Воины Пустошей Хаоса (сборник) - Вернер К. Л. - Страница 62

Астромант, чей голос был самым громким из тех, что советовали барону воздержаться от безрассудной вылазки, знал, что именно дар голосов Вульфрика довел Крюгера до такого безумия, но теперь Штоссель мог только бессильно наблюдать, как сбываются его страхи. Что толку в предвидении, которого никто не послушал?

Волшебник приготовился послать в разбойников еще один метеоритный дождь. С Крюгером и его рыцарями было покончено, но еще оставалась возможность не пустить северян в Висборг. За спиной он слышал, как начальник сторожки опустил ворота. Как и Штоссель, он понимал, что барон и его люди погибли.

Внезапно слова командира превратились в вопль боли, сопровождаемый влажным чавкающим звуком, словно беззубый огр облизал губы. В сторожке стало холодно, как зимой, и Штоссель почувствовал в воздухе запах темной магии. Он обернулся и увидел командира, объятого пламенем, но не пурпурные языки сжигали его. Разрушение в человеческом теле было куда более ужасающим. На глазах у Штосселя плоть воина сворачивалась, стекая с костей и превращаясь в трепещущие щупальца и клацающие клешни. На коленях пораженного открылись глаза, и слюнявый рот распахнулся поперек его хребта, трепеща скоплением змеиных языков, фамильярно хлопающих стража по вывихнутым плечам.

Тело командира раздувало от перекачиваемой в него грубой магической силы, сама его суть оказалась поражена энергией Хаоса. Один из лучников в сторожке завопил от ужаса, и этот звук привлек внимание мутировавшего командира. Многосуставчатая рука протянулась к солдату пронзив его пальцем, похожим на костяное копье.

Глаза Штосселя засияли силой, когда он выпустил струю звездного огня в лицо мерзости. Кожа одержимого покрылась волдырями и зашелушилась под яростью заклинания, глаза полопались от космического жара, призванного магом, но существо отказывалось умирать. Порождение Хаоса, бездумный отвратительный ужас взвыл остатками головы и, волнообразно колыхаясь, двинулся к ближайшему воину.

Волшебник послал еще один заряд космического огня в зверя, но с таким же незначительным результатом, как и раньше. Солдаты выстрелили, когда существо, только что бывшее их командиром, растопырилось когтистыми щупальцами и шипастыми ластами. Один человек закричал, когда его голову раздавил клещевидный придаток, а другой безумно захохотал, снова и снова нанося мерзости удары алебардой в бок.

По спине астроманта поползли мурашки, когда он понял, что командир не успел закрыть ворота до того, как его поразила поганая магия северян.

— Оставьте монстра! — закричал Штоссель. — Закройте ворота!

Волшебник распахнул одну из стальных ставен и бросил взгляд на подъемный мост. Он уже был забит хищными разбойниками. Штоссель закрыл глаза, сосредоточив на происходящем колдовской взор. Он указал рукой на ворота и сделал широкий жест. Чудовищный ветер обрушился на северян, заставив их упасть на колени и отшвырнув обратно на берег.

Штоссель закашлялся, утирая пот со лба. Из носа у него потекла кровь, тело задрожало от чудовищной боли, которую потребовало заклинание. Он не сможет обрушить на варваров еще одну такую бурю. Как только эта пришла ему в голову, он увидел, как разъяренные северяне снова бросились к воротам Висборга.

— Закройте ворота! — снова закричал Штоссель.

Солдаты загнали слюнявую тушу, которая была их командиром, в угол сторожки. Услышав крик волшебника двое покинули оцепление вокруг монстра и поспешили к лебедке, опускающей решетку ворот.

Солдаты так и не достигли своей цели. Воздух снова наполнился зловонием колдовства, тело одного из солдат окутал извивающийся огонь мутации. Второй солдат рубанул мечом по отверженному, намереваясь покончить с его отвратительной новой жизнью прежде, чем она родится. Но это привело лишь к тому, что чары, окутавшие его товарища, распространились и на него. Тела двух солдат, казалось, слились воедино, в бесформенную массу пузырящейся кожи и моргающих глаз.

Штоссель снова выглянул в окно, на этот раз не глядя на ворота. Он нашел то, что ожидал увидеть: один из норсийских шаманов склонился над грудой костей, направляя свою поганую магию против людей в сторожке. Астромант почувствовал, как закипает его кровь при виде еретика-колдуна, злорадно творящего такие зверства.

Гнев волшебника принял форму молнии, с треском обрушившейся с ночного неба. Норсийский провидец поднял голову, яростно размахивая костлявыми руками в отчаянной попытке защититься от магии Штосселя. Попытка не удалась, и тело провидца подпрыгнуло на десять футов вверх, когда молния прошила его насквозь, испарив внутренности и оставив почерневшую оболочку дымиться на земле.

В сторожке одержимые мутанты направились друг к другу. Несколько солдат оставили попытки сдержать первое отродье, сбежав вниз по лестнице на улицу. Другие упрямо пытались помешать бестиям соединиться.

Даже если бы у него оставались силы, Штоссель ничего не смог бы сделать, чтобы спасти сражающихся солдат. Любое заклинание, достаточно сильное, чтобы воздействовать на порождение Хаоса, испепелит людей, которым он попытается помочь. Волшебник повернулся спиной к ужасной сцене, пытаясь не думать о криках обреченных людей. Сейчас ему требовалась полная концентрация, в его мыслях не было места чувству вины и жалости.

Поскольку мутант оказался между ним и лестницой, единственным спасением для Штосселя оставалось окно. Более крупный человек никогда бы не протиснулся в узкую бойницу, но астромант обладал худощавым, сухопарым телосложением, свойственным ученым и аскетам, людям, которые стараются питать свой разум, но часто забывают о теле. Затаив дыхание, астромант выбрался на узкий карниз.

Крики из орды северян сказали о том, что его попытка побега не осталась незамеченной. Стрелы и топоры сверкнули в воздухе, когда разбойники направили свою ярость на убегающего волшебника. Брошь из звездного камня, которую Штоссель носил на плаще, вспыхнула силой, когда снаряды вызвали к жизни ее сияющую магию. Призрачный ветер окружил волшебника, разбрасывая стрелы и топоры, как мякину.

Колдун проигнорировал эту бессмысленную атаку. Талисман будет защищать его в течение ограниченного времени, и необходимо сосредоточить свой разум и убраться отсюда до того, как один из норсийских колдунов проявит к нему интерес. Его магические силы уже были изрядно растрачены, и он сомневался, что сможет сразиться даже с одним из бешеных чернокнижников.

Штоссель раскинул руки, его плащ и мантия развевались вокруг него, как крылья огромной летучей мыши. Волшебник шагнул из бойницы в пустоту. Вместо того чтобы упасть, тело астроманта поднялось в небо, мерцающие огни сияли вокруг него, когда ветер Азира нес его ввысь. Еще больше стрел и топоров взметнулось в воздух, когда волшебник взмыл над северной ордой.

Кольцо на левой руке Штосселя засветилось пробудившейся энергией, защищая волшебника от враждебной магии. Он холодно улыбнулся, когда группа северян взорвалась облаком потрескивающего пепла, став жертвой заклинания, отброшенного кольцом на варваров.

Задержаться еще немного на поле боя значило искушать судьбу. Штоссель мысленно представил себе свою и его тело пролетело над осажденным городом. Если он хочет принести пользу своему народу, он должен восполнить силу. В его лаборатории имелись вещи, ужасные тайные вещи, которых избегал любой здравомыслящий волшебник. Способ их создания Штоссель обнаружил в одной из старых книг, одной из тех, что разыскал для него Грилих. Чтобы пробудить такие силы, требовалось заплатить кровью.

Штоссель знал, что заплатит эту цену, если это остановит Вульфрика. Если северян не одолеть, Висборг обречен.

Штоссель навлек эту судьбу на город. Он знал, что должен спасти оставшееся, чего бы это ему ни стоило.

Северяне бросились в узкий проход между внешними и внутренними воротами. Оба прохода все еще были открыты — об этом позаботились вызов Вульфрика барону Крюгеру и магия его провидцев. Проход был всего в дюжину ярдов длиной и примерно столько же шириной, но южане превратили его в пространство смерти. В сводах ворот были проделаны смертоносные бойницы, в стенах по обе стороны прорезаны щели для стрел, а за ними возвышалась баррикада из разбитых повозок и сваленной в кучу мебели, из-за которой лучники стреляли прямо в лица нападавших.