Как я съел ваши фаерболы 3 (СИ) - "Архимаг" - Страница 22

Я вышел из темноты прямо на крыльцо под мигающие огни.

Вместо одежды мое тело покрывала корка из засохшей крови химер, серой пыли и пепла. В зубах я лениво перекатывал нефритовую заколку, которую вытащил из разбитой статуи.

Спор оборвался мгновенно. Словно кто-то выключил звук.

Воронин поперхнулся на полуслове. Мегафон в его руке пискнул и с треском заглох.

Десятки бойцов КМН вскинули винтовки, но стрелять никто не торопился. Пальцы застыли на курках, а стволы ощутимо подрагивали.

Люди тоже звери, и их инстинкты выли от страха перед тем, кто только что сожрал целое поместье.

Стало тихо. Слышно было только, как ледяные капли барабанят по броневикам.

Валерия даже бровью не повела. Она опустила термокружку, прищурилась и с любопытством оглядела меня с ног до головы.

— Мышечный тонус хорош, Яр, — с ухмылкой протянула она. — Прекрасная работа широчайших. Но правила приличия ты всё ещё игнорируешь. Зачем пугаешь инспекторов своими… амбициями?

Она выразительно, со значением опустила взгляд значительно ниже моего пупка.

Я с треском перекусил заколку, сплюнул осколок на мокрые ступени и почесал грудь. После чего уставился на багровеющего Воронина.

— Слышь, законник, — хрипло сказал я. — У мистика в шкафах одни шёлковые халаты. Я эту китайскую синтетику надевать не собираюсь. Метнись кабанчиком, найди мне штаны. Быстро.

Воронин впал в ступор. Он переводил взгляд с моего лица на черный проем за спиной, осознавая простую истину. Перед ним стояла атомная бомба без предохранителя. И если она сейчас разозлится, собирать Комитет придётся по частям в радиусе трёх районов.

— Рядовой! — взвизгнул Воронин, хватая за шиворот ближайшего бойца КМН. — Бегом на заправку за углом! Купи штаны! Даю одну минуту, или пойдёшь под трибунал! Одна нога здесь, другая там!

Бедолага-новобранец от испуга выронил рацию прямо в грязь и рванул с места с такой скоростью, словно за ним гнался лично Безумный Бог Бездны.

Пошла минута тягучей, липкой неловкости.

Дождь продолжал хлестать по голому телу, смывая кровь. Я спокойно стоял на крыльце и буравил взглядом бойцов оцепления. Опытные бойцы нервно сглатывали и отводили глаза, не выдерживая давления.

Валерия сделала шаг ко мне. Боец двинулся за ней, прикрывая госпожу краем своего огромного зонта.

— Хочешь ко мне, Яр? — поинтересовалась она с лёгкой иронией. — У меня тут сухо и чаёк в термосе есть.

— Не надо, — буркнул я, даже не повернувшись. — Считай, что я нахаляву помылся. Пыль веков смываю.

Наконец из-за угла выбежал запыхавшийся рядовой бонц. Он дышал тяжело, сжимая в руках пластиковый пакет с заправки. Солдат на цыпочках протянул мне его, стараясь держаться подальше.

Я выхватил пакет, заглянул внутрь и глубоко вздохнул.

Ассортимент ночной заправки превзошёл ожидания. На свет я извлёк розовые шорты в ромашку. На заднице красовалась огромная надпись: «I ❤️ Severogorsk». В комплекте шли резиновые шлёпанцы.

— Это всё, что было большого размера, господин Волков! — заикаясь, пролепетал рядовой. — Там только сувенирный стенд работал…

— Сойдёт, — бросил я.

Я натянул розовые шорты поверх бедер. Кое-как втиснул ступни в шлёпанцы и с мокрым щелчком поправил резинку.

Затем я поднял взгляд на толпу.

В моих глазах закружилась тьма, и комизм ситуации испарился. Воздух мгновенно потяжелел, превратившись в плотный кисель, а розовые шорты в ромашку перестали казаться смешными.

— Кто улыбнется, тому вырву кадык, — любезно пояснил я.

У Воронина на лице отчётливо проступила мысль: «Если хоть один боец сейчас прыснет, этот монстр вырвет ему кадык через ноздрю. А потом заставит меня это съесть».

Ни один человек из бойцов КМН не пискнул. Все вытянулись по стойке смирно, глядя сквозь меня.

Валерия отвернулась, прикусив губу. Её плечи подрагивали, но воспитание уберегло от смеха.

