Боевой кузнец. Дилогия (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 52

— Предатель. — хмыкнул я.

Котёнок сделал вид, что его здесь вообще нет, а я разделся и вошёл в реку. Вода, как обычно, встретила меня ледяными объятиями.

— Ух…

Несколько секунд ушло на то, чтобы привыкнуть к температуре, после чего я поплыл вперёд. Туман действительно работал. Перед глазами почти сразу начали появляться знакомые сообщения.

«Поглощён один грамм эфира.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Поглощён два грамма эфира.»

«Поглощён один грамм эфира.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Неплохо. Я сделал ещё несколько кругов возле берега. Потом решил отплыть чуть дальше. В какой-то момент настолько увлёкся наблюдением за сообщениями системы, что не заметил, насколько далеко оказался от берега. Именно тогда внизу мелькнула тень, слишком большая для обычной рыбы. Меня словно ледяной водой окатило. Хотя почему словно? Я и так находился в ледяной воде. Сердце моментально разогналось до первой космической скорости, а я замер, пытаясь рассмотреть, что именно находится подо мной. Тень скользнула где-то в глубине и исчезла.

— Нет-нет-нет… — пробормотал я.

После чего максимально быстро развернулся и погрёб к берегу. Никакого героизма. Никаких исследований неизвестной подводной живности. Плавать рядом с существом, которое в несколько раз больше меня, желания не возникало совершенно.

Я выбрался на берег и ещё несколько секунд внимательно всматривался в воду, но ничего подозрительного не обнаружил. Туман спокойно стелился над рекой, а поверхность оставалась неподвижной, словно мне всё показалось.

— Ага. Конечно. — фыркнул я. — Показалось.

Перед глазами продолжали мелькать сообщения.

«Поглощён один грамм эфира.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Поглощён три грамма эфира.»

«Поглощён один грамм эфира.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Результат был, вот только совершенно недостаточный. В прошлый раз система хотя бы показала, сколько ещё нужно набрать. Сегодня такой любезности не последовало, но даже без подсказок было очевидно: до цели оставалось больше девяти килограммов эфира. Очень много. Настолько много, что становилось слегка грустно.

Я посмотрел на спокойную реку и туман, расправивший свои крылья над водой.

— Либо дверь… либо башня. — тяжело вздохнул я.

Похоже, лёгкого пути система мне предоставлять не собиралась, а значит, придётся лезть туда, где шанс умереть заметно выше среднего. В принципе ничего нового.

Где-то за спиной послышалось довольное мурчание. Барсик развалился на траве и выглядел абсолютно счастливым существом.

— Знаешь, мелкий, иногда мне кажется, что только у тебя в этой жизни всё идёт по плану.

Котёнок открыл один глаз, посмотрел на меня и снова притворился спящим. Возразить ему было нечего.

Я же оделся и направился в сторону дома. Завтра предстоял сложный день. Барсику пришлось возвращаться из мира грёз и следовать за мной, однако его это не особо расстроило.

Была мысль засесть в реке, поближе к берегу, и поглощать эфир, пока плохо не станет, но я понимал, что это сложно реализуемо. Да и мне не удалось найти доказательств, что крокодилов там не водится, ну или неких местных аналогов подводных сверххищников.

Я повертел в руках кристалл, добытый в реке, даже подкинул его в воздух. Однако ничего понять не удалось. Энергию он не отдаёт, слегка светится, но непонятно, от чего питается.

Барсик увидел мой трофей и вопросительно заурчал.

— Тебе нужна эта штука? — удивился я.

Мелкий словно понял вопрос и подбежал ближе.

— Ну держи тогда. — пожал я плечами.

Питомец схватил кристалл и попытался его раскусить, но куда там. Однако он не остановился на достигнутом и продолжал давить. Я уже хотел отобрать игрушку у мелкого, не дай боги, ещё зубы сломает.

Однако послышался хруст, и из кристалла потянулась тонкая струйка эфира. Барсик сразу же втянул её в себя и с удвоенной энергией принялся сдавливать добычу. Не хотелось бы мне ощутить мощь этой челюсти на своих костях. Хорошо, что мелкий на моей стороне. По крайней мере я на это надеюсь.

Материал хрустнул сильнее, трещина расширилась, усилив поток эфира, вытекающий в пасть питомца.

