Выжить в битве за Ржев. Том 7 (СИ) - Ангелов Августин - Страница 29

— Поздравляю, майор, — сказал Сергеев, и голос его прозвучал холодно, словно зимняя стужа. — Вы заслужили эти награды. Но не думайте, что это изменит ситуацию. Я знаю, что вы что-то скрываете. Потому по-прежнему буду следить за каждым вашим шагом. И если вы совершите ошибку, я буду рядом.

Ловец усмехнулся, и в его усмешке было превосходство, когда он проговорил:

— Я знаю, товарищ капитан. И я не сомневаюсь, что вы будете делать свою работу. Но запомните: я тоже делаю свою работу. И я делаю ее так хорошо, что даже Жуков это заметил. Так что, может быть, вам стоит пересмотреть свое отношение ко мне? Мы же на одной стороне, в конце концов.

Сергеев промолчал, но его насупленное молчание было красноречивее любых слов. Он сжал кулаки, но сдержался, не давая волю гневу. Он знал, что сейчас не время для открытого конфликта с этим непонятным человеком. Но в его голове уже созревал новый план. Он еще найдет способ добраться до Епифанова, но сделает это осторожно, незаметно, так, чтобы никто не заподозрил его причастности.

— Мы на одной стороне. Это факт, — сказал наконец Сергеев. — Поэтому поскорее готовьте передачу дел мне.

Ловец кивнул, развернулся и вышел из кабинета. Он чувствовал на себе взгляд Сергеева, полный ненависти, но не обернулся. Он знал, что одержал маленькую, но важную победу. И это давало время, чтобы подготовиться к тому, что ждало его впереди. К рейду под Ржев.

Обе медсестры прошли в небольшую комнатку для медперсонала, где стояли старый стол, шкаф, две табуретки и лежанка. Полина налила уже заваренный чай из трофейного немецкого термоса, достала два кусочка сахара и протянула один Светлане.

— Вот, — сказала Поля. — Пей. Это тебя согреет.

Света взяла кружку, и руки ее перестали дрожать.

— Вы не представляете, как я вам благодарна, — сказала она. — Вы единственная, кто отнесся ко мне по-человечески. А остальные… Они смотрят на меня так, будто я уже вдова. Будто мой Коля точно погиб. Но я знаю — он жив. Я чувствую это.

Полина села напротив нее и посмотрела внимательно, стараясь заглянуть в глаза.

— Опять на «вы»? Перестань. Мы же теперь подруги!

Светлана смутилась, но продолжала:

— Коля обещал мне вернуться. Перед тем, как уйти на тот объект, он сказал: «Света, я вернусь. Что бы ни случилось — вернусь». И я верю ему. Он никогда не нарушал своего слова.

Полина кивнула, чувствуя, как уважение к этой молодой женщине растет внутри нее. Светлана была сильной личностью. Сильнее, чем казалась на первый взгляд. И это вызывало в Полине не только симпатию, но и зависть. Ловец любил Клавдию за сильный характер. А она, Полина, была лишь тенью, которая всегда оказывалась рядом, но никогда не была нужна по-настоящему.

— Я сделаю все, чтобы помочь тебе найти мужа, — сказала она, и в голосе ее звучала решимость. — Я обещаю.

— Спасибо, — прошептала Света. — Ты мой ангел-хранитель.

Полина улыбнулась, но улыбка ее была горькой. Она подумала, глядя на Светлану: «Если через тебя я смогу быть ближе к Ловцу — я стану для тебя хоть ангелом, хоть кем угодно. Лишь бы быть рядом с ним, чтобы войти в его жизнь».

В этот момент в коридоре послышались быстрые шаги, дверь в комнатушку распахнулась, и на пороге неожиданно появился сам Ловец. Он был в своей майорской форме и выглядел довольным, а на его груди сияли новенькие ордена.

Глава 15

Когда Ловец вышел из кабинета Сергеева, в коридоре ему встретился Орлов. Он смотрел на ордена на груди Ловца с уважением и улыбкой.

— Ну и дела! Поздравляю! — выпалил он. — В штабе Западного фронта награждали? Это же высшее признание заслуг!

Ловец улыбнулся в ответ, проговорив:

— Да, Костя. Лично Жуков меня наградил. Теперь я подчиняюсь только ему. А это значит, что мы сдаем здесь дела и начинаем формировать новый отряд. И Сергеев не сможет нам помешать. По крайней мере, открыто.

Он дал указания Орлову, потом прошел в свой кабинет, закрыл дверь и сел за стол. На груди все еще приятно сверкали два ордена, напоминая ему о том, что он уже не просто попаданец из будущего. Он стал частью этой войны, частью этой огромной страны, даже частью ее истории, уже немного измененной его деятельностью и зафиксированной в наградных листах. И он снова ощутил в себе решимость продолжить изменять ситуацию к лучшему. Но прямо сейчас он собирался сделать очень ответственный личный шаг, который давался ему с трудом, но был необходим. Ловец все-таки принял решение навестить свою молодую бабушку.

Попаданец остановился, увидев ее, и на мгновение застыл.

Полина заметила, как дрогнули руки Ловца, как напряглись плечи. Он явно не ожидал встретить ее здесь, в этой комнате, за этим столом, пьющей чай. Но… Он словно бы и не обратил внимания на нее, а повернулся к Светлане.

— Вы Светлана Денисова? — спросил он, и голос его прозвучал мягче, чем обычно. — Я искал вас. Мне сказали, что вы работаете в госпитале и сейчас на дежурстве.

Светлана вскочила, чуть не опрокинув кружку с горячим чаем. Она смотрела на Ловца, и в ее глазах была смесь надежды и страха. А он стоял перед ней такой красивый при орденах на груди и в белом медицинском халате, накинутом на плечи.

— Дядя Коля! — воскликнула наконец Света. — Вы знаете, где мой муж? Вы видели его? Он жив?

Ловец подошел к ней, неожиданно подал ей руку и пожал, когда Света протянула свою навстречу. И Полина заметила, как бережно он это делал: словно боялся огорчить хрупкую женщину, стоящую перед ним.

— Рад знакомству! Я пришел сказать вам, что Коля жив, — сказал он тихо, но твердо. — Он в безопасном месте. Но я пока не могу сказать, где именно он находится. Это военная тайна. Но он жив, здоров, и он вернется к семье. Я обещаю. Только об этом пока нельзя никому говорить. Но, если вы захотите, я отвезу вас к нему.

Светлана всхлипнула и бросилась к Ловцу на шею. Он обнял ее, прижал к себе, и Полина увидела, как его руки дрожат. Она поняла, что этот жест был не просто утешением. Это было чем-то большим. Словно он обнимал самое дорогое, что у него есть.

Полина почувствовала, как ревность острым ножом вонзилась в ее сердце, а в голову ударили мысли: «Почему он обнимает ее так, как никогда не обнимал меня? Почему он смотрит на нее с такой нежностью, какой не было в его взгляде, когда он смотрел на меня?»

Но она все-таки заставила себя улыбнуться.

— Я рада, что вы нашли друг друга, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но сарказм было не скрыть. — Я тоже рада знакомству со Светой. Она прекрасная девушка!

Ловец повернулся к Полине, и она увидела в его глазах удивление, смешанное с тревогой. Он явно не ожидал, что у Поли будет такая нервная реакция на его встречу с собственной бабушкой, очень молодой и красивой.

Попаданец стоял в дверях сестринской, все еще не выпуская Светлану из объятий, и чувствовал, как внутри него бушует ураган эмоций. Он смотрел на свою молодую бабушку, — такую юную, красивую, с испуганными глазами, — и понимал, что не может сказать ей правду. Мысли скакали в его голове: «Не сейчас! Ты не просто моя родственница, Света. Ты — моя любимая бабушка, которая меня вырастила, пока родители вечно пропадали на службе. А твой маленький сын Сережа, который сейчас спит где-то в детской комнате яслей при госпитале — это мой отец. Мой родной отец, которого я знал уже зрелым и уставшим от жизни человеком. И я должен защитить вас даже ценой собственной жизни!»

Полина смотрела на них, и ревность терзала ее сердце. Она видела, с какой нежностью Ловец смотрит на Светлану, как он обнимает ее, как его голос становится мягче, когда он обращается к ней. И она не понимала, что так сильно связывает Ловца с молоденькой медсестрой. От этого недоумения в голову Полине лезли разные мысли, в которых нотки ревности сплетались с любопытством: «Они ведь, получается, дальние родственники. Но она ему кто? Какая-то троюродная невестка, которую он увидел впервые? О таких говорят: десятая вода на киселе. А он с ней так обнимается, словно она ему родная сестра, которую он всю жизнь знает! Что у них такого общего, если родство только дальнее, да и то через ее мужа? Но разве родственники смотрят друг на друга так, как он смотрит на нее сейчас? Неужели все-таки влюбился в нее с первого взгляда?»