Я спустился по ступеням, шлёпая подошвами по лужам, и хлопнул онемевшего Воронина по мокрому плечу. На его плаще остался грязный след.

— Ну вот. Теперь я одет и готов к диалогу. Поехали жрать, Воронин. Я голодный, как ублюдок, так что платишь ты.

Я зашагал мимо бойцов прямо к броневику, шурша розовым нейлоном. Лера, сдерживая улыбку, бесшумно скользнула следом.

ИО Главы Комитета оставалось лишь обречённо вздохнуть и поплестись следом.

Ресторан «Империал» полностью оправдывал своё пафосное название. Вокруг сияла позолота, с потолка свисали хрустальные люстры, а по залу бесшумно скользили официанты во фраках. Тихая музыка из динамиков настраивала на покой, но в нашей кабинке царила иная атмосфера.

Я сидел во главе стола на роскошном диване из бордового бархата. Голый по пояс, я был покрыт коркой сажи, серой пыли и засохшей крови. Шорты в ромашку с надписью «I ❤️ Severogorsk» и резиновые шлёпанцы довершали картину.

В ресторане действовал строгий дресс код. Но я его прошел без проблем, так как секьюрити хватило лишь одного взгляда, чтобы пропустить меня без лишних вопросов.

Контраст был таким, что столовый нож в моих руках казался лишним. Впрочем, я им и не пользовался.

Официант дрожащими руками поставил на стол серебряное блюдо со стейками. От него несло паникой и желанием уволиться, но парень держался.

Я решил оставить хорошие чаевые. Чисто за стрессоустойчивость.

Как только парень испарился, я вонзил пальцы в сочное, сочащееся кровью мясо. Мой Черный Желудок утробно заурчал.

Я ел за десятерых. Пережёвывал говяжьи кости, перемалывая их зубами в пыль, и запивал холодным коньяком прямо из горла.

Валерия сидела по правую руку от меня. Она изящно, едва касаясь серебряной вилочкой, ковыряла диетический салат из рукколы. Впрочем, на свою тарелку Аметистовая Паучиха даже не смотрела. Её взгляд, полный любопытства пополам с обожанием, был прикован ко мне.

Лера наблюдала за работой моих челюстей с восторгом, словно биолог, разглядывающий редкую мутацию. Её дар позволял видеть, как перестраиваются каналы, усваивая белок и чистую энергию.

Напротив нас, вжавшись в спинку кожаного кресла, сидел Воронин. ИО Главы Комитета выглядел так, словно его ведут на расстрел прямо в шёлковых декорациях ресторана. Он держал стакан с минералкой, но его пальцы так дрожали, что лёд звенел о стекло.

Я вытер рот салфеткой, оставив на ней бурый след, и откинулся на спинку дивана.

— Значит так, Воронин, — будничным тоном произнёс я, покручивая в пальцах обглоданную кость. — Усадьба Адлера с этого момента принадлежит роду Волковых. Документы сами оформите, без лишней бюрократии.

Воронин судорожно сглотнул и подавился минералкой. Он закашлялся, промокнул рот платком и испуганно пролепетал:

— Но позвольте, Ярослав Андреевич! Наследников нет. По закону имущество магов переходит государству! Мы обязаны опечатать особняк до выяснения…

— Плевать я хотел на закон, — я отмахнулся костью, едва не задев его нос. — У барона в подвале отличный саркофаг стоит. Я в нём буду соленья хранить. Идеальная тара для запаса огурцов. Не дело добру пропадать.

— А лаборатории и склады отходят Клану Медведевых, — ровным тоном добавила Лера. — Для санитарной очистки, разумеется. И я бы на вашем месте не спорила, господин Воронин. Иначе я пришлю вам счёт за очистку усадьбы от тварей Адлера. Да, а что вы думали, мы будем бесплатно делать работу Чистильщиков? Поверьте, сумма в три раза превысит бюджет Комитета.

Воронин перевёл взгляд с сытого полубога в шортах на Валерию. Он понимал, что против союза Волковых и Медведевых у него нет шансов. Ни политических, ни физических.

— Хорошо… — кивнул чиновник. — Мы оформим это как возмещение ущерба вашему роду.

— Вот и славно. Можешь ведь, когда хочешь, — я ухмыльнулся и снова потянулся к коньяку. — Теперь к другому вопросу. Что со статусом? Я до сих пор числюсь как угроза. Это утомляет. Златогоровы на поводке, Голубевы в родственниках, Медведевы… — я подмигнул Лере, — наши друзья. Претензий ко мне нет, пора снять клеймо.