Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 354

— С другой стороны, Арн Миракийский уже заработал определённую известность благодаря своей способности делать всё быстро, — чтобы уже совсем не было непоняток, уже прямым текстом сообщил мне Повелитель Жизни. — Этому молодому коллеге вполне простительно желание сделать скорейшую карьеру — амбиции ведь свойственны юности. Особенно при таких родителях. Да и тема исследования вполне подразумевает, что место в Совете действительно может стать достойной наградой за рвение и своевременную инициативу.

— Именно поэтому в моей заявке нет ни слова про агент воздействия на биологические образцы, ни про Тьму, ни про ведьму, — кивнул я, демонстрируя понимание задумки наставника. Про то, что стремление к креслу в фактическом правительстве республики — слабость насквозь простительная, в отличии от попытки подмять под себя Учёный Совет, что обязательно усмотрят в действиях Вирна. Ну что, я ведь думал о теоретической возможности как-то заставить республику отказаться от пока еще недофашистской Теории Стихийного Превосходства? С кресла в Совете меня хотя бы услышат, если я это предложу.

…Чёрт, получается, в Бездну вглядываться куда безопаснее, чем в большую политику. В первом случае хотя бы долго глазеть надо. А тут — р-раз, и обратного хода нет, и никто не спрашивает, хочу ли я лезть в этот гадюшник. Хотя нет, какой гадюшник? В яме со змеями комфортнее и куда безопаснее! Но и отступать тоже нельзя. И как меня только угораздило, а?

Глава 1-3

— …Да ладно тебе! Это только поначалу кажется, что привыкнуть не получится, — Ола, похоже, пока не начались занятия, из нашей квартиры уходила к себе в общежитие разве что ночевать. По крайней мере, с утра я столкнулся с ней перед подъездом. Надо отдать аэромантке должное: она не просто тусоваться шла, а тащила полную сумку разных продуктов. Сейчас все три девушки готовили. Ну и общались, конечно же. — Сама не заметишь, как перемена обстановки станет просто очередной обыденностью, уж поверь, я знаю, о чём говорю.

Судя по манере разговора, они так уже не один час разговаривают.

— Я ведь такая же деревенская, как и ты. Наставник меня забрал от родителей поздно-поздно, мне уже восемь стукнуло. А восемь — ты знаешь — это всё равно что взрослая — и за коровой сходи на луг, подои, и за младшенькими пригляди, и печь протопи. Только и разницы, что ещё целоваться не тянет, а потому мамка в лес отпускала, и, иногда, с девчатами-ребятами поиграть. И всё равно за подглядывание за старшей сестрой, когда та на сеновале соседского противного парня привечала, хворостиной прилетело не только от мамки, но и от злобной дуры, у которой жопа отросла, а мозги — нет. Знаешь, какие полосы поперек спины остались? Только Пак и свёл.

…Я две минуты их болтовню слушаю, а у меня уже голова болит. Болит. Голова. У виталиста под Печатью! А вот Натана, насколько я могу судить, вполне довольна: слушать интересно, перескоки с темы на тему не вымораживают, и главное — самой языком работать не нужно, только изредка кивать.

— Вон Лада — городская девочка, папа — маг. Как ходить научилась — во дворец короля дверь пинком открывала! А сюда приехала — так ей ещё больше меня пришлось приспосабливаться…

Я заметил, как обсуждаемая персона смутилась и покраснела. Хотя, конечно, подружке она чистую правду сказала: сам видел, как старшая дочка Мартина дверь ногой открывает во дворец. Оранжерея и зимний сад под одной стеклянной крышей как ни крути — часть дворца, а руки у неё попросту заняты были мешком с измельчённой сушёной травой. Большая она — королевская теплица в городе Варнава, за каждой вредной букашкой хрен набегаешься. А так маг Воздуха распылил взвесь фитоинсектицида — быстро и удобно.

— А вообще, я бы в Нессарии остаться хотела бы, — тем временем простодушно призналась Ола. — Много где с наставником была, но как здесь — нигде так комфортно не было. Смотри — плита! Ни дров не надо, ни угля, ни торфа кидать! Ни дыма, ни копоти — если только сама чего не сожжёшь. А греет — ровно, жарко, и температуру выставить можно, просто повернув вот эту ручку! Да вот, сама смотри!

