Путь домой (СИ) - Демидов Джон - Страница 16

Старлей посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом, а потом полез во внутренний карман разгрузки, и спустя несколько мгновений вытащил оттуда связку обычных автомобильных ключей, с брелоком сигнализации и потёртым кожаным ремешком.

— Держи, — сказал он и отринув все сомнения, кинул связку в мою сторону.

Я поймал запущенный снаряд, и в этот момент старлей, который ещё минуту назад казался мне недалёким служакой, мгновенно реабилитировался в моих глазах. Далеко не каждый человек рискнет расстаться с личным транспортом, когда вокруг происходит локальный конец света…

— Сильно не гони, — хмуро буркнул он, и тут же добавил: — Камеры все ещё работают, и кто его знает… Если мир однажды вдруг прекратит сходить с ума, то лишние штрафы мне не нужны. И тачку мне не помни! Понял?

В этот момент я поймал себя на мысли, что наивность и вера в чудо некоторых людей меня по-настоящему восхищают. Вот уже несколько недель многочисленные банды убивают друг друга, по планете бродят монстры, типа той же Ллос, которые активно создают собственный культ, а этот кадр до сих пор боялся камер и надеялся, что в один прекрасный момент, поглотившая наш мир система, просто исчезнет, и все вернется на круги своя… Тем не менее, спорить с ним я не стал, а просто легонько кивнул и сказал:

— Спасибо… Такого жеста я не ожидал. Приложу все силы, чтобы вернуть ее в целости и сохранности. Обещаю.

— Смотри у меня, — буркнул старлей, после чего развернулся и направился обратно в сторону КПП, а я перевел свой взгляд в сторону парковки, примыкающей к территории института, где свои машины оставляли преподаватели и управляющий персонал, которые ездили в институт из города.

Машин там было немного — несколько грузовиков УРАЛов, парочка УАЗиков и полтора десятка легковушек, которые, судя по внешнему виду, уже достаточно давно никто не мыл. Я нажал на брелок, и в стороне, чуть поодаль от остальных, мигнула поворотниками серая машина, которая при более детальном рассмотрении оказалась сереньким опелем «Астра», который хоть и был уже весьма стареньким, однако сохранял вполне боевой вид.

Этот вывод я сделал, когда подошел к выделенному нам транспортному средству, и внимательнейшим образом оглядел колеса и стекла, а потом дёрнул ручку пассажирской двери и сказал в пустоту:

— Шани, деактивируй артефакт… Здесь больше нет никакой угрозы.

В то же мгновение воздух рядом со мной колыхнулся, и буквально через секунду девушка уже стояла рядом с машиной, с любопытством разглядывая этот шедевр автомобилестроения. Она провела рукой по капоту, заглянула в затемнённые стёкла, потом отступила на шаг и снова подошла, будто никак не могла определить, что это за штука.

— И что это? — наконец спросила она, с неподдельным удивлением в голосе. — Какой-то артефакт? Тогда почему он никак не определяется системой?

— Можно сказать и так, — ответил я, после чего кивнул на пассажирское кресло и добавил: — Садись… Все вопросы потом.

Шани всегда была за любой кипишь, кроме голодовки, и потому не заставила себя упрашивать. В следующее мгновение она ловко скользнула на сиденье, и пока я ее пристегивал — тут же начала с любопытством ощупывать всё вокруг себя: ручки, подлокотник, бардачок, кнопки на панели… От ее внимания не ускользало ничего. Я же тем временем закрыл дверь с ее стороны, обошёл машину, и усевшись на водительское место, вставил ключ в замок зажигания, и в этот момент девушка меня спросила, показывая на рычаг коробки передач:

— Слушай, Кейрон, а это тут зачем? — а потом сразу переключила свое внимание на руль: — А это?

— Это руль, — сказал я, заводя двигать, который заработал буквально с полпинка, что вызвало у меня удовлетворенную улыбку.

Как только я это сделал, на панели в тот же миг загорелось множество лампочек, замигали индикаторы, а прогревающийся двигатель стал набирать обороты. Все эти события заставили мою спутницу серьезно напрячься, а так как я очень не хотел, чтобы она все тут разворошила, то тут же положил руку на ее колено и сказал:

— Шани, не надо бояться. Это никакая не магия, а… как бы тебе объяснить… Это механическая повозка! Своего рода артефакт, выполненный мастерами моего мира, и я тебе обещаю — она ни за что не взорвется. Если ей, конечно, никто не поможет…

— Артефакт? — переспросила Шани, чье извечное любопытство с легкостью пересилило страх. — А почему она так рычит? И зачем ты меня привязал этой лентой?

