колотя и рубя темные фигуры, плескавшиеся в мелкой воде.

- Нет, хрен тебе, не смей! - крикнул рядом Бесодий, и Катон увидел, как он вонзил копье в горло врага. Человек отшатнулся, вырвав древко копья из рук капитана, а Бесодий схватил дубинку и замахнулся ею на голову следующего человека, чтобы попытать счастья. - Уберите руки с моего корабля, ублюдки!

С другой стороны корабля раздался пронзительный крик, и один из матросов отшатнулся, закрыв лицо руками, прежде чем рухнуть на палубу. Но времени на то, чтобы осмотреть его, уже не было, так как другой нападавший был поднят, схватился за носовой столб и перекинул ногу через поручень. Катон бросился к нему и ударил его в грудь. Бритт ловко отклонился в сторону, и острие не достигло цели. Прежде чем Катон смог ударить снова, его противник сделал резкий выпад копьем. Острие зацепилось за складку туники Катона и прорвало материал, порезав бок. Резкая, жгучая боль заставила его стиснуть зубы, когда он снова ударил мечом, на этот раз найдя свою цель, глубоко вонзив гладий в плечо нападавшего. Ухват нападавшего на поручне ослаб, и он скатился вниз из виду.

Резкий приказ прозвучал поверх криков и грохота оружия. Тринованты остановились и отступили, прежде чем побежать по пляжу и отклониться от огня, чтобы скрыться в темноте. Кровь стучала в ушах Катона, и он слышал тяжелое дыхание людей вокруг него, а также стоны раненого моряка и бриттов, в основном вокруг носа судна. Горстка, все еще способных ходить, прижимая свои раны и шатаясь пыталась доковылять обратно к своим отступившим товарищам. Один из моряков поднял лук и прицелился, но Катон опустил его оружие.

- Они выбыли из боя. Сохрани свою стрелу для остальных.

- Они вернутся за добавкой, как думаешь? - спросил Бесодий.

- Я так думаю, что да.

Раздался резкий треск от фок-мачты, и камешек упал на палубу у ног Катона.

- Ложись! Ложись!

Еще больше камешков и мелких камней отскочило от мачты и бортов корабля. Один из ауксилариев не успел укрыться и получил удар в голову. Отшатнувшись назад, ошеломленный, он упал и ударился головой о грот-мачту и потерял сознание. Катон прокрался вперед к корме и рискнул быстро окинуть взглядом пляж. За людьми, метавшими снаряды в «Минерву», он увидел Гарамагна с несколькими другими у костра, подбрасывающими в огонь еще больше хвороста. Некоторые срывали одежду с приманок и обматывали полосками срезанные ветки. Их намерения были ясны.

Катон вернулся к Бесодию. - Ведра. Нам нужны ведра.

- Кормовые рундуки. Там их несколько.

- И веревки, - добавил он. - Возьми с собой одного из своих людей. Наберите воды с кормы. Выполняйте!

Капитан и его матрос поспешили к корме, пока Катон повернулся к остальным. - Они хотят поджечь нас. Когда они начнут бросать зажигательные снаряды на борт, мы должны перебросить их за борт, если не хотим поджариться. - Он не смог сдержать мимолетную улыбку, так как последнее слово вызвало в памяти образ из более раннего вечера. - Не знаю, как вы, но я не хочу пойти тем же путем, что и тот кабан.

Вдоль края деревянного борта вспыхнула тусклая вспышка света.

- Будьте наготове!

Мгновение спустя пылающий кусок дерева пролетел в воздухе и упал рядом с Катоном. Он схватил его, стиснув зубы, когда пламя обожгло его ладони, и швырнул за борт в более глубокую воду. На палубу упало еще больше головней, и остальные последовали его примеру или сбивали пламя плащами. Затем одна, поменьше, пролетев выше, зацепилась за свернутый парус на короткой части наклонной фок-мачты. Пламя лизнуло просмоленные веревки, которыми рангоут был прикреплен к мачте, и поджег их.

- Бесодий! - крикнул Катон на корму. - Нам нужна эта вода сейчас же!

Спустя мгновение капитан побежал вперед, сгорбившись, сжимая обеими руками веревочную ручку ведра. Он напрягся, прежде чем поднять его. Вода брызнула на мачту, погасив большую часть пламени, прежде чем залить Катона и остальных на носу.

Бритты продолжали свои попытки поджечь корабль еще немного, прежде чем у них закончились горючие вещества.

- Ждем новый штурм! - предупредил Катон.

Он снова рискнул взглянуть в сторону пляжа. В свете оставшихся углей он мог различить Гарамагна, стоящего у обрыва и собирающего своих людей для новой атаки. Они ответили на его призывы хриплыми криками. Несмотря на потери, они все еще превосходили защитников численностью. Это был лишь вопрос времени, когда они соберут достаточно людей на берегу, чтобы решительно переломить ход событий в свою пользу.

Был слабый шанс остановить их до начала атаки. Катон оглянулся и увидел один из охотничьих луков, лежащий на палубе рядом с колчаном. Осталось всего две стрелы. Он поднял лук и наложил первую стрелу, затем встал и прицелился в скопление бриттов вокруг своего лидера. Ровно дыша, он прицелился как можно лучше. Он использовал луки для охоты и получил некоторую подготовку по их использованию во время своего пребывания в армии, но он знал, что он был в лучшем случае средним стрелком. Он остановился, медленно выдохнул и выпустил стрелу. Она исчезла в ночи, и он не мог проследить его путь, но мгновение спустя он увидел, как один из людей рядом с Гарамагном вздрогнул и упал на землю.

- Криворукий засранец, - прошипел он в отчаянии на себя, схватив вторую и последнюю стрелу. Он снова тщательно прицелился, когда вражеский лидер повернулся, чтобы посмотреть на людей, собравшихся вокруг его первой жертвы. - Юпитер Наилучший Величайший, - тихо помолился он, - направь эту стрелу к цели.

Он отпустил тетиву, и стрела снова была поглощена тьмой. Затем он увидел, как Гарамагн отшатнулся и выронил свое копье, древко стрелы торчало из его живота. Ближайший человек схватил ицена за руки, прежде чем он успел упасть, и поднял его. Радостные крики замерли в горле его последователей, когда они увидели, что он был тяжело ранен, и раздался общий стон и несколько криков ярости. Катон боялся, что это в конечном итоге подтолкнет их к последней, фанатичной атаке, движимой желанием отомстить за своего лидера, но затем один из них отдал приказ, и он уловил слова, предписывающие им забрать раненых.

Они осторожно приблизились к кораблю. Один из матросов встал рядом с Катоном и приготовил свою метательную руку.

- Нет! - Катон остановил его. - Они хотят забрать тех, кто еще жив вокруг корабля. Пусть они это сделают.

Он отдал приказ не из милосердия. Он не хотел провоцировать бриттов на новую атаку. Большинство раненых были подобраны и унесены в темноту. Защитники медленно вышли из укрытия, чтобы посмотреть, как нападавшие медленно рассеиваются в темноте, оставляя только своих мертвецов и немного брошенного оружия. Катон подождал, пока звуки шагов по гальке стихнут, а затем еще некоторое время, чтобы убедиться, что никто из них не вернется. Затем он вложил меч в ножны и откинулся на фок-мачту.

******