Аквилон. Маг воды. Том 6 (СИ) - Токсик Саша - Страница 19

Но самой Маши не было видно.

Сегодня за стойкой стояла молодая девушка-официантка, которая приветливо кивнула нам, но без той материнской суеты, которая была визитной карточкой хозяйки.

Надя тоже заметила отсутствие Маши, обвела зал взглядом, пожала плечами.

— Может, на кухне, — сказала она. — Или выходной.

За стеклом неспешно катил свои воды канал, проплывали лодки с грузом и пассажирами, на противоположном берегу торговка раскладывала на прилавке какую-то зелень.

Надя опустилась на стул и вдруг рассмеялась.

— Что? — спросил я, садясь напротив.

— Помнишь, как мы об этом мечтали?

— Помню.

— И вот мы здесь.

Она произнесла это с лёгким недоверием в голосе. После всего, через что мы прошли, после погонь и драк, после пиратов и заговорщиков, мы просто сидели в трактире у окна и собирались заказать обед.

Подошла официантка с меню. Надя схватила листок, написанный от руки знакомым старомодным почерком, и начала читать вслух, смакуя каждое слово:

— Уха с расстегаями… Судак в сливочном соусе с молодым укропом… Жаркое по-купечески в горшочке…

— Берём, — сказал я.

— Что именно?

— Всё.

Официантка подняла брови. Надя перевела взгляд на меня, потом снова в меню, и глаза её заблестели тем самым детским восторгом, который я видел в первый наш визит сюда.

— Уху с расстегаями, — начала она диктовать.

— Судака в сливочном соусе, — подхватил я.

— Наполеон с заварным кремом!

— Медовик.

— Эклеры!

— Обязательно эклеры.

— И чай с мёдом, — закончила Надя. — Много горячего чая.

Мы переглянулись и расхохотались. Официантка записывала, едва поспевая, и на её лице читалось лёгкое недоумение, но она была достаточно профессиональна, чтобы не комментировать.

Когда девушка ушла, Надя откинулась на спинку стула и посмотрела в окно.

— Знаешь, — сказала она, — после того как ты организовал очередь, у меня словно камень с плеч упал.

— Система, — кивнул я.

— Именно. Откуда ты это знаешь? Такие вещи?

Я мог бы рассказать ей про тысячи посланцев, ожидавших аудиенции у врат подводного города, про то, как я годами отлаживал механизмы управления империей, раскинувшейся на тысячи миль под водой. Но вместо этого я просто пожал плечами.

— Читал где-то.

Надя улыбнулась, явно не поверив, но не стала допытываться. За это я тоже был ей благодарен.

Принесли уху. От глубокой керамической тарелки поднимался пар, и запах ударил в нос раньше, чем я успел взять ложку. Тот самый запах, который невозможно подделать: наваристый рыбный бульон, томлёный на медленном огне.

Надя уже зачерпнула первую ложку и осторожно подула.

— Горячая, — словно предупредила она сама себя, но всё равно отправила в рот.

Я последовал её примеру. Бульон обжёг губы, но это была приятная, правильная температура. Рыба распадалась на нежные волокна от одного прикосновения ложки. Я взял расстегай, надломил, и из-под хрустящей корочки повалил пар с запахом печёного теста и рыбной начинки.

Какое-то время мы ели молча, и это тоже было правильно. Хорошая еда не требует комментариев.

Когда уху сменил судак в сливочном соусе, я решил, что самое время поделиться новостями.

— Кстати, — начал я, подцепляя вилкой кусочек нежного белого мяса. — Тестеры готовы. Пятьсот индивидуальных, двадцать больших. Лежат в ящиках, осталось только вставить русалочьи камни.

Надя подняла голову.

— Правда? — её глаза засветились от радости.

— Сегодня утром как раз забрали партию камней. Так что можем запускать в продажу.

— Это же прорыв, Данила. Это может остановить эпидемию.

Я кивнул. Она была права, но я знал, что одними тестерами проблему не решить. Нужно было добраться до источника заражения, до тех, кто стоял за всей этой схемой. Мергель и Лазурин по-прежнему оставались на свободе.

Но сейчас был не момент для мрачных мыслей. Я решил рассказать Наде кое-что повеселее.

