Щенок под прикрытием - Вебб Холли - Страница 8

– Всё это притянуто за уши, Мейзи, но если ты правда видела его сегодня на заднем дворе и он менял бельё…

– Правда!

– Мне лучше вернуться в Скотленд-Ярд и всё им рассказать! – ответил полицейский.

Девочка вздохнула.

– Я не хочу, чтобы он оказался вором. В метро он был так мил! Хотя я не понимаю, почему он там работает, – добавила Мейзи. – Если он в банде Спэрроу, то вряд ли нуждается в деньгах…

Мистер Гранже уже поспешно надевал пальто:

– Наверное, для отвода глаз. Скажи бабушке, я не буду ужинать.

– Там вещи хорошо прятать в темноте… – внезапно сказала Мейзи, когда детектив подошёл к двери.

Он остановился. Медленно развернулся и посмотрел на неё с удивлением:

– В тоннелях метро? Почему же мы сразу об этом не подумали?! – воскликнул мистер Гранже. – Всё время мы искали картины не там, где надо! Надо срочно вернуться в Скотленд-Ярд! Нельзя терять ни минуты, особенно сейчас – в Лондон едет герцог!

– Какой герцог? – нахмурилась Мейзи.

– Ты не слышала? Я думал, ты читаешь бабушкины газеты. Герцог Леопольд, немецкий принц. Он родственник королевы – брат какой-то, хотя у неё столько братьев, что она сама всех их не упомнит. Он приезжает в Лондон на выставку со своими картинами, некоторые из них – настоящая драгоценность. Им сотни лет. Королева тоже посетит выставку. Начальник полиции в ужасе. Клянусь, Мейзи, когда он узнал, что приезжает герцог, поседел на глазах! Ни в коем случае нельзя подпустить банду Спэрроу к его картинам, а мы до сих пор не знаем, как их остановить! Чарли Спэрроу просто мастер в своём деле. Картины буквально исчезают.

– Может, попросить герцога не приезжать? – предложила девочка.

– Что, сказать ему, что лондонская полиция не в состоянии защитить его и его картины? Да он подумает, что мы дураки!

Мейзи пожала плечами – ей казалось, лучше выглядеть дураками, чем позволить украсть картины герцога. Но мистер Гранже вряд ли с ней согласится.

– Будет просто катастрофа. Нельзя позволить этому случиться! – твёрдо заявил полицейский. – Надо вернуться в Скотленд-Ярд и рассказать им про метро и сигналы Берта.

– А можно мне с вами? – спросила девочка, но мистер Гранже уже ушёл, и дверь за ним захлопнулась ещё до того, как Мейзи закончила вопрос.

Она осталась в коридоре одна – со щенком и с грязными чашками на подносе.

– Эдди, как же это нечестно! – жаловалась Мейзи, протирая фарфор. – Это я разобралась в деле! Наверняка он даже не упомянет меня, когда будет рассказывать начальнику о новых уликах!

Эдди выглянул из-за огромной кости, что вырыл во дворе, и сочувствующе посмотрел на хозяйку.

– Ты погляди, чем я занимаюсь! Уборкой! Это я должна ловить банду преступников, а не они. Как же нечестно!

– В жизни мало справедливости, Мейзи, – заметила бабушка из кладовой, когда внучка проходила рядом. – Ты закончила?

– Почти, – вздохнула Мейзи.

За Чарли Спэрроу ей лучше не гоняться – девочка это прекрасно понимала. Джордж сказал, он страшный и очень высокий и убил двоих людей, которые его предали. Но очень обидно сидеть дома и даже не знать, как продвигается расследование!

– Хорошо. Иди, погуляй с собакой. Проветрись. Ты так зла, что у тебя волосы чуть ли не дыбом стоят. Я не знаю, в чём дело, и знать не хочу, Мейзи. Уверена, мне это не понравится.

Бабушка притворялась, что не замечает желание Мейзи стать сыщиком: она его не одобряла, ведь леди не должны себя так вести. Но иногда это приносило определённую пользу – уж это отрицать бабушка не могла.

– Спасибо, бабуль! – Мейзи сняла фартук и поцеловала бабушку, потом повязала шарф и выбежала на улицу.

