Долгое бегство (ЛП) - Кук Глен Чарльз - Страница 15

Вы спросите, а что же с Чёрным Отрядом? Погрузился в себя. А для кое-кого из собратьев по оружию — жизнь стала кошмаром, поскольку их партнёрши стали гораздо умнее их.

Вот так мы и проводили время, сидя на жопах, неподвижные как куропатки, обрастая всё большим числом жаждущих поиграть ночью дублей Леты. Все разговоры о том, чтобы куда-то идти пропали напрочь. Никого больше не волновало, что ещё придумают Госпожа или Взятые.

Леты не только были умнее большинства из нас, казалось, они умели отключать наши мозги. Если Лета хотела получить своё, мало кто из нас мог этому сопротивляться — мужчина или женщина. Исключение составляли Молчун, Душечка и ещё пара человек.

Но попыток сделать мужской вариант Леты больше не повторялось.

В какой-то момент туман в голове рассеялся. Я отлип от своей Леты настолько, что смог обдумать ситуацию в Отряде, которая с одной стороны была сродни подростковой одержимости, с другой — абзац космического масштаба.

Я отчётливо видел грядущий конец Отряда. Вместо грандиозной резни на поле боя, разбросанных повсюду в кровавой грязи отрубленных конечностей и вываленных кишок, наш апокалипсис будет здесь, потому что мы не в состоянии перестать думать членами. Мы сгинем во тьме широко ухмыляясь, потому что Леты унесли нас на далёкие берега наших фантазий.

И кем была Лета? Не суккубом в традиционном смысле, но, безусловно, какого-то рода сексуальным вампиром.

Пока мой мозг нормально соображал, чтобы породить оригинальную мысль, мне пришло в голову задаться вопросом, когда мы увидим естественные последствия такого разнузданного разврата. И дело не в болезнях. Вовсе нет. Каждая Лета оставалась неизменно моногамной.

Однако к настоящему моменту в духовке уже должно поспевать несколько десятков булочек.

Ужас! Я не готов стать отцом. А ещё я давненько не принимал роды.

Возможно, скоро мне придётся принимать их по десятку в день.

Я попытался припомнить, сколько же мы сидим без движения. И не смог. Столько, что у Леты уже должен был закончиться цикл. Которого, как я знал, у неё не было.

Вот, черт!

— Не может эта хрень быть западнёй Госпожи? — спросил Лейтенант.

— Это начала точно не она. Думаю, после неудачи Взятых, Госпожа решила отступить и посмотреть, что будет дальше. Если всё дальше пойдёт в том же духе, мы сдохнем от голода, прежде чем снова двинемся в путь. Если только наши вампирши не иссушат нас.

— А Госпожа просто отступила и наблюдает? Серьёзно?

Холодок по спине.

— Я так думаю. — Однако у неё всегда есть план Б, а у Шёпот на случай проявить свою стервозность в полной мере — был свой. В её истории болезни несколько случаев быстрого исцеления.

— Я просил поработать над общением с женщиной…

— Сделано!

— Полагаю, связь всегда