Воины Пустошей Хаоса (сборник) - Вернер К. Л. - Страница 60

Астромант посмотрел на Грилиха, сидевшего на своем золотом насесте. Больше не нуждаясь в устрашающем облике, который он принял в Норске, фамильяр носил менее пугающую форму пестрого сорокопута. Птица склонила голову набок и ответила Штосселю выжидательным взглядом. Она будет подчиняться любым приказам, которые он ей отдаст. Проблема заключалась в том, что Штоссель понятия не имел, что делать.

Много лет назад он узнал, что его ждет смерть. Он умрет от руки варвара по имени Вульфрик, и его душу скормят Тзинчу, ужасному темному Богу Магии. Такая судьба могла заморозить кровь в жилах самого Зигмара. Но астромант знал, как легко можно изменить нити судьбы. Будущее представлено не единственным, но многими вариантами. И, действуя в нужное время, человек, предвидевший это будущее, мог изменить его.

Штоссель решил действовать, послав Грилиха следить за Ормскаро. Сквозь кристалл он видел, как Вульфрик снова и снова возвращается в поселение, чтобы отдохнуть и починить свой корабль. Он видел, как варвар советовался с провидцем Агнарром. Именно туда Штоссель заслал своего фамильяра в качестве наблюдателя. Провидец норсов не подозревал, что бесенок, которого он поймал и посадил в клетку, на самом деле шпионил за ним, а когда пришло время — стал его убийцей.

Когда Грилих услышал, как Вульфрик описал провидцу сон, означавший, что следующей жертвой варвара станет Штоссель, это знание немедленно было передано хозяину. Потребовались мощные заклинания, чтобы ускорить полет астроманта в Ормскаро и нанести удар по Вульфрику, пока не стало слишком поздно.

Нечего было и помышлять, чтобы прямо напасть на Вульфрика. Это означало бы навлечь на себя проклятие варвара и отдать свою жизнь в рабство Губительным Силам. Если Людвиг Штоссель хочет избежать смерти от меча разбойника, следует действовать хитрее. Он должен привести Вульфрика к смерти, но не принимать в этом прямого участия.

С помощью своей магии Штоссель стал Зарнатом-курганином и в этом обличье сыграл на самых потаенных желаниях варвара. Он привел его с его командой в самые опасные места, которые только мог придумать волшебник. Каким-то образом варвар выжил в Темноземелье и избежал смерти от рук выродившихся гномов этого гиблого места Приведя Вульфрика на Ултуан, Штоссель надеялся уничтожить и этого человека, и его дьявольским корабль.

Но каким-то образом и Вульфрик, и его корабль выжили. Где они были теперь и чем занимались, Штоссель не знал. Его кристалл отказывался показывать ему Вульфрика или «Морской клык». Даже Ормскаро был скрыт от его взгляда. Впрочем, он видел другие признаки. Он видел исход норсийских воинов и пиратов, направляющихся в земли сарлов. Он видел, как под звездами собирается огромный флот. На ледяном севере назревала война.

Астромант знал, где будет происходить сражение. Лишь благодаря случайности он смог сделать это открытие — узнать, что Вульфрик жив и охотится за ним. Его вызвали к барону Крюгеру, лорду-протектору города Висборга, — еще одна попытка барона предотвратить измены жены. Барон Крюгер был так убежден в неблагоразумии баронессы, что всякий раз испытывал шок, когда Штоссель рассеивал его подозрения. Однако одного взгляда на жену было достаточно, чтобы убедить здравомыслящего человека в беспочвенности опасений барона.

Однако на этот раз, войдя в замок, шок испытал уже Штоссель. Во дворе в колодках был заперт заключенный. Пленник, в котором астромант с ужасом узнал Брондульфа, члена команды «Морского клыка»!

Штоссель преодолел потрясение достаточно быстро, чтобы узнать, что Брондульф пробыл в Висборге по меньшей мере неделю, выдавая себя за моряка из Мидденланда. Его арестовали за то, что он затеял драку в одной из таверн и послал не менее пяти человек к целителям, а еще двоих — к жрецам Морра. Тот факт, что драчун оказался норсийским варваром, стал неожиданностью для барона Крюгера и правителя Висборга, и Штосселю стоило немалых усилий убедить его в этом.

Каждый раз, когда Штоссель думал о подозрительности барона Крюгера, ему хотелось рвать на себе бороду.

Реакцию барона на все его предупреждения можно было описать в лучшем случае как безразличие. Подошел сезон сбора урожая. Привести всех фермеров к стенам города означало бы потерять большую часть урожая. Кроме того, нужно было подумать о торговцах, которые скупали запасы пшеницы и ячменя, чтобы поддерживать Альтдорф в течение зимы. Kpюгеpy нужно было нечто большее, чем норсийский бродяга и необоснованные страхи волшебника, чтобы оправдать закрытие Висборга. Он нехотя отправил сообщения в соседние города и даже человека в Альтдорф, чтобы сообщить, что Висборгу могут угрожать неприятности, но изъяснялся при этом в таких туманных выражениях, что вряд ли кто воспринял угрозу нападения норсов серьезнее, чем атаку садовых вредителей.

Вульфрик приближался. Штоссель знал это так же твердо, как знал все остальное. Вопрос был не «если», а «когда». Волшебник подошел к узкому окну своей лаборатории. Возвышаясь над городом, башня астроманта открывала ему прекрасный вид на Висборг. Он нахмурился, глядя поверх черепичных крыш на бледные струйки дыма, поднимающиеся из дымоходов. Он видел детей, играющих на улицах, погонщиков скота, фермеров, везущих урожай на рынок. Запах горячего хлеба наполнил его ноздри.

Штоссель гадал, увидит ли он еще когда-нибудь Висборг таким. Его присутствие навлекло ужасный рок на головы всех жителей города. Было уже слишком поздно бежать, пытаться отвести угрозу прочь. Сам астромант мог бы таким образом спастись, хотя бы на время, но опасность для Висборга останется.

— Нет, — сказал астромант, отворачиваясь от окна. — Единственное, что остается, — это остаться и сражаться. Даже если барон откажется слушать, я знаю, что будет дальше, и буду готов к этому.

Он вздохнул и покачал головой.

— Наверное, именно так мне и следовало поступить с самого начала. Вместо того чтобы пытаться обмануть судьбу.

Грилих на своем насесте прыгал с ноги на ногу, разделяя тревогу волшебника. Но глаза птицы смотрели не на Штосселя. Они уставились мимо него, свозь окно глядя на черные воды Рейка.

Туман медленно расступился, когда «Морской клык» снова вышел из пограничного царства. Вульфрик восхищенно провел рукой по планширу своего нового корабля. Это был прекраснейший драккар, на борт которого воин когда-либо ступал, изящный, словно мордрак, и могучий, как бегемот. Хребет тролль-дерева подарил ему внушительный киль, и корабль мог похвалиться сорока тремя скамьями для гребцов. Высокая мачта была вставлена в карлингс, сделанный из лапы лесного чудовища, на шерстяном парусе были вышиты руны, чтобы ускорить ветер и привлечь благосклонность богов.

Вульфрик окинул взглядом свою команду — алчных воинов, привлеченных со всех концов Норски обещанием разбоя и славной битвы. Восемьдесят шесть человек сидели на веслах, выгребая на «Морском клыке» против медленного течения реки. Еще сто сорок человек стояли наготове, держа щиты на весу. Эти люди доказали свою храбрость во время пугающего перехода через пограничное царство, защищая гребцов от демонов пустоты. Восемь человек, давших слабину и сочтенных трусами, удавили во время перехода — сейчас члены команды сбрасывали их обнаженные тела в реку. Вульфрик не потерпит трусов в этом путешествии.

Впереди, сквозь тьму, Вульфрик увидел знакомые башни убежища Зарната. Боги проявили благосклонность, позволив «Морскому клыку» вернуться под покровом ночи. Герой надеялся, что они и дальше будут благосклонны к нему. Поодиночке южане были слабы, так же слабы, как их жеманные боги. Но у южан имелась сила, которой не хватало северянам: численность. Дай ей возможность, и Империя выставит армии, какие никогда не собрать даже самому великому конунгу.

Вульфрик не хотел давать эту возможность. По крайней мере, пока он не будет готов.

Герой отвернулся и сошел с носа своего корабля, вглядываясь назад, в темноту за кормой. Он видел, как развеивают последние клочья тумана. Он подождал, пока туман окончательно рассеется, и повернулся к кормчему.