Погода для марта стояла прохладная, и уже начало темнеть. В сумерках плясали странные тени, и девочка старалась держаться к Эдди как можно ближе. И всё-таки бабушка правильно сделала, что отправила её погулять. Из-за несправедливости Мейзи сильно разозлилась, а прохладный свежий воздух её успокоит.

– Когда-нибудь, – прошептала она щенку, когда они дошли до ворот Риджентс-парка и повернули обратно, – когда-нибудь я стану настоящим детективом, как Гилберт Каррингтон. Полиция придёт ко мне и будет просить моей помощи. А то, видите ли, всё самое интересное достаётся только им!

Эдди семенил рядом с хозяйкой, довольно обнюхивал мусор и радостно гавкал на фонари.

– Нам надо попрактиковаться, – сказала девочка щенку. – Посмотри, вон перед нами идёт молодой человек, давай проследим за ним? Так, чтобы нас никто не заметил. С Бертом нам сегодня повезло. Он очень вовремя вышел из табачного магазина – иначе мы бы его потеряли. Сыщик обязан уметь правильно выслеживать преступника. У меня, к сожалению, не такой нюх, как у тебя, Эдди.

Как только девочка решила, что сейчас она – сыщик, то сразу выпрямилась и вытянула шею: так обычно делает Эдди, когда чувствует что-то необычное.

– Спокойнее, – велела Мейзи сама себе.

Она сбавила темп, пошла прогулочным шагом. Нельзя, чтобы молодой человек её заметил, вся суть в этом. Девочка пристально посмотрела на фигуру перед собой, пытаясь запомнить детали. Тёмный пиджак. Тёмные брюки. Обычные ботинки, каких много. На голове – шапка, бесформенная и поношенная. Получается, это не самый важный джентльмен в Лондоне. Да и трости у него нет или даже аккуратного зонтика – кстати, начинает накрапывать дождь. Самый обычный молодой человек – идёт себе по улице да напевает. Мейзи усмехнулась, стараясь не начать подпевать. Мисс Лейн научила её этой песне – «Та-ра-ра! Бум-дэ-эй! Та-ра-ра! Бум-дэ-эй!».

Единственной заметной приметой молодого человека были его волосы. Из-под шапки выбивались упругие кудряшки – чуть темнее, чем у Мейзи. В свете фонарей кудри блестели – возможно, мужчина нанёс на них специальное масло. В целом же он был достаточно… обыкновенным.

– Неважно! – одёрнула себя девочка. – Все преступники выглядят как обычные люди!

Девочка не могла долго за ним идти – пора было домой. К счастью, молодой человек шёл в том же направлении, что и она. Мейзи всё ждала, что он свернёт, но, кажется, тот направлялся прямиком к Альбион-стрит. Вот они уже на Глентворт-стрит, что идёт параллельно. Всё более заинтригованная Мейзи поспешила за ним и с удивлением выдохнула, когда молодой человек уверенно свернул в узкий переулок, даже без нормального названия – бабушка звала его тупиком Альбион, но таблички там нигде не было. Мейзи всегда казалось, что переулок образовался случайно, сам по себе. Он никуда не вёл, но где-то посередине в стене был фонтан с питьевой водой. Возможно, когда-то люди думали, что этот переулок оживёт.

Становилось всё темнее. Девочка отошла вбок – переулок такой маленький и пустой, что её шаги будут точно слышны. Потом она заглянула в переулок, проверить – далеко ли молодой человек ушёл, можно ли ей выходить из укрытия.

Но его там не было.

Мейзи стояла посреди дороги, забыв о прямой осанке, и просто не понимала, куда пропал мужчина. В переулке нет никаких ворот. Может, он понял, что за ним следят, и перешёл на бег? Но улица вымощена камнем – она бы точно услышала топот. К тому же ботинки у него совсем обычные – они издают цокающий звук, когда мужчина идёт по мостовой…

Так куда же он пропал?

И, что самое главное, почему?!

Глава седьмая

– Мейзи, ты какая-то бледная. Переутомилась, наверное. Вот, держи, – бабушка поставила перед внучкой чашку горячего какао. – Вкус уже другой, конечно. Никак не могу привыкнуть к новому какао – так и сказала мистеру Джезопу в его лавке. Куда хуже вкус, куда хуже… Не понимаю, почему Бертрам закрыл бизнес – у него было лучшее какао! А это ещё и на два пенса дороже.