Магазин волшебных питомцев. Дилогия (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 87

Я усмехнулся и вернулся к расследованию.

По ИНН пробить не получится – открытые базы такого не дают. Чтобы узнать его точную должность, мне нужен либо инсайдер в «Беломор‑Звере», либо доступ к внутренним документам Гильдии Торговцев, либо…

Телефон.

Прежний Денис общался с кем‑то из «Беломора»? Поставщики? Нет, Сева говорил, что поставщиков давно отвадили. Но контакты могли сохраниться в записной книжке Рунофона. Я открыл список – сто восемнадцать имён. Полистал. «Мама», «Папа»… Пропустил. «Михалыч» – бывший работник, который сбежал. «Гильдия долг» – бухгалтерия. «Корм закупка» – номер с пометкой: «Больше не возят». А вот это интересно: «Беломор отдел».

Я набрал номер. Гудки. Ответил автоинформатор: «Вы позвонили в северо‑восточное отделение торгового дома „Беломор“. По вопросам розничных продаж нажмите 1, по вопросам оптовых поставок 2, для связи с руководителем 3».

Сбросил. Не буду светиться. Пока достаточно.

Итого, что мы имеем? Ляхов Геннадий Борисович связан с «Беломор‑Зверем». Конкретная должность неизвестна. В публичном пространстве практически невидим. Маг, способный вести ментальную контратаку, что означает ранг не ниже С. Использует дрессированного хамелеона‑шпиона.

Версия: Ляхов работает на «Беломор‑Зверь» и целенаправленно ведёт наблюдение за моим магазином. Возможно, он причастен к давлению на «Лапу и Коготь». Возможно, к чему‑то большему.

Но «возможно» – это не доказательство. Пока только запах. Как след в лесу: свежий, отчётливый, но куда ведёт неизвестно.

Сохранил скриншоты, ссылки и заметки в закрытую папку на Рунофоне. Озаглавил лаконично: «Л». Экран погас. Убрал телефон и минуту просто смотрел в потолок процедурной. Люминесцентная лампа гудела.

Так. Эмоции в сторону. Рано делать выводы, рано строить теории. Сначала собираю факты, потом выстраиваю схему. Основы оперативной работы: не бежать за подозреваемым, а дать ему самому прийти к тебе.

А пока у меня есть вещи поважнее бессонных ночей за экраном. Магазин завтра откроется, и к нему, если Алиса не подведёт, заявится студенческая элита с деньгами. А мне нужно подготовить товар. Кролики до сих пор скачут по торговому залу.

Я сунул Рунофон в карман и вышел из процедурной.

Пятеро оставшихся мутантов‑кроликов, одурев от собственной крутости, исследовали территорию. Бронированный с упоением грыз ножку стеллажа, проверяя крепость новых зубов. Крылатый пытался взлететь, но пока только смешно подпрыгивал, хлопая ушами и крыльями. Клеверный меланхолично жевал упавший на пол ценник, а вот Прыгунов я не видел.

– Где ниндзя? – спросил я у попугая.

– Под при‑и‑илавком! – немедленно сдал Архимед. – Птичка бдит!

Я присел и заглянул. Точно. Два дымчато‑серых силуэта прижались друг к другу возле коробки. Их шёрстка мерцала, стараясь подстроиться к игре светотени. Носы синхронно подрагивали.

– Молодец, дозорный.

Архимед раздулся от гордости, как воздушный шар.

– Бдеть – наше всё! – изрёк он.

Коша, распластавшись по линолеуму и подёргивая кончиком хвоста, отрабатывал на Бронированном охотничью стойку. Он прекрасно понимал мой ментальный запрет «не жрать товар», поэтому просто играл в снайпера: выцеливал жертву, делал ложный выпад и тут же отскакивал назад, гордый своей реакцией. Кролик не обращал внимания.

Маруся пыталась трогать Крылатого, лапка тянулась к его перьям. Кролик недовольно фыркал, и макака с визгом отдёргивала ладошку, после чего лезла снова – воровская натура требовала прибрать к рукам всё интересное.

Блёстка, как настоящий боевой вертолёт, барражировала под потолком, контролируя периметр и всем своим видом показывая, кто тут элитный хищник, а кто – корм.

– Стой! Стрелять буду! – гаркнул Архимед. – Предъявите документы!

– Отставить стрельбу, – велел я.

Надо убрать ушастых, пока они не разнесли мне остатки магазина. Мысленно активировал интерфейс Системы.

