Танкуоль и Костодер - Вернер К. Л. - Страница 113

Адальвольф стремительно подхватил упавший на пол факел.

Он повернулся и сорвал с пояса крысолюда ржавый меч.

А к крысолюдам пришло подкрепление. Раздался пронзительный голос Танкуоля, властный и деспотичный, рычащий на свое войско, чтобы те атаковали ящеролюдов. Из посоха рогатого крысолюда вырвался трескучий столб молнии, поглотивший одного из огромных монстров и убивший электричеством как его, так двух подземных, попавших в лапы рептилии.

Адальвольф не стал дожидаться продолжения. Он резко развернулся и бросился к лестнице. Он видел, как его друзья пересекают уступ впереди. Он также мог видеть чешуйчатую спину, двигающуюся к ним по воде бассейна.

Наемник открыл рот, чтобы выкрикнуть предупреждение, но было уже слишком поздно. Из бассейна выскочил еще один гигантский ящеролюд и схватил когтями одного из матросов. Моряк жалобно вскрикнул, а чудовище разорвало его в клочья одним движением страшных лап.

Адальвольф издал самый свирепый боевой клич, увидев, как зверь отбросил первую жертву и потянулся за другой. Чудовище повернулось на его зов, и Адальвольф ткнул ему факелом в глаза. Ящеролюд отшатнулся, но медленно и неуклюже. Его вялая нервная система не замечала укуса пламени, пока чешуя на лице не почернела и не обуглилась.

Когда гигантская рептилия споткнулась, Адальвольф вонзил меч ей в живот. На мгновение ему показалось, что ржавый клинок подземных прогнется и не сможет пробить толстую чешуйчатую шкуру, но все же меч погрузился в плоть ящеролюда. Адальвольф попытался вытащить клинок, но тут ему пришлось уклониться от хлещущего хвоста монстра. Ящеролюд уставился на него обожженной мордой и злобно зашипел.

Если бы Адальвольфу было куда идти, он убежал бы от чудовища. Но зверь стоял между ним и лестницей, полностью преграждая путь. Единственная надежда заключалась в медленной реакции животного. Он все еще казался полусонным, возможно приспосабливая холодное тело к переходу от горячего бассейна к влажной атмосфере подвалов пирамиды.

Взревев, Адальвольф бросился на громадного зверя, распластался по поверхности и нырнул между его когтистыми лапами. Наемник закричал от боли, получив удар хвостом, когда карабкался под монстром. Он чувствовал себя так, будто дракон приложил его черепом об пол.

Адальвольф мстительно ткнул чудовище факелом во второй раз. Пламя не смогло сжечь влажную чешую хвоста ящеролюда, но жара хватило, чтобы отогнать его.

Наемник вскочил на ноги и, пошатываясь, направился к лестнице. Он увидел, как огромный ящеролюд развернулся, намереваясь преследовать его, но в этот момент на зверя напали сзади. Рептилия попала в сокрушительные объятия танкуолевского крысоогра. Ящеролюд замахал руками и вцепился в нападавшего, но Костодер не обратил особого внимания на хлещущий хвост и царапающие когти. Крысоогр вонзил клыки в шею ящеролюда, глубоко впившись в горло.

Наемник не стал дожидаться конца этой схватки, но, поднимаясь по лестнице, он вроде бы услышал, как одно за другим ломались ребра ящера, когда Костодер выдавливал из него жизнь.

— Скорее! — крикнул он Хильтруде и остальным, несказанно удивленный тем, что они его ждали. — Похоже, подземные собираются выиграть эту битву, и я не хочу быть рядом, когда они победят!

Испугавшись его слов, небольшая группа беглецов устремилась вверх по лестнице, надеясь, что, какие бы ужасы ни таила темнота впереди, они будут лучше, чем тот кошмар, который они оставили позади.

Глава десятая

СВЯЩЕННЫЙ ЗМЕЙ СОТЕК

По мере того как беглецы мчались вверх по лестнице, мускусные миазмы рептилий усиливались, превратившись наконец в непреодолимое зловоние, от которого по коже поползли мурашки отвращения. После кошмарного нападения ящеров в нерестилищах у людей появились новые причины считать этот запах пугающим, причем эта боязнь выходила за рамки естественного отвращения всех млекопитающих к рептилиям, бывшим когда-то главенствующим видом.

