Не триумфатор (СИ) - Каменистый Артем - Страница 23

Отказываться от столь ценного актива я даже не подумал. И хотя тащить с собой лишних гражданских мне бы не хотелось, ради таких можно сделать исключение.

А если кому-то не понравится, что десница привечает иные расы, пускай спит одним глазом, защищая свое имущество всеми возможными способами. Ведь я не стану сильно ругать Бяку, Гнусиса и их чересчур предприимчивых сородичей, если вдруг у такого недовольного что-то ценное пропадёт.

Даже более того, — я их буду всячески провоцировать к организации «пропаж».

Глава 10

Все хотят десницу

Глава 10

Все хотят десницу

— Десница, мне бы поговорить с тобой надо. Проблема тут у меня. И вообще важное дело.

Оторвавшись от бумаги, я кивнул:

— Проходи, Кошшок. Присаживайся и говори.

Тот уселся на стул как-то осторожно, на самый краешек, и спину неестественно прямой при этом держал. Казалось, полковой рэг смущается, что совершенно ему несвойственно.

Но нет, наверное, просто показалось. Он из тех людей, которые могут голышом через весь город пройти и не покраснеть.

А вот то, что он не просто трезвый, а от него даже слабого запаха алкоголя нет — явная странность.

Что-то со здоровяком не то.

— Тут, десница, дело такое… Контракт мой истёк два месяца назад. Всё это время я продолжаю служить, но жалование не получаю.

— Это и есть твоя проблема? — удивился я. — Странно, конечно, что ты, выходит, без контракта служишь столько времени, но ничего страшного в этом не вижу. Мог давно к Аммо Раллесу обратиться, он бы тебе продлил контракт сам, задним числом, чтобы жалование начислили на весь срок. Я для этого не нужен.

— Да понимаешь, десница, тут ведь не в продлении дело. Я эти месяцы посматривал тут на всё и думал много. В общем, не торопился с продлением. Мне, честно говоря, эта Мудавия до того опостылела, что если сгорит вся, до последней кучки навозной, ничуть не огорчусь. Но я же назначения сам не выбираю, за меня выбирают. До того, как тебя к нам прислали, подумывал дотянуть потихоньку до конца контракта и податься куда-нибудь в империю. Давно пора приткнуться к чужой земле. Так-то, своё, конечно, ближе, но домой, в горы родные, возврата мне нет. Кровник я там, сильный род хочет моей смерти. Мой клан они не трогают из-за меня, потому что я давно от него отрёкся. Формально сам по себе стал, хотя сердцем до сих пор со своими. Враги это понимают, но не придерёшься, потому что по всем правилам отрекался. Но если вернусь, не только сам подставлюсь, а и своих могу подставить. Они не те люди, не смогут в стороне стоять и говорить, что я им чужой. Да и если скажут такое, не послушают их. В горах, если ты из клана уходишь, чтобы не вешать на него свои беды, у тебя две дороги: или умирать, или уходить куда-то очень далеко и никогда не возвращаться. Возвращение это почти всегда война до последнего человека, без разговоров. Так что нет мне возврата. Ну а в империи военный с моим опытом не пропадёт. Тем же купцам вечно нужны командиры охраны. Не по мне такая работа, скучная и глупая, но это честные деньги. Вот только потихоньку дотянуть до конца контракта не получилось. Свалился на нас ты, и понеслось всякое. Столько всего разного начало происходить, что даже выпить нормально некогда стало. И я, на тебя посмотрев, начал о другом подумывать. Об интересном. Десница, ты меня в деле видел. Да, я сложный человек и недостатков у меня много, но ведь солдат я честный и людей в кулаке держать умею. Тебе не помешают мой опыт, мои руки и мой топор. Я не такой уж простак, я вижу, как ты тихо и верно создаёшь свою личную армию, и скажу, что этой твоей армии очень не хватает нормальной пехоты. Наёмники Львёнка это не твои люди, они служат тебе за плату. Думаю, в шудры они не пойдут, как ни уговаривай, это против обычаев вольных городов. А ты именно своих людей одного к другому стараешься собрать. В корпусе хватает добрых бойцов с истёкшими или почти истёкшими контрактами, ты таких легко выкупишь, если надо. Я тут прикинул, могу назвать шестьдесят восемь человек, которых стоит забрать. Для начала обозной охраной поставить, а дальше, если решишь заняться пехотой, из них можно назначить хороших сержантов и офицеров. Перспективные кадры, как ты говоришь. И хорошо бы к ним ещё пару десятков ребят забрать, но у них ещё не скоро контракты истекут. Выкупить, так-то, можно, но дороговато получится. Тут уже тебе решать, стоят они таких трат, или пускай остаются. Вот такие вот дела, десница.