— Это рычит двигатель — специальный механизм, который будет двигать нашу повозку, а привязал я тебя для того, чтобы если мы попадем в аварию — с тобой ничего не случилось. — ответил я, после чего включил передачу и начал осторожное движение, сразу после чего Шани, не удержавшись, схватилась за ручку двери.

— Ну вот и все… А ты боялась! — улыбнулся я, после чего вырулил на дорогу и прибавил газку, буквально ощущая на себе восхищенный взгляд Шани, которая, судя по всему, считала что я совершаю какую-то великую магию, чтобы привести нашу машину в движение…

Долго молчать она конечно же не смогла, и как только я переключился на вторую передачу, то тут же услышал новый вопрос:

— А как ты им управляешь? Или он сам знает куда нам надо ехать?

— Было бы чудесно, если бы он знал — куда нам надо… Но нет, я управляю им руками и ногами, — усмехнулся я, и тут же пояснил:

— Руль — чтобы поворачивать, педали — чтобы ехать и тормозить, а рычаг — чтобы ехать быстрее или медленнее.

— Сложно, — констатировала девушка, покачав головой, и тут же добавила:

— Толи дело Сиальские артефакты… Подала эссенцию — оно работает, выключила — не работает…

— Привыкнешь, — отмахнулся я, выруливая на трассу в сторону Светлогорска, что вызвало новые эмоции со стороны Шани, которая в очередной раз схватилась за ручку двери и с восхищением воскликнула:

— Ни харша себе повозка! Вот это скорость! А сколько она может так ехать?

— Пока бензин не кончится, — ответил я, и немного подумав, уточнил: — Часа три или четыре… Зависит от того, что нам попадётся по дороге.

Шани недоверчиво покачала головой, но бояться уже перестала. Вместо этого она с любопытством смотрела на мелькающие за окном деревья, что позволило мне сосредоточиться на дороге, которая тоже претерпела значительные перемены…

Калининград всегда считался туристическим городом, одной из главной достопримечательностью которого являлось Балтийское море. Чтобы многочисленным туристам было удобно туда добираться — дороги в этой области всегда отличались образцовой гладкостью и отсутствием ям… Так было несколько недель назад, а сейчас эта дорога представляла из себя весьма печальное зрелище…

Не знаю, что тут было, но судя по следам гусениц — здесь явно проходила тяжелая техника, которая беспощадно разрушила дорожное полотно, чинить которое, понятное дело, было уже некому…

Из-за этого наш опель ехал как будто по стиральной доске, и это весьма раздражало, но другой дороги в нужную нам сторону не было, а потому оставалось только терпеть.

Чем дальше мы отъезжали от города, тем чаще нам стали попадаться брошенные машины и человеческие тела… Люди, в поисках лучшей доли, захотели покинуть бетонные джунгли большого города, который без поставок продовольствия стал для них ловушкой, однако сразу же попадали в новую ловушку, которую им организовали их собственные соплеменники…

Шани никак не комментировала это печальное зрелище, но судя по мрачным искрам в ее глазах я сделал вывод, что тварям, которые совершили такое непотребство с невинными людьми, лучше не попадаться на глаза девушки, потому что после этой встречи они скорее всего уже не смогут сделать ничего…

Мы проехали еще около пары километров, как вдруг Шани резко напряглась, глядя прямо перед нами, и как только я посмотрел в ту же сторону, то сразу же ударил по тормозам…

Дело в том, что на нашем пути, прямо над дорожным полотном, находилась какая-то аномалия, рассмотрев которую я определил вход в средний данж…

Глава 9

Пожертвованная нам машина оказалась в весьма приличном техническом состоянии, благодаря чему я успел оттормозиться с хорошим запасом по расстоянию, сразу после чего заглушил двигатель, и вышел в звенящую тишину пустынной трассы. Во время этого простого действия я прикладывал все усилия, чтобы ни одним своим движением не спровоцировать эту странную, пульсирующую штуку, а когда вышел, то принялся внимательно ее изучать, пытаясь понять — что же мне в ней не нравится…