Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 392

Стада. Огромные стада, которые гонят на продажу в логистический тупик континента. Протекторат «спиной» опирается на горы и море — некуда дальше везти эту еду. Вывод — пища пойдёт для внутреннего рынка. Не только пища, конечно — шкуры тоже, но их-то как раз можно обработать и продать. А вот мясо… Сколько не соли, не маринуй и не копти — больше большего не запасёшь. Не тот продукт, чтобы стратегические запасы делать. Да и не похоже было, что для пастухов гнать свои отары в сатрапии на убой в новинку — то есть делают они это как минимум ежегодно. А раз так — в Объединённых Протекторатах достаточно ртов, чтобы это мясо скушать. То есть много. Очень много. Значительно больше, чем на севере проживает на сходной по размеру территории.

Вообще, внешняя торговля продовольствием в королевствах не особо активная. Грубо говоря, крестьяне сами себя кормят — причём и кашами, и мясом, и овощами. Плохо, хорошо — другой вопрос. Излишки зерна идут королю, а тот кормит армию, парочку своих городов и двор, ну и делится запасами обратно, если неурожай.

Обычно, купцы везут еду только тогда, когда один из монархов решает «потрясти мышцами», выбирает резервы у дворян — ну и под это дело сначала создаёт запас фуража. Опять же, некоторые города вроде Варнавы так разрослись, что им не хватает выращиваемого окрест. А в остальных случаях вся торговля пищей — это перевозка специй, других приправ, экзотических фруктов и сладостей хваткими дельцами вроде Рамона тем, кому по карману и статусу деликатесы. А, ну и да: ещё продуктовые обозы регулярно идут в сторону Горловины — Войско Рубежа тоже надо кормить. И всё — Лид, например, вообще полная автаркия*, сам себя обеспечивает. А вот в сатрапиях и примкнувших к ним королевствах вынуждено царит самая настоящая открытая экономика — просто из-за числа жителей. И это — проблема. Огромная. Населению ведь не только еда нужна.

[*В современной экономической лексике автаркией обозначают экономику, ориентированную внутрь, на саму себя, на развитие без связей с другими странами. Терминологически, автаркия — закрытая экономика, экономика, предполагающая абсолютный суверенитет. Антоним к А. — Открытая экономика.]

Таможенный офицер прибыл довольно быстро — и двадцати минут не прошло. Прибыл аж на собственной карете, и не один — было кому и фонарём перед ним дорогу освещать, и удерживать на поводке отдалённо напоминавшую степного волка химеру. Каюсь, сначала гибридный зверь меня заинтересовал куда больше, чем военный чиновник.

— Спецзаказ? — спросил я у рядового с «собакой». Та, почувствовав множество Печатей, постоянно крутила головой и радостно прядала ушами. М-да, если бы мы и везли что-то «левое», так бы это и осталось необнаруженным: встроенная защита от своих.

— Разбираетесь? — тут солдат запнулся, явно почувствовав себя глупо. Ну да, а то я просто так оказался в окружении кучи химер, что разумных, что нет.

— Пришлось научиться, — улыбка сама собой вышла кривоватой и не слишком весёлой. Впрочем, поговорить со служивым не удалось — облачённого в тёмно-зелёный мундир чинушу направили в мою сторону.

— Господин посол, — поклон у военного вышел неожиданно грациозный — и отнюдь не плоский живот не помешал. — Как официальный представитель Объединённых Протекторатов рад приветствовать вас первым перед въездом на наши земли!

— Благодарю, господин офицер, — пришлось изображать вежливость в ответ. — Что-то нужно предъявить к досмотру?

— Конечно же нет, как можно! — было очевидно, что в меру упитанный таможенник тоже именно что изображает уважительное отношение, следуя этикету, но — надо отдать должное: делал он это со всей старательностью. — Дипломатический транспорт экстерриториален, разумеется! Незначительное формальности, нужны лишь ваши ответы на несколько вопросов — и я сопровожу вас к погранпереходу.

— К вашим услугам, — кивнул я. Интересный момент: зелёный явно благородных кровей, меньше чем безземельного барона на такую должность поставить не могли. А плаща — нет. У меня его тоже нет, правда — но мантию я натянуть не поленился. И, кажется, зря — раз уж рядовой, похоже, не опознал во мне виталиста с первого взгляда.

