Войны скавенов. Черная чума - Вернер К. Л. - Страница 150

— Я имел в виду, что предпочел бы охотиться сам, — пояснил Эрих Хэзеру. Он взглянул на раненую лань. — А вот так мне стыдно.

Священник сердито посмотрел на него.

— Тебе стыдно быть живым? Подумай обо всех существах, которые отказались от своей жизни, чтобы все это время поддерживать тебя. Вырванные с корнем растения, сбитые с небес птицы. Твоя жизнь — это их дар для тебя. Гнушаться этого — мерзость.

Эрих смутился, услышав выговор Хэзера.

— Я просто хочу сказать, что лучше дать бедняжке шанс.

Священник кивнул.

— Понимаю, но ты должен знать, что эта малышка достигла своего конца. Она хромает на заднюю ногу и вскоре станет добычей другого хищника. Я поговорил с ней и объяснил, что ты нуждаешься в пропитании. Она все понимает.

— А ты не мог бы… Я имею в виду, со всеми твоими знаниями…

Хэзер нахмурился.

— Это было бы нарушением великих циклов, установленных Таалом для того, чтобы управлять всеми дикими существами. Нет, ее время пришло. Прими ее дар. Тебе понадобится сила.

Эрих удивленно моргнул. За шесть лет Хэзер впервые сказал что-то, что намекало на будущее.

— Что-то случилось? Ты что-то слышал?

Хэзер и раньше приносил ему новости, рассказывал о нападении на Альтдорф и смерти Бориса Калеты. Такие новости всегда сопровождались предостережениями: надо подождать, выждать. На этот раз, Эрих чувствовал, все было по-другому.

— Поделись своей добычей с охотником, который ее поймал, — сказал священник. Пока он говорил, Эрих с потрясением увидел огромного белого волка, вышедшего из-за деревьев и целеустремленно направившегося к Хэзеру. Священник почесал зверя за ушами. — После того как ты поешь, мы обсудим, что происходит на севере, — продолжил Хэзер. — Грядут времена, когда Гхал Мараз потребуется, чтобы возродить в людях надежду.

ВОЛК ЗИГМАРА

ПРЕДИСЛОВИЕ

В третьем и последнем томе Фольклорной истории Черной чумы и Волка Зигмара я постарался сохранить то же доверие, которое было характерно для предыдущих томов. Ученому читателю в наш просвещенный век трудно представить себе Империю такой, какой она была в начале 1100-х годов. В темные дни Черной чумы людьми правили мифы и суеверия. Особенно сильно болезнь поразила людей культурных и грамотных; духовенство и врачи, знавшие, как бороться с заразой, чаще становились ее жертвами из-за того, что чаще с ней сталкивались. В таких условиях преимущественно выживали простые и неграмотные слои населения. Во многих случаях эти простые люди считали, что религия и боги подвели их, и обращались к старым легендам, чтобы объяснить катастрофу, обрушившуюся на их земли. Когда какой-то путешественник говорил им, что далекий Пфейльдорф захвачен подземным народом скавенов, ему искренне верили.

В предыдущем томе этой работы рассказывалось об ужасающем возвышении некроманта Ванхала, вполне реального монстра, существование которого подтверждается записями храмов зигмаритов и морритов, а также гимнами Судного дня, хранящимися в музее Вальденхофа. После того как Ванхал, будучи жрецом Морра, при трагических обстоятельствах отрекся от своего служения, он обратился к темным искусствам в стремлении стать самым ужасным некромантом своего времени. Со своей армией нежити он опустошил графство Сильвания, изгнав воеводу Мальборка фон Драка в южные районы области. Подражая Ванхалу, порочный дворянин из Мордхейма барон Лотар фон Диль также стал практиковать нечестивые обряды некромантии и в конце концов стал слугой и учеником Ванхала. Вдвоем эти человеческие демоны с помощью сверхъестественной извращенной магии возвели проклятую башню Ванхалденшлоссе, создав магическую крепость, руины которой люди даже сегодня избегают посещать, считая, что они населены призраками.

Здесь классическая история уступает место мифам и фантазиям, повествующим о том, как Ванхала и фон Диля окружила армия скавенов, ведомая лордом-провидцем Скриттаром и Повелителем костей Некротом. В сражении применялись ядовитые камни, которые обрушились на Сильванию во время Звездопада. Эти камни некроманты применяли в своих отвратительных заклинаниях, а среди говорящих крысолюдов они считались священными. Вокруг Ванхалденшлоссе развернулось сражение между неповоротливыми ходячими мертвецами и стремительными скавенами, которое завершилось гибелью Скриттара и отступлением Некрота.

Когда император Борис бежал из охваченного чумой Альтдорфа в уединенный замок Гогенбах, Адольф Крейссиг, безжалостный командор кайзеръягеров, тайной имперской полиции, был назначен регентом Империи. При помощи ведьмы баронессы Кирстины фон ден Линден он упрочил свою власть, удалив из Имперского надворного совета всех, кто выступал против его правления. Крейссиг назначил Верховным Теогонистом лектора Стефана Шоппе, получив над ним контроль после того, как захватил его дочь.

Однако власть Крейссига пошатнулась, когда выяснилось двуличие его союзников-скавенов, которые стремились ослабить город, натравливая друг на друга различные фракции власти. Осознав опасность, Крейссиг собрал городские силы и возглавил их, чтобы отбросить скавенов, когда из канализации в город прорвались орды военачальника Ситара Фатума. Славу одержанной над крысолюдами победы ему пришлось разделить с баронессой фон ден Линден и Стефаном, который, став Верховным Теогонистом, взял себе имя гномов Газулгрунд. Крейссига тревожили амбиции ведьмы, и он вступил с Газулгрундом в сговор в стремлении устранить ее. Он заживо замуровал ее в помещении, заполненном разъяренными пчелами, — одно из самых эксцентричных убийств, которое произошло в имперском дворце.

Спасаясь от Черной чумы, император Борис сделал своим убежищем замок Гогенбах в окрестностях Карробурга. Борис собирался пересидеть чуму в роскоши и окружении всех знатных дворян Империи. Однако его намерениям не суждено было осуществиться: скавены нанесли свой удар. Чумные монахи наводнили болезнью и разрушили Карробург, а затем обратили внимание на замок, где прятался Борис. Император стал последней жертвой принесенной крысолюдами болезни. Выжили лишь принцесса Эрна Мидденхеймская и императорский врач доктор Мошнер.

Мидденхейм избежал первой вспышки чумы в 1111 году, но семь лет спустя болезнь его не миновала. Сообщество гномов в глубинах горы, на которой расположен Мидденхейм, подверглось нападению крысолюдов и было вынуждено принять предложение помощи от своих соседей-людей. Принц Мандред, спасший от зверолюдов сеньору Миреллу и архилектора Хартвига и переживший потерю своей возлюбленной Софии, убитой крысолюдами, был очень настойчив, предлагая Кургазу Маленькому Молоту свою помощь против скавенов.

Разжигатель войны Вектик, в свою очередь, затеял коварную игру, решив заманить человеческие армии в туннели в недрах горы, а в это время завоевать город на вершине. Для того чтобы устроить ловушку, он использовал жестокого военачальника Вррмика, а тем временем Мастер чумы Гноеструп Вонючемех распространил среди горожан чуму, чем ослабил город. Однако Вектик не учел предательства со стороны собственных приспешников. Напав на Мидденхейм, он обнаружил, что население поражено чумой гораздо меньше, чем обещал Гноеструп. В туннелях войска Вррмика отступили слишком рано, что позволило Мандреду вывести армию назад на поверхность и успеть спасти сражавшегося в городе отца, графа Гунтара.

Гунтар и Мандред смогли уничтожить Вектика и прогнать армию скавенов, но их победа оказалась горькой: Мастер смерти Силке смертельно ранил Гунтара. В отчаянном стремлении спасти умирающего отца Мандред отнес Гунтара в храм Ульрика, чтобы попросить помощи у бога. Когда принц находился в храме, Силке вновь нанес удар, стремясь уничтожить и отца, и сына. В последовавшей схватке Мандред и Силке упали в Вечный Огонь Ульрика. Скавен рассыпался прахом, а Мандред вышел из пламени полностью исцеленным от ран. Это чудо поразило очевидцев, и архилектор Хартвиг провозгласил Мандреда Волком Зигмара — человеком, которого благословили боги.