Танкуоль и Костодер - Вернер К. Л. - Страница 194

Именно среди колдунов-инженеров Кларак узрел врага, которого надеялся увидеть. Со времени их последней встречи Икит Клешня сменил броню, усовершенствовав железный каркас, поддерживавший его иссохшее тело. Главный колдун преобразовал и чудовищную клешню, которая охватывала его сморщенную левую руку, сделал дальнейшие улучшения в своем разрушенном теле, но, несмотря на все изменения, Кларак узнал врага. Нельзя было ни с чем перепутать ту ауру безжалостного зла, которую излучал крысолюд, нельзя было забыть безумное честолюбие, светившееся в его глазах.

Икит Клешня тоже узнал противника, встретившись взглядом с Клараком через огромный зал. Ненависть горела во взгляде скавена, его покрытые шрамами губы раздвинулись, обнажая клыки. Издав резкий рык, главный колдун взмахнул алебардой, которую держал в руке. В ответ войска скавенов издали дикий вопль. В следующее мгновение вся орда уже роилась над плавильным залом, обрушиваясь на немногочисленных еще не поверженных защитников.

Кларак улыбнулся в ответ Икиту Клешне. Потянувшись к поясу, механик вытащил пистолет с толстым дулом. Он увидел, как главный колдун инстинктивно вздрогнул, когда оружие гнома выскользнуло из кобуры. Трус, как и все его соплеменники, подумал Кларак, хотя и сомневался, что какая-нибудь пуля сможет пробить железную шкуру, которую выковал для себя крысолюд. Это не имело значения, пуля в его драконобое предназначалась не Клешне.

— Давай! — взревел Кларак, высоко подняв пистолет и нажимая на спуск.

Вспышка огня вырвалась из пистолета, пронеслась высоко в просторы плавильного зала, прежде чем взорваться яростной вспышкой яркого света. Самые трусливые из крысолюдов испуганно вскрикнули от внезапной иллюминации. Мгновение спустя им действительно стало чего бояться.

Из укрытий на мостках и сходнях появились десятки гномов. Каждый из спрятавшихся воинов был вооружен тяжелым арбалетом или длинноствольным ружьем. Среди них были толстопузые механики с тяжелыми ранцами, набитыми железными бомбами. Гильдмейстер Тори не одобрил ловушку Кларака, но его несогласие было отвергнуто королем Логаном, заставившим Гильдию механиков сотрудничать с мятежным коллегой. Однако, каковы бы ни были их чувства, механики сыграют свою роль в предстоящей битве.

По всему плавильному цеху откинулись верхушки замаскированных шлаковых ям, и на сцену ворвались десятки закованных в броню воинов-гномов. Наступающие скавены отпрянули, увидев внезапно появившихся гномов с мрачными лицами, их суеверные умы нашли это явление столь же необъяснимым, как заклинание колдуна. Рычащие боевые крысолюды дрогнули, больше не желая вступать в схватку с врагами. Радуясь возможности пустить в ход мечи во время резни, они были не столь рады вступить в настоящий бой.

Первую кровь все же пролили скавены. Отдавая приказы ближайшим к нему крысолюдам, Икит Клешня знал, что единственный способ расшевелить увядшее мужество солдат — это наполнить воздух запахом крови. Главный колдун яростно поднял над головой алебарду, направив ее на вооруженных гномов. Энергия потрескивала вокруг лезвия оружия крысолюда, впитывая окружающий свет. Из клинка вылетела темная молния, ударив в железную лесенку наверху.

Штормовой Демон — так главный колдун назвал свое оружие, наделив его отвратительной магией, а затем увеличив разрушительную силу с помощью искажающего генератора, установленного прямо под лезвием. Черная молния взорвалась на железном мостике, с треском пролетев сквозь тела гномов-арбалетчиков, расположившихся там. Металл послужил проводником для злого колдовства. Пораженные гномы не успели даже вскрикнуть, они лишь дергались и корчились под ударами Штормового Демона. После мучительного мгновения опаленные тела полетели вниз, их распадающаяся плоть расплескалась по плавильному цеху, когда они ударились о гранитный пол.

Мстительные гномы дали залп из арбалетов и громовых ружей. Болты с хрустом врезались в черепа крысолюдов, пули громовержцев разрывали тела скавенов. Механики зажигали бомбы и бросали их в скопление крысолюдов. С точностью, присущей их профессии, механики установили короткие взрыватели на бомбы, и те взрывались над головами врагов и посылали испепеляющие волны шрапнели, рассекающей тела паразитов.

Пронзительные команды Икита Клешни эхом разносились над суматохой. Толпы вооруженных мечами боевых крыс замыкали в кольцо металлургов и воинов-гномов из шлаковых ям. Расчеты джизельеров направили стволы на мостки, стреляя в гномов, палящих в них сверху. Искажающие огнеметчики били ужасным пламенем по нижнему из мостков, испепеляя каждого гнома в пределах досягаемости.

Самый смертоносный урон гномам-стрелкам нанесли ужасные крысолюды с полыми медными трубами, привязанными к спинам. Специалисты были одеты в ту же защитную одежду, что и глобадьеры-бомбометатели, не случайно — они использовали тот же самый Ядовитый Ветер. Зарядив медные трубы смертоносными стеклянными шарами, минометчики бросили на поле боя верную смерть. Шары Ядовитого Ветра разбивались о каменные плиты, выпуская облака ядовитого газа, которые медленно дрейфовали вниз. Даже когда бомбы не попадали в изначально выбранные цели, газ часто опускался на гномов на нижних площадках, внезапно поражая их.

Скавены попали в ловушку гномов. Теперь вопрос заключался в том, останутся ли они в ней.

Кларак и его товарищи выхватили паровые пистолеты. Орда рычащих крысолюдов надвигалась на их позиции, ненависть и жажда крови пылали в их глазах. Пять гномов против десятков голодных клановых воинов — такой расклад сил мог бы послужить хорошей проверкой доблести любого человеческого рыцаря. И все же защитники стойко противостояли надвигающейся волне.

По сигналу Кларака гномы дали залп из паровых пистолетов. Повторяющиеся выстрелы послали в грызунов град свинца, рассыпавший их искалеченные тела по полу. Более тщательно прицелившись, Кларак навел ствол на скавена в маске, притаившегося на краю крысиной стаи. С жуткой точностью механик послал пулю в тяжелую сумку с газовыми бомбами, которую нес один из глобадьеров.

В тот же миг глобадьер исчез в облаке зеленого газа, поглотившего и ближайших крысолюдов. Но Кларак не стал дожидаться результатов выстрела. Он без промедления развернулся и выстрелил во второго глобадьера, уже изготовившегося бросить в механика газовую бомбу. Второй глобадьер шлепнулся на землю, взвизгнув, когда газовая бомба, которую он держал в руках, разлетелась вдребезги о гранитный пол. Едкий Ядовитый Ветер распространялся, как низко висящий туман, обжигая ноги боевых крыс. Некоторые из скавенов неосмотрительно остановились, чтобы обнаружить источник боли, и упали, когда ядовитые пары прожгли путь к кровотоку. Другие кричали и прыгали, перелезая через умирающих товарищей в отчаянных попытках освободиться от газа.

Одинокий гном бросился на охваченных паникой скавенов, каждым ударом топоров отсекая конечности и круша ребра. С горьким утробным смехом Мордин Мрачнокамень безжалостно рубил врагов. С тела Истребителя капала черная кровь скавенов, шлепались на пол их внутренности, его топоры стали скользкими от вражьей слизи. Десять, пятнадцать, двадцать крысолюдов пали под его безумным натиском, но этого было недостаточно, чтобы утолить жажду мести, заглушить чувство вины, терзавшее его сердце.

— Его убьют, — проворчал Торлек.

Следопыт сунул пистолет в кобуру, намереваясь присоединиться к обезумевшему Истребителю, но стальная хватка Хоргара остановила его.

— Это глупо даже для тебя, — проворчал молотобоец. — Мордин ищет славной смерти. Ему не нужна компания.

Торлек высвободился, хмуро глядя на друга.

— Может, она ему и не нужна, но она у него будет! — поклялся следопыт. — Ни один гном, даже Истребитель, не заслуживает, чтобы крысолюды загрызли его кости!

Хоргар покачал головой, но убрал пистолет в кобуру и отстегнул массивный молот, прикрепленный к его перевязи на паровой тяге. Он покосился на Кларака.

— Ну как? — спросил он.

— Будем стоять, пока сможем, — ответил Кларак.