Внимательно глядя на Кошшока, я вздохнул:

— Денег у меня достаточно, чтобы весь корпус десять раз выкупить. Да только кто же позволит это делать во время войны? Человек семьдесят-восемьдесят ещё куда ни шло, так что твоих людей, наверное, вытащить получится. Да в принципе и больше можно, если правильно всё сделать. Только знаешь, что мне вербовщики и Аммо Раллес рассказывают? Что уже человек под сто из корпуса просились именно ко мне. И сюда, в миссию, ко мне лично несколько сержантов и офицеров приходили. И не факт, что это именно те, о которых ты пытаешься слово замолвить. Также арбалетчики, которые не входят в мою личную тысячу, всех достают. Им я вынужден отказать. Лучших из лучших уже выбрал, остальные слишком проблемные, перспектив не вижу. Да и нет у меня для них ни оружия нового, ни амуниции, ни доспехов. Это мудавийцы после битвы Трёх королей уверовали, что арбалетчик с убогим самострелом способен каждым выстрелом по альфе отстреливать, а реальность, увы, говорит обратное. Одной атакой, когда, по сути, кроме альф никто к нам не прорвался, южане выкосили несколько тысяч наших. В считанные минуты. Ты видел, что там творилось, когда строй рассыпался за секунды, и кровавым туманом позицию затянуло. За одного альфу мы платили сотнями и сотнями «тряпок». Таких арбалетчиков надо тысяч тридцать, чтобы засыпать всё поле боя тяжёлыми болтами. И войско, где делают ставку на столь специфические стрелковые отряды, не может считаться полноценной армией. Да, оно может неплохо сыграть, но лишь в особых, тщательно подготовленных условиях. И если противник не совсем тупой, сработает лишь раз. Просто выставят против толпы «тряпок» баллисты или прокачанных лучников. Пусть их будет немного, но достаточно минут пять меткого обстрела, чтобы такие горе-стрелки побежали. Стойкость у них почти нулевая, сам понимаешь. На той ярмарке им деваться некуда было, слишком резво на них альфы налетели, вот и пришлось многим сражаться, вместо того, чтобы бежать. Так что мудавийцы могут играться с такими отрядами сколько угодно, это их право и их проблемы. Тхат теперь не скоро оправится, и пройдут годы, прежде чем короли решатся на реванш. Так что пусть этот балласт тешит эго Пробра и его камарильи, а мне такая армия ни к чему. И да, о нормальной пехоте я действительно задумываюсь, но не знаю, когда до неё руки дойдут. Тебя я взять готов с радостью, как и учесть твои рекомендации. Но ты видел мою личную армию, и должен понимать, что от тебя и остальных потребуется.

— Десница, ты про клятву шудры? Да я прям сейчас готов.

— Да, про клятву. И про полное подчинение. Некоторые вещи, к которым ты привык, в моей армии не приветствуются. Как ты заметил, я воюю немного не так, как это принято. И дело не только в том, что здесь, в Мудавии, мои возможности невелики и приходится выкручиваться. Можешь считать это особой тактикой Кроу или чем угодно, просто сразу заруби себе на носу: тебе придётся учить много нового и забывать немало старого.

— Да я уже сам понял, десница. Насмотрелся на твои выкрутасы.

— Раз понял, жду от тебя список кандидатов, за которых ты готов поручиться. Сроки контрактов и краткая характеристика по каждому должны прилагаться.

— Словами можно или всё писать?

— На бумаге, Кошшок, на бумаге…

— Ох и долго возиться придётся, — опечалился рэг. — Не мастак я бумагу марать, до ночи не управлюсь.

— Иди к секретарю Аммо Раллеса, пусть тебе поможет быстро всё сделать. Скажи, это мой приказ.