Любовь цвета клубники - Джей Лия - Страница 4

Он смотрел на меня дольше, чем следует не заинтересованным друг в друге незнакомцам. Наши взгляды переплелись в тугой узел, стянув мою грудную клетку так, что на миг стало трудно дышать.

– È tardi. Тu non vuoi dormire?[8]

Пока женщина не добавило «caro[9]», я наивно полагала, что обратилась она ко мне. Успела даже испугаться, что пялилась на ее сына слишком долго, и это не обрадовало строгую итальянку. Ее улыбчивый caro попросил пару минут, чтобы договорить по телефону.

Пару минут – ровно столько у меня было, чтобы собраться с духом и совершить задуманное. Одну маленькую шалость, все следы которой уже к утру смоет море.

Открыв камеру, я, не церемонясь, направилась к парню.

– Я блогер. Можешь сказать «привет» по-итальянски для моего влога?

Как я позже выяснила, пересмотрев видео, мой английский звучал вполне уверенно и улыбалась я естественно и открыто. Ничто не выдавало волнения, хотя я была на грани того, чтобы прыгнуть с бортика этого злополучного пирса и утопиться.

Я боялась реакции незнакомца. Одинаково боялась и того, что он откажет, и того, что согласится.

Парень удивленно вскинул брови, но явно не из-за моей просьбы. Мы оба прекрасно понимали, что это был лишь повод познакомиться. Он будто бы не мог поверить, что я, девушка, подошла к нему первая.

Отец махнул рукой в мою сторону, подбадривая сына, и бросил пару слов на итальянском, которые я не поняла. Парень поджал губы, задумавшись. Несколько секунд тишины показались мне вечностью. Наконец он поднял глаза и спросил по-английски:

– Просто «привет»?

Я спешно кивнула. Парень оперся рукой о лежак, наклонившись ближе ко мне. Щекой он почти касался моего плеча. «Ciao», слетевшее с его губ, было настолько красивым, что я замешкалась и не сразу выключила видео. В кадр попало и то, как мы обменялись улыбками, а затем я смущенно пригладила кудри. Из-за влажного бриза они распушились сильнее обычного.

– Меня, кстати, Ника зовут.

– А я Луи.

Глава 2. Три итальянских слова

9 августа

– Ну и где твой итальянец?

Нина повернулась ко мне, и я заметила у нее на щеке след от полотенца. Она успела уснуть, пока я монтировала видео. На отдыхе я уделяла блогу еще больше времени, чем обычно. Хотела сохранить каждую секунду наших счастливых дней, чтобы потом пересматривать влог промозглыми зимними вечерами и ненадолго снова погружаться в теплые объятья лета.

Камера как магический портал в воспоминания – за это я люблю ее больше всего.

И пусть эти воспоминания порой причиняют боль, я не перестану возвращаться к ним снова и снова. Тонуть в океане, задыхаться, но любоваться пузырьками, слетающими с моих губ. Они будут подниматься к поверхности, будто в замедленной съемке, искриться в лимонных лучах далекого солнца, постепенно забирая у меня силы. А я тем временем буду думать лишь об одном: как красива любовь и как прекрасен мир, который она сотворила.

– Кажется, стереотипы не врут. – Я отложила телефон и надела солнечные очки, чтобы Нина не заметила разочарования в моем взгляде. – У итальянцев утро и вправду начинается в двенадцать.

Вечером на пирсе мы мило побеседовали с Луи. Я выяснила, что немного ошиблась с возрастом. Луи было двадцать четыре – на три года старше меня. Он окончил Университет Триеста по направлению «Международный менеджмент». Сразу после выпуска стал управляющим рестораном Il Rosso[10]. Семейный бизнес, и достаточно крупный, как позже подсказал мне интернет. Два филиала в Триесте, три в Риме и один в Милане. Последним заведовал Луи.

Когда я попросила его назвать любимое блюдо в меню, он резонно заметил, что лучше один раз попробовать, чем сто раз услышать, и в шутку пригласил меня на ужин в свой ресторан. Я пообещала обязательно прийти. Поехать с ним в Милан сразу, как закончится мой отпуск в Турции.

Мы оба знали, что дело не зайдет дальше разговоров, и наслаждались этим. Не отрывали друг от друга взгляда, будто по нашим силуэтам проходила граница мира. На время я забыла про ссору с Максом, про Нину, ждавшую меня в номере, и даже про родителей Луи, сидевших на лежаках неподалеку.

Но они про нас, к сожалению, помнили.

– Voglio dormire, caro[11], – в очередной раз капризно протянула итальянка, и ее муж сдался. Поднялся с лежака и взял на руки мальчика, уснувшего у него на коленях.

Луи замешкался, когда мать поманила его рукой. На секунду мне показалось, что он решит остаться и предложит прогуляться вдвоем по берегу, но тот лишь открыл мессенджер и попросил мой ник.

– Встретимся утром на пирсе?

Я пробормотала что-то невнятное в знак согласия. Он бросил игривое ciao и скрылся в темноте, а я еще минут пять простояла на том же месте, смотря ему вслед и думая, зачем я все это затеяла.

В номере я первым делом досконально изучила профиль Луи в соцсети. Чтобы спуститься с небес на землю, долго листать не пришлось. Буквально на третьей фотографии Луи стоял в обнимку с девушкой. Она целовала его, приподнимаясь на носочки, а он обнимал ее за талию.

Мы были многим похожи. Она тоже была небольшого роста, стройная, с заметно выпирающими ключицами. Пролистав карусель, я обнаружила еще одно фото, где было четче видно ее лицо. Курносая, как и я, с веснушками и карими глазами. Только волосы угольно-черные и кожа смуглее. Судя по отметке, звали ее Марта Фьори.

– До конца обеда час. – Нина приподнялась с лежака и принялась стягивать волосы в хвост. Местами они еще были влажными и казались скорее черными, чем синими. – Пойдем?

Она уже потянулась за сумкой, но я не хотела уходить, не дождавшись Луи.

– Сейчас, только окунусь быстренько.

К пирсу примыкал небольшой помост с металлической лесенкой, ведущей в море. По ней я и спустилась. А затем поскорее отплыла метров на десять, чтобы прыгающие в воду дети не забрызгали мои солнечные очки. Посильнее надвинула их на нос – рыжие блики прыгали по воде, так и норовя попасть в глаза. Соленые волны ласкали кожу. Я постаралась расслабиться, откинувшись на спину и намочив волосы, но по вискам назойливыми молоточками били мысли о нем.

О Луи.

Чертов итальянец! И на что он мне сдался?

И почему не пришел?

Последний вопрос беспокоил больше всего. Может, он предложил встретиться на пирсе, чтобы поскорее избавиться от меня вчера? Но его интерес казался вполне искренним…

Между ребер, словно стайка рыб, застрявших в сети, затрепетали тревоги, обида и стыд. Зачем мне была нужна эта встреча? Развлечься? Проверить свои чувства к Максу? Понять, буду ли я думать о своем парне, проводя время с другим?

За вчерашним разговором с Луи я ни разу не вспомнила о Максе. А он в это время наверняка строчил мне сообщения и злился, снова и снова натыкаясь на фразу «отправка запрещена». Эгоцентричная дура. И зачем я только послушала Нину? Я твердо решила разблокировать Макса, как только выйду на берег.

Проплыв пару метров в сторону пирса, я замерла, с опаской поглядывая на мальчишку в цветастых плавках. Он уже зажал пальцами нос и присел для прыжка. Катастрофа была неизбежна. Я дернулась в сторону, но брызги все равно накрыли меня с головой. Стоило мне протереть глаза – очки не спасли, – как меня накрыла вторая волна, причем в разы мощнее.

– Sorry![12] – послышался веселый мужской голос.

Откашлявшись и проглотив вместе с водой парочку нелестных выражений, я нашла взглядом говорившего. Это был отец Луи. Чуть поодаль плыл мой симпатичный итальянец.

Настолько симпатичный, что стоило нам пересечься взглядами, как я на пару секунд прекратила грести и чуть не ушла на дно.