Барсик выпустил кристалл, подкинул его, наблюдая, как тот переворачивается в воздухе, после чего схватил и снова сжал. Кристалл окончательно сдался, развалившись на части, и меня ослепила яркая вспышка.

Глава 26

— Твою дивизию, Барсик! — вырвалось у меня.

Перед глазами ещё плясали разноцветные пятна. Я несколько раз моргнул, пытаясь вернуть способность нормально видеть. Когда зрение наконец пришло в порядок, выяснилось, что пострадал не только я.

Барсик сидел напротив, ошарашенно хлопая глазами. Шерсть на загривке стояла дыбом, а морда выражала глубокое недоумение. Похоже, такого эффекта он тоже не ожидал.

— Напомни мне в следующий раз, чтобы я не доверял тебе непонятные штуковины. — тяжело вздохнул я. — А то ещё угробишься в столь юном возрасте.

Котёнок виновато опустил уши. По крайней мере, мне хотелось верить, что именно виновато. Судя по всему, он просто не до конца понимал, что именно сделал. Я подобрал с земли осколки кристалла. Те уже почти не светились. Лишь в глубине нескольких кусочков ещё тлели едва заметные голубые искры.

— Ну хоть что-то осталось.

Система на произошедшее никак не отреагировала. Ни сообщений, ни уведомлений, ни новых способностей. Хотя после такой вспышки я ожидал увидеть что угодно, вплоть до предложения стать местным богом. Однако ничего подобного не произошло. Быть может, она тоже в шоке?

Барсик осторожно ткнул носом один из осколков, после чего демонстративно отвернулся.

— Вот и правильно. На сегодня экспериментов достаточно.

Мелкий неожиданно зевнул настолько широко, что я невольно присмотрелся к его зубам.

— Слушай… а клыки у тебя вроде длиннее стали.

Барсик предпочёл проигнорировать замечание и направился в сторону деревни.

— Эй! Не делай вид, что не слышал.

Котёнок лишь махнул хвостом, и мне пришлось идти следом. К счастью, пока мы добирались до дома, никаких новых взрывов, вспышек и прочих сюрпризов не случилось. Более того, возле моего двора царила непривычная тишина.

Матвей наконец успокоился, ну или просто выдохся. Никаких помощников, никаких обысков и обвинений. Только мирная деревенская ночь. Я невольно усмехнулся. Хорошо всё-таки, что догадался сжечь мешковину. А ещё лучше, что Барсик умудрился сожрать едва ли не половину собственного веса. Главная улика исчезла самым надёжным способом из всех возможных. Хотя вопрос, куда в него столько помещается, по-прежнему оставался открытым.

Мы вошли во двор, и Барсик сразу направился к своей миске, заглянул внутрь и возмущённо мяукнул.

— Даже не начинай. — предупредил я. — После сегодняшнего ужина тебе полезно немного поголодать.

Котёнок посмотрел на меня взглядом существа, которое только что предали самые близкие люди.

— Не поможет. — покачал я головой.

Барсик тяжело вздохнул, после чего демонстративно улёгся возле порога и отвернулся.

— Вот и отлично.

Я поднял взгляд к звёздному небу. День выдался странным: подводная дверь, кодовый замок, кристалл, который оказался съедобным… ну или почти съедобным. И чем больше я узнавал об этом мире, тем сильнее мне казалось, что самые интересные проблемы ещё даже не начались.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ладно. — пробормотал я. — Завтра будем разбираться дальше.

Где-то рядом сонно муркнул Барсик. На этот раз я был с ним полностью согласен.

Проснулся я ещё до рассвета. Барсик мирно дрых возле двери, вытянувшись во всю свою заметно подросшую длину. После вчерашнего эксперимента с кристаллом никаких побочных эффектов у него вроде не обнаружилось. Разве что выглядел он ещё более довольным жизнью, чем обычно.

— Хорошо устроился. — хмыкнул я.

Котёнок приоткрыл один глаз, убедился, что мир не собирается рушиться, и снова уснул. А я отправился в сарай. Где-то здесь должна была валяться старая пила. После нескольких минут поисков она действительно нашлась. Правда, выглядела так, словно последние пару лет её использовали исключительно для издевательств над древесиной.