Руку ведьмочка отдёрнуть не успела, подружка Лады схватила её за запястье и заставила выставить ладонь над конфоркой-артефактом. Всего на мгновение, но я успел заметить, как в глубине магического механизма задрожали и на глазах начали тускнеть линии контура-конвертера Жизнь-Огонь. Так, надо не забыть улучшить момент и кратко прояснить супруге правила работы с артефактами. И попытаться научить контролировать эту её способность к поглощению любой магии: ладно, аккумулятор плиты я потом втихаря подкачаю, а если она огненную часть резидентного контура сломает? Я ведь чужие стихии даже не вижу. Аэромантка, как мне кажется, просто не представляет, сколько стоит эта мало чем уступающая современной земной кухонная плита. Конский ценник — основная причина, почему бытовые технологии из Лида так медленно проникают к соседям. Ей-ей, иногда дешевле живому магу платить.

— Ну ничего, — окончательно переместилась в свои мечты девушка. — Пак уже Печать получил и гражданином стал, четверокурсникам НПО уже нормальные деньги за ставку младшего лаборанта платят. Глядишь, устроится хорошо, а я ведь тоже без дела сидеть не стану. Вместе как раз на домик успеем накопить до того, как его университетский ценз на гражданство истечёт…

Занятно, на моей Родине на Земле учёба в вузе даёт бронь от призыва в армию, а тут — от лишения гражданства по причине отсутствия собственности. Мотивация, кстати, более чем серьёзная: лишённому Гражданства блокируют Печать и выставляют с территории республики. А это значит — даже в Нессарию не попасть больше. Для мага это всё равно как для профессионального артиста стать невъездным в столицу своей страны. Серьёзный такой крест на карьере. Впрочем, конечно, Пак такого развития событий не допустит — парень-то вполне соображает и себе на уме, пусть по его поведению и манере разговора складывается обратное впечатление. Не только у меня, кстати, складывается — только его подружке ещё предстоит масса открытий. Чёрт, как-то грустно даже стало… но предупреждать не буду. Во-первых, потому что именно Пак — мой приятель, а не Ола, а во-вторых — всё равно не услышит, только обиду затаит…

— …Тебе-то повезло — твой уже попался, а ведь у него, я знаю, свой коттедж в другом городе, и диплом уже в кармане. Да что там — говорят сам декан его факультета его в личные ученики взял! Вообще впервые кого-то взял в ученики за много лет! А это ты не представляешь какие перспективы…ой! — только тут аэромантка вспомнила, что обсуждаемый объект удобно расселся на диване прямо у неё за спиной и всё слышит.

— Вирну Нессарийскому пришлось мне персональные уроки давать из-за того, что стандартная учебная программа не подходила, — я и не подумал сделать вид, что пропустил всё мимо ушей, увлёкшись работой с бумагами.

— Да? — аколит покраснела как рак, понимая глубину своего залёта… но при этом не смогла сдержать жадный блеск глаз. Ну ясно, информация записана и скоро новая сплетня уйдёт гулять по общаге сначала воздушников, а потом, передавшись преимущественно поцелуйно-половым путём — и на другие факультеты. Страшно даже представить, какими «подробностями» обрастёт сплетня в процессе. Самое смешное — я не соврал, но моя реплика при этом никак не относилась к обстоятельствам принятия в ученики. Это я в тему «слив» сделал, хоть и не нарочно: всё по Вирновой легенде про «молодого амбициозного студента», который таки смог как-то втереться в доверие к самому декану, используя благоприятные обстоятельства. Или даже самостоятельно создав — вот такой я интриган. Чтобы ещё такое с пользой сказануть, но только ни в коем случае не относящееся к текущим планам, а наоборот, маскирующее их? Надо привыкать, я ж теперь… политик. А они так постоянно делают. Тьфу.

К счастью, выдумывать ничего не пришлось: активировалась связь Печатей. А вот и Рона с Таней. Доехали!