— Шестаков, кстати, не сидит без дела, — сказал я с улыбкой. — Помимо тестеров он успел усовершенствовать свои музыкальные чайники, теперь они нагреваются всего за полминуты, и играют мелодию, когда вода готова.

— Играют мелодию?

— Представь себе. И это ещё не всё. Он строит автомат для газированной воды.

Надя перестала жевать.

— Автомат?

— Громадина в человеческий рост. Внутри камень Эола, который насыщает воду пузырьками. Бросаешь монету в приёмник, нажимаешь кнопку, и из краника течёт ледяная газированная вода.

— Это же гениально, — Надя даже подалась вперёд от возбуждения. — Такие автоматы можно поставить по всему городу! Чистая вода Добролюбовской фабрики, проверенная, безопасная. Не нужен продавец, работает круглые сутки. И подделать сложнее, чем бутылку!

— Волнов уже считает прибыль, — усмехнулся я.

Глаза Нади заблестели.

— Знаешь что? Можно сделать ещё лучше.

— Лучше, чем автомат с газировкой?

— Сиропы, — она понизила голос, будто открывала великую тайну. — В столице я была в одном модном заведении. Там продавали газированную воду с разными сиропами. Малиновый, вишнёвый, лимонный… Стоило безумных денег, говорили, что воду зачаровывает маг-воздушник специально для создания пузырьков. Самое модное место в городе, туда записывались за неделю.

Я представил себе картину.

— И если сделать автомат, который выдаёт воду с сиропами…

— Отбоя от желающих не будет! — Надя рассмеялась. — Представляешь? Бросил копейку, получил стакан обычной газировки. Бросил три, он нальет с малиновым или вишнёвым. Можно сделать разные кнопки для разных вкусов!

Я представил, как Шестаков отреагирует на эту идею. Безумный изобретатель, который и так забыл про сон, работая над автоматами. Если подкинуть ему ещё и идею сиропов, да добавить необходимость взвешивать разные монеты для разных вкусов…

— Он нас проклянёт, — сказал я.

— Кто?

— Шестаков. Когда я расскажу ему про сиропы, он не будет спать неделю. Будет бормотать что-то про клапаны, зубчатые передачи и систему подачи.

Надя прыснула со смеху.

— Ты же не станешь ему рассказывать?

— Конечно стану. Как я могу лишить его такого удовольствия?

Мы расхохотались оба, представляя всклокоченного Шестакова, который мечется по своему цеху, хватается за голову и бормочет про противовесы и ёмкости для сиропов. Официантка, как раз несшая мимо поднос с чьим-то заказом, покосилась на нас с лёгким удивлением, но ничего не сказала.

Принесли десерт. Официантка расставила тарелки на столе, и я поймал себя на том, что улыбаюсь. Всё, о чём мечтала Надя тогда, у реки, теперь стояло перед нами: наполеон, медовик, эклеры. И чайник чая с мёдом, от которого тянуло сладким паром.

Надя потянулась к наполеону. Коржи захрустели под вилкой, и крем выдавился сбоку, густой, пахнущий ванилью. Она откусила и на мгновение прикрыла глаза.

— Именно так я и представляла, — сказала она тихо. — Столик у окна. Пирожные. Чай. Никуда не бежать, никого не спасать, ни от кого не прятаться.

— Не драться, — добавил я.

— Не тонуть.

— Не убегать от пиратов.

Она открыла глаза и встретила мой взгляд. В нём было что-то такое, что заставило меня на секунду забыть про эклеры и медовик, про Шестакова с его автоматами, про тестеры и русалочьи камни. Что-то тёплое и настоящее.

— Как нормальные люди, — произнесла она.

Обещание, данное на камне у реки, было выполнено.

Все пирожные мы конечно не доели. Я взмахом подозвал официантку, чтобы рассчитаться и попросить упаковать оставшиеся с собой.

— А где Маша? — спросила Надя. — Передайте ей от нас благодарность, всё было восхитительно. Жаль, что не можем сказать ей лично.

И вдруг лицо девушки изменилось. Улыбка, с которой она подошла к столику, сползла, уголки губ задрожали. Она отвела взгляд, потом снова посмотрела на Надю, и я увидел, как в её глазах блеснули слёзы.

— Вас, видимо, давно не было, — сказала она тихо.