Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 212

Что ж, полковник, ныне генерал Рубежников, довлел над своей семьей. Не хочу знать, какие он для этого методы использовал, но Арн ему поверил. Попытался забыться в алкоголе — не помогло, секс тоже. Больше всего в тот момент парню хотелось исчезнуть, просто не быть нигде — там-то уж точно Кристиан не смог бы его достать. Видимо желание было так сильно и всеобъемлюще, что ему ответил спящий в каждом человеке Свет. Я видел, как манифестировалась Маша, думаю, тут произошло нечто подобное. Свет исполнил волю носителя — затёр личность под ноль, включая воспоминания. Вот как я оказался в опустевшем теле после этого, и почему не погас источник Жизни, а так же уцелела Печать — это вопрос. На который я, возможно, смогу ответить когда-нибудь потом, потому что сейчас Кристиан уже приблизился ко мне вплотную и властно тянул руку, чтобы схватить то ли за плечо, то ли вообще за шкирку.

— Ах. Ты. Тварь, — глядя снизу вверх, сообщил ему я, чувствуя, как Стихия затапливает моё тело, послушно замедляя субъективное время.

Говоря слово «тварь», я ничуть в этот раз не желал оскорбить оппонента, всего лишь констатировал факт. Как можно обычному человеку заполучить габариты космопеха? Ну да, они самые — мутации под действием дикой магии Шрама. Обычные животные иногда увеличиваются во много раз, вспомнить хоть титаническую рапторобелку, так что моего папашу переделало ещё так, скромно. Но это всего лишь значило, что есть и другие, незаметные снаружи изменения.

Трудно рационально объяснить, почему я вот так сразу начал атаку с целью убить оппонента. Злость? Нет. Насолил когда-то любимый муж и отец свой семье преизрядно, но не мне лично. Не считая, правда, того, что он собирался выкрасть меня, гражданина республики, прямо на глазах у одного из представителей власти этого государства. Но думаю основным поводом послужило всё-таки другое. Хотел я признавать это или нет, Охотником на монстров я все-таки стал. А передо мной стоял самый настоящий монстр во плоти, и стоял слишком близко.

Дальше сработал просто условный рефлекс: хочешь выжить сам — вали тварь. Без жалости форсируя одновременно все системы организма и выводя своё тело на несколько секунд на запредельный уровень скорости и силы и поставив всё на один удар — так, как я отбивался от хаски. Из оружия у меня, правда, был сейчас всего лишь короткий охотничий нож, но на такой дистанции это даже было к лучшему. Копьем я просто не успел бы размахнуться, да и для применения магии жизни в атакующем режиме нужен максимально прямой контакт. Причем не просто прямой контакт, а в месте ранения: я уже сейчас видел, как вырывающуюся из меня Стихию словно мощным ветром сносит прочь от тела разумного чудовища.

Пальцы вытянутой руки сомкнулись на пустоте — меня там уже не было, я шагнул вперёд, совсем вплотную. Но выигрыш был временный: просто генерал Рубежников, сам превратившийся в подобие своего злейшего противника, не ожидал столь быстрого перехода на иной темп скоростей. Рука, вновь растопырив пальцы, метнулась назад — в нормальном восприятии это было молниеносно, но я всё ещё был на шаг впереди. В том числе и буквально, успев зайти Кристиану за спину, одновременно достав нож. Толком размахнуться было негде, мешала проклятая накидка, но место для удара я всё-таки нашел.

Большой рост — это не только большие шаги и много силы, это ещё и расположение уязвимых частей тела значительно выше диапазона, комфортного для атаки противником. Сердце, артерии на шее — мне бы пришлось сильно вытягивать руки, едва ли не подпрыгивать, существенно ослабляя удар. Но зачем, когда прямо рядом была ещё одна точка, поражение которой приводило к мгновенной смерти. По крайней мере, тех существ, что не обладали сверхвысокой регенерацией. Нужно было всего лишь дотянуться лезвием ножа до почки.

