Выйду замуж за первого встречного (СИ) - Тверская Вика - Страница 18

Весь сегодняшний день я изо всех сил ненавидела Антона, а сейчас... не понимала, что к нему чувствую.

Нет, я не готова была его простить. Я все еще злилась и уж точно не хотела его видеть. Но теперь я, по крайней мере, понимала, что у него была причина так поступить.

Жестокая, но все же причина.

То есть это была не сиюминутная шутка, не банальное желание выпендриться, удивить случайных зрителей, а обдуманный поступок.

Для меня мерзкий, обидный, унизительный. Для него — осознанный и имеющий оправдания.

Телефон резко взорвался Рианной — Ленка была ее поклонницей, и от неожиданности я чуть не выронила трубку.

Звонил Антон.

Первой логичной мыслью было не брать трубку. Но на втором звонке я сдалась и решила дать ему шанс высказаться. А заодно спросить про один момент, который беспокоил меня больше всего — почему он не поделился такой важной проблемой. Ведь это не соседки касалось, а его мамы.

— Лен, привет! Ну что там? Она послушала? — Антон говорил сбивчиво и взволнованно. — Получилось? Я могу приехать? Вы где?

— Антон, это я... — Я не узнала свой голос, настолько хрипло он прозвучал.

— Кто, я? — растерянно спросил Антон. — Катюш, ты, что ли?

Я почувствовала, как к горлу подкатывает комок и через силу промычала "угу".

— Катюш... — Антон замолчал. По моим щекам слезы покатились градом. Сил говорить не было. Я растеряла все свои вопросы, возмущения, злость и ненависть.

Мы же были вместе три года.

Три года жизни в топку, в мусорку, вычеркнуть и забыть. Но как забыть, если было и столько всего хорошего? Мы ведь любили друг друга.

Я была уверена, что Антон будет не только моим первым, но и единственным мужчиной.

Сообщения в записи звучали дежурно, а при живом общении эмоции захлестнули меня потопом.

— Катюша, прости, родная. Я не знаю, что тебе сказать. Нет мне оправдания. Я кретин, идиот, последняя скотина. Да, ты имеешь полное право меня ненавидеть. Но я очень, очень надеюсь, что ты сможешь меня когда-нибудь простить. Я, правда, не думал, что все вот так повернется...

— А о чем ты думал? — спросила я сквозь слезы.

— Ну... - он замялся.

— Что я посмеюсь вместе с тобой? А потом мы проведем повторную регистрацию, и нас поженят?

— Я же это... ради мамы все...

— Здоровья маме. Пусть у нее все наладится. Ты хороший сын. А вот как жених оказался так себе.

Последняя фраза далась мне с таким трудом, что я сразу нажала на сброс. Для верности выключила мобильник.

Вот теперь можно было от души прорыдаться. Гости добрались до калины, которая цветет в поле у ручья, и наверняка не хватятся меня еще песни три.

Я всхлипывала, оплакивая свою потерянную любовь, неудавшуюся свадьбу и разбитую семейную жизнь, которой больше не будет.

— Катя? — К лавочке подошла та, кого я ожидала и хотела увидеть меньше всего. — Ты почему здесь сидишь одна, в темноте?

Глава 22. Танюша, помоги!

За время, что прошло после загса, я так и не пообщалась с мамой. Наш разговор по телефону можно не брать в расчет. Говорила тогда, в основном, я. И практически в ультимативной форме.

Мне стало стыдно за тон, которым я с ней общалась. Да, наши отношения нельзя было назвать идеальными: мама часто требовала от меня тишины, не отвлекать ее и при этом незамедлительно отвечать, если она что-то спрашивала. Я должна была полностью подчиняться ее указам и проявлять самостоятельнось.

Учиться на пятерки — да, ей были важны оценки, а не мои знания. А еще она запрещала мне спорить, то есть высказывать свое мнение.

С таким списком требований, в котором одни пункты противоречили другим или здравой логике, запрет на мини-юбки уже не казался чем-то странным. Конечно, мое взросление, старшие классы и первые курсы вуза прошли в постоянном стремлении доказать свою самостоятельность.

У меня это практически получилось: свою первую работу я нашла сама, хотя папа предлагал звонить какому-то Славику или в крайнем случае недосягаемому Валерию Леонидовичу. Не слышала от него до этого про этих людей.

Отношения с мамой никогда не были легкими, но все же она — один из самых близких людей. До сегодняшнего дня в круг моих "самых близких" входило пять человек: папа, мама, бабушка, Антон и Ленка.

К тому же наши разногласия пошли мне на пользу. Я пыталась доказать, что могу иметь свое мнение по любому вопросу. А для того, чтобы это самое мнение появилось, мне приходилось больше читать, погружаться в тему, размышлять и учиться формулировать мысли.

В наших спорах папа часто принимал мою сторону, что маму, естественно, злило. Она любила повторять, что мы сговорились против нее.

И вот сейчас она сидела рядом со мной, держала за руку и загадочно улыбалась. Неужели в хорошем настроении? Такого я за ней не наблюдала уже давно.

— Катюша, солнышко, — она приобняла меня за плечи свободной рукой, — ты уж прости, что я тебе там в загсе наговорила.

Мама — извиняется? Передо мной?

Я напрягла память — нет, ни единого случая за всю мою жизнь. День кишит новизной.

— У тебя ведь свадьба сегодня. Важный день. — Она поправила мне волосы и выразительно посмотрела, будто ожидая ответа. Но я пока не понимала, к чему она клонит. — Я вот что хотела тебе сказать... Антон этот твой не нравился мне никогда. Вот как есть на сердце, так и говорю. Не пара он тебе.

Странная перемена мнения. За весь период, что мы встречались, мама ни разу не высказалась против Антона. Папе он не особо нравился, это да. Но папа ревностно относился к любому юноше, который появлялся в радиусе пяти метров от меня. Так что это было неудивительно. А вот мама... мы столько раз пили вместе чай, когда Антон провожал меня. Она с ним мило беседовала. Но теперь говорит, что все это время он мне не пара, и она всегда так думала.

— А вот Кирилл — другое дело. Ты за ним точно будешь как за каменной стеной!

Мама выдала банальность, от которой мне стало грустно. Я вспомнила, как меньше часа назад эта "каменная стена" намекала на первую брачную ночь, которую я ему, оказывается, должна.

— Мы не будем вместе, — прошептала я, искренне желая, чтобы показушный вечер поскорее закончился.

— Что ты такое говоришь! Конечно, будете! — Мама возмущенно махнула рукой. — Прекрасный парень. И видно, как он тебя любит. Все у вас будет хорошо! Так что вытирай свои слезки и пошли в зал веселиться. Столько всего впереди!

У меня было только одно объяснение — мама выпила слишком много шампанского. Или она реально не поняла, что Кирилл для меня — фиктивный жених?

Из зала снова донеслись требования немедленно предъявить молодых. Гости наелись, напелись и возжелали новых развлечений.

— Ты, главное, держись за него! — выдала мама неуместный совет. — Видный парень. Явно при деньгах. Обеспечит тебя с ног до головы, и горя с ним не будешь знать.

Мама снова обняла меня, теперь уже обеими руками.

Так вот к чему она клонила. Увидела машину Кирилла, то, как он спокойно раздает гостям пятитысячные купюры, и решила, что человек с таким достатком — идеальная пара для меня.

— Там деньги, кстати, посчитали, — зашептала мама, — давно уже. Но вы все заняты, заняты... Ты это, прибери их. Сумма немалая. У Кирилла твоего и так денег полно. Мог бы и на свадьбу отцу скинуться. Так что ему эти чет... эти деньги погоды не сделают. Пойдем к гостям. С подарками надо что-то решать.

Я сказала, что мне нужна буквально минута — надо было выстроить в голове хотя бы приблизительный план на остаток вечера.

Итак, на повестке дня:

1. Антон и болезнь его мамы.

Мне очень хотелось им помочь, но я пока не знала, как. У папы, кажется, были знакомые в медицине. Надо будет спросить, поддерживает ли он еще эти связи.

2. Кирилл и его намеки.

Уже стоит бояться? Надо срочно поговорить с Ленкой!

3. Деньги.

Да, нам же подарили сегодня кучу конвертов, коробок и сертификатов. И это добро надо будет куда-то пристроить.