Адальвольф заставил своих спутников идти вперед, когда они готовы были уступить собственному страху и повернуть назад. Возвращаться было не к чему. Либо крысолюды одержали победу над хранителями пруда, либо ящеры уничтожили захватчиков. Какая бы сторона ни победила, людей там ждала только смерть. Им оставалось лишь идти вперед и надеяться, что они найдут какой-нибудь выход из этого лабиринта древних ужасов.

В густой змеиной вони наемник усмотрел один обнадеживающий момент. За то короткое время, что Адальвольф провел с крысами, он убедился, что они больше полагаются на обоняние, чем на зрение. Наемник знал, что крысолюды боятся рептилий даже больше, чем он сам. Чем сильнее становился мускусный запах змей, тем больше была вероятность, что скавены не последуют за беглецами.

Адальвольф шел впереди, держа перед собой потрескивающий факел и тревожно следя за пламенем. Наемник тихо прошептал молитву Мирмидии, чтобы пламя не погасло, поглядывая при этом на Дитхельма и гадая, не будет ли нечестиво призывать богиню, когда рядом с ним стоит жрец другого бога.

Потные дрожащие пальцы сомкнулись вокруг руки Адальвольфа. Он обернулся и увидел пепельное лицо Хильтруды. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, губы ее дрожали.

— Мы не можем идти дальше, — выдохнула она. — Умоляю, мы больше не можем идти! — Ее рука упала с плеча наемника. Она принялась лихорадочно тереть лохмотья платья, как будто пыталась стереть с одежды что-то нечистое. — Я чувствую, как оно ползет по мне!

— Там ничего нет, — заверил Дитхельм, пытаясь спокойствием голоса пригасить ее панику. — Ничего тебе не угрожает.

Хильтруду его слова не убедили, она беспорядочно и резко дергала головой, смотря вниз на лестницу. В ее взгляде проступил кромешный ужас. Туфли, прогнившие в джунглях, упорно топали по ступенькам. Адальвольф опустил факел и почувствовал, как по спине пробежал холодок, когда он увидел, что под ногами куртизанки ничего нет.

— Она тронулась умом, — заявил ван Зоммерхаус. — Забудь о ней и давай выбираться из этой адской дыры.

Адальвольф свирепо посмотрел на патрона и поднял кулак, намереваясь расквасить купцу его орлиный нос.

— Мы никого не бросим, — прорычал он.

— Ты только посмотри на нее, — настаивал ван Зоммерхаус. — Она совсем рехнулась! Сумасшедшая девка только затормозит нас! Угробит наш шанс на спасение!

— Совсем недавно она вступилась за тебя, когда ты хотел остаться с подземными, — прорычал Адальвольф ван Зоммерхаусу.

Это напоминание явно пристыдило патрона, и он отвернулся. Наемник отвернулся от него и схватил Хильтруду за плечи.

— Нам надо идти, — сказал он ей. — Осталось всего чуть-чуть, — добавил он, чувствуя себя виноватым за изреченную ложь.

Хильтруда даже не подняла головы, продолжая смотреть на ступеньки и топая ногой по каждой тени.

— Змеи повсюду! — Она чуть не визжала. — Не давай им прикасаться ко мне! Неужели ты их не чувствуешь?

Адальвольфу пришлось признать, что в воздухе есть что-то помимо густой вони рептилий. Было что-то еще, такое маслянистое, как будто его кожу трогали тонкими ручонками призраки. Дитхельм сказал, что наемник ощущает силу эфира, что пирамида насыщена магической энергией и они приближаются к ее источнику. От этой мысли Адальвольфу стало еще больше не по себе. Если и было что-то способное заставить рогатого крысолюда бросить вызов змеиному запаху, так это соблазн власти.

— Там ничего нет, — заверил ее Адальвольф, подавляя собственные сомнения. Он снова опустил факел, освещая ей ступеньки. — Видишь, никаких змей.

Женщина покачала головой, но, по крайней мере, взгляд ее стал чуть менее испуганным. Еще немного времени, и Адальвольф, несомненно, убедил бы ее в своей правоте.

К сожалению, как раз времени-то у них не было. Панические крики Хильтруды явно разнеслись далеко под каменными сводами пирамиды, и Адальвольф не знал, кто мог их услышать. Но до него уже доносилось какое-то движение далеко позади них на темной лестнице.