— Все ваши… спутницы являются сотрудниками дипмиссии?

— Либо сотрудницы, либо мои жёны… это те, кто сейчас в дилижансе, — чтобы не допустить путаницы, указал я. — Пять жён и двадцать разумных эскорта.

— Я отправлю донесение в столицу, вам как раз успеют подготовить здание к заезду посольства, — пояснил мне офицер, записывая данные. На упоминании пяти единиц в гареме его напускное уважение… нет, не сменилось настоящим — но явно прибавило в искренности. Похоже, по поводу этой здешней культурной традиции Вирн оказался прав. — Вы ведь первый официальный представитель своей страны в нашем государстве, не так ли?

— Официальный — точно первый, — я покосился на химеру-нюхача. — Что-нибудь ещё?

— Только примите у меня под роспись паспортные листы и образец для заполнения. Пятидесяти штук хватит или сто на всякий случай?

— А…

— Заверяется вашей подписью и, по желанию, печатью, — предвосхитил мой вопрос чиновник. — И да, если кто попросится под вашу юрисдикцию — можете свободно выдавать.

— А…

— Экземпляр краткого свода законов для гостей государства возьмёте? К вам он частично не относится, но полного, увы, как раз сейчас нет. Но его обязательно доставят в вашу резиденцию!

— Возьму, — согласился я.

— Тогда — прикажите вашей вознице следовать за моим экипажем, — жизнерадостно взмахнул рукой таможенник.

Дилижансу опять пришлось покружить по площадке, прежде чем выехать к длинному мосту… и уткнуться в конец короткой очереди. Ещё один шлагбаум — прямо перед выездом на настил. Работающий при нём персонал только и успевал, что поднимать и опускать красно-белое бревно — в таком хорошем темпе пропускали уже проверенных «гостей страны». М-да. Сервис. «И паспорта себе сами заполнить не забудьте!» Вроде мелочь и вообще разгильдяйство чистой воды, но… даже так — это признаки успешной работы мощного государства. Государства, нашедшего, как пристроить избыток людей — в свои армейские структуры, например. И государству этому нафиг не сдался социальный взрыв на собственной территории.

А он будет, этот взрыв — откуда-то ведь перенаселение взялось. Ещё не знаю, откуда, но мнится — совсем скоро пойму. Этот излишек человеческой массы по-любому куда-то надо куда-то девать, и самый простой путь — задействовать в захвате новых земель. Сплошная польза: плотность населения понизить до приемлемой, чтобы собственная внутренняя экономика могла хотя бы в базе стабильно его обеспечивать. А будет выполнено это через убыль людей или прибыток подконтрольной территории — вообще не важно. Хотя для второго варианта масса приготовлений сделана — вот хотя бы введены строительные войска…

И вот — что мне с этим делать?! Найти антимилитаристов среди аристократов из высших кругов и договориться с ними, обещая наращивать торговлю из Лида именно через них — уже не сработает. А что сработает?

Пока я напряжённо думал, мои супруги «прилипли» к окнам. Даже Эйлана. Поскольку свободных мест больше не было, я бездумно подошёл к ней, заглядывая за бликующую преграду… и вздрогнул. Показа…

Дорога, ведущая от моста, сделала плавный поворот, огибая даже не микроскопический форт — так, недоразумение за насыпной стенкой, смотрящей в сторону переправы. Да, совсем без охраны мост не оставили. Перед односторонним… гм, ну пусть будет, редутом покачивались на столбах два алхимфонаря, и иногда свет попадал внутрь. Вот и сейчас освещённое пятно скользнуло по странно-знакомым металлическим штуковинам, похожим на короткие трубы… и осветило идеально ровную горку, составленную из металлических шаров. Ядра. И пушки. Причем именно пушки, а не маго-метатели большого калибра, и уж точно не артефактомёты. Я идиот. Четыре года назад я пытался объяснить своему приятелю-охотоведу Сатаре концепцию огнестрела — и тот меня разбил в пух и прах при помощи школьной физики, доказав, что подобное оружие в местных условиях рентабельным не будет. Ну, если только не использовать его массово против армий.