Слоты для неприрученных зверей: 2/6

Четыре свободно. Янтарного лекаря уже спрятал, осталось ещё пять. Одному места не хватит. Подошёл к Бронированному, коснулся его металлической спинки и отправил в стазис. Вспышка, и зверёк исчез. Следом туда же отправились Крылатый и Сумеречные. Последнего ушастика, Клеверного я просто отнёс в процедурную, посадил в обычную клетку, положил корма, поставил тяжёлую миску с водой и защёлкнул замок. Посидит так, ничего с ним не случится. Глядишь, заодно удачу магазину принесёт.

Коша разочарованно мявкнул – мишени закончились.

– Потерпи, хищник, – я потрепал мантикору по загривку. – Скоро тебе будет настоящая работа. Точнее, курсы молодого бойца.

Теперь проверим курицу. Я направился в подсобку. Дверь за собой закрывать не стал, иначе в неё через секунду начнут скрестись и мяукать.

Рунная Несушка выглядела воплощением птичьего достоинства. Она распушила перламутрово‑бирюзовые перья, превратившись в слегка мерцающий в полумраке шар. Услышав мои шаги, курица чуть повернула голову, зафиксировав на мне круглый янтарный глаз.

– Ко‑ко? – вопросила Ряба, чуть приподнимаясь на лапах.

– Спокойно, девочка, я только заберу урожай, – тихо произнёс я, просовывая ладонь под её тёплое, мягкое брюшко.

Пальцы нащупали гладкую поверхность. Вытащил находку на свет. Ещё одно рунное яйцо. Крупное, тяжёлое, с бурой скорлупой, по которой вилась вязь изящных золотистых рун. Находка излучала едва уловимое тепло и фонила маной. Красота, да и только. Отправил трофей в Инвентарь.

Ряба проводила яйцо взглядом, немного утрамбовала солому когтистыми лапами и снова уселась, вильнув изумрудным хвостом.

– Слушай, пернатая, – я присел на корточки перед коробкой. – Ты у нас дама самостоятельная, девятого уровня. Выше меня, между прочим. Но пора бы уже прекращать эту анархию и официально присоединяться к коллективу.

Словно услышав слово «коллектив», в подсобку потянулась моя банда. Первым, бесшумно ступая по линолеуму, вошёл Коша. Мантикор подошёл к гнезду. С интересом понюхал курицу, но отпрыгнул раньше, чем получил клювом в моську. Следом прибежала Маруся. Латунная макака запрыгнула на спинку дивана и свесилась вниз, с любопытством разглядывая курицу.

Над головой раздался стрёкот – Блёстка покрутилась возле курицы и недовольно щебетнула. А спустя секунду в дверях показался Пых. Камчатский огнехомяк, переваливаясь на коротких лапках, подошёл к коробке и встал столбиком, шевеля усами. То, что этот ленивый увалень пришёл сам, можно считать настоящим событием.

Завершил сбор Архимед. Какаду с шумом приземлился на спинку стула, распустил жёлтый хохолок и окинул собрание хозяйским взглядом.

– Общий сбор! – крикнул попугай. – Равняйсь! Смир‑р‑рна!

– Вольно, дозорный, – подыграл я.

Ряба не выказывала ни страха, ни агрессии. Она просто наблюдала за нами, периодически моргая.

Я достал из Инвентаря крупное красное яблоко и складной нож. Лёгкий щелчок лезвия заставил Марусю насторожить уши. Отрезал дольку. Сочный хруст разнёсся по подсобке. Обезьянка тут же подбежала и протянула руку.

– Держи, – я отдал ей кусочек. Маруся мгновенно запихнула его в рот, довольно зажмурившись.

Хомяк положил лапки мне на колено и посмотрел взглядом умирающего от голода каторжника. Пришлось отрезать сразу половину яблока. Хомяк обхватил фрукт и в два немыслимых движения затолкал его целиком в защёчный мешок. Его морда мгновенно перекосилась, став шире с одной стороны, но Пых выглядел абсолютно счастливым.

– Птичку забыли! – возмутился Архимед. – Жмоты!

– Не ори, на, – я кинул ему угощение.

Какаду ловко поймал на лету прямо в клюв. Вытащил, прижал лапой к спинке стула и стал культурно откусывать. Отрезав ещё ломтик, я с хрустом сжевал его сам, демонстративно глядя на Рябу. Последний, самый аппетитный кусок я положил на раскрытую ладонь и протянул к гнезду.

Курица наклонила голову. Янтарный глаз внимательно изучил яблоко, затем переключился на моё лицо. Я не двигался, транслируя абсолютное спокойствие. В кинологии это называется «пищевое подкрепление доверия». Работает безотказно.