Почки, как я уже говорил, работают за счет перепада давления телесных жидкостей. Из-за этого артерии, соединяющие почки с системой артериального кровообращения, подключены напрямую к отходящей от сердца центральной кровеносной магистрали, аорте. Разрушение почки ведет к мгновенному и катастрофическому падению давления крови, остановке сердца и чудовищным кровопотерям. У четвероногих зверей почки расположены неудобно для поражения, легче пробить сердце или череп, а вот у человека, с его вертикальной спиной, совсем другой разговор. Хирургическая практика меня не подвела — я попал куда надо. Бархат мгновенно разошелся под остриём и неохотно, медленно начал продавливать кожу. Нет, так не годится!

Я пригнулся, практически встал на колени, пропуская над головой следующий замах, упираясь ногами в дорожное покрытие, а двумя руками — в рукоять ножа. Одновременно моя магия начала проникать в рану, помогая острию разрушать аномально-плотную соединительную и мышечную ткань. Кристиан дёрнулся, наконец почувствовав боль, но я всё-таки его достал, почувствовав, как лезвие толкнула освобождённая алая жидкость. Тут мне пришлось откатываться в сторону, уворачиваясь от мощного и очень быстрого пинка. Папаня вышел на боевой режим, но поздно, слишком поздно: скорее по наитию, чем расчётливо, я в последний миг сумел собрать Жизнь в подобие тонких канатиков, внедряя их в область раны. Не знаю, что из этого получится, но явно ничего хорошего для «родственника»… тяжёлый ботинок всё-таки вскользь задел меня по плечу, превращая управляемый перекат в неконтролируемое кувыркание. Но пропитки Стихией хватило на защиту от переломов, а остатка ускорения — на то, чтобы погасив скорость, оставшейся инерцией вздёрнуть себя на ноги. Всё, я пуст. Чёрт, нож так и остался в ране.

Все эти полторы секунды, пока мы с отцом обменивались ударами, его свита никак не реагировала на атаку. Собственно, они и сейчас выглядели ничуть не обеспокоенными, как, впрочем, и их лидер. Генерал как-то брезгливо даже пошарил у себя в районе пояса, ничуть не беспокоясь о том, что пачкает под собой кровью местный «асфальт». Двумя пальцами буквально вынул лезвие из раны, словно это была мелкая заноза, мимоходом отбросил в сторону… и с некоторым удивлением прислушался к себя. Что, проняло, сволочь?! Моей магии в теле противника уже не осталось, а вот «канатики», один-в-один похожие на линии амулетной магии, всё ещё держались, не давая ране закрыться, а крови свернуться. Ну всё, сейчас он покачнётся…

Вместо ожидаемого события амулетные линии словно лопнули изнутри — и тут же толчками бьющий поток крови иссяк. Тварь! Кристиан даже не особо побледнел от кровопотери, которая не то что человека — слона бы убила.

— Ну как? — издевательски переспросил я чудовище в псевдочеловеческом обличии, пытаясь прикинуть, в какую сторону мне бежать. Получалось, что ни в какую — без магии мне было от отца не оторваться. — Я стал воином, или как?

— Ты меня достал… — существо, когда-то бывшее моим биологическим отцом, похоже, испытывало удивление. Не уверен, что именно противник хотел мне ещё сказать, и хотел ли, но тут зрачки всех троих изменённых синхронно дёрнулись. Я скосил взгляд… и не стал сдерживать злую улыбку: на секциях забора, через равные промежутки, застыли ушастые силуэты в чешуйчатых чёрных кирасах. Пока я был занят, Вирн времени не терял. Фууух, спасён!

— …Убедил, — пробасил наконец свой вердикт Кристиан. — Хорошо. Чтоб не позже середины зимы ты зачислился в Войско Рубежа. Обманешь — я тебя найду.

ЧТО?

Пока я вытаращенными глазами смотрел на папашу, не в силах вымолвить ни одного приличного слова в ответ на подобное требование, тот махнул рукой прихвостням. Рубежники загрузились в покачнувшийся под массой человекоподобных монстров дилижанс, и междугородняя карета немедленно тронулась.

Так. Это что такое сейчас было?

Пока я пытался осмыслить произошедшее — особенно последний ультиматум, к натекшей лужи крови подошел Вирн. Внимательно осмотрев пятно, он откуда-то достал пробирку и ловко, отработанным движением собрал часть жидкости, не испачкав стекла снаружи. Взболтал сосуд, задумчиво посмотрел на просвет, кивнул сам себе и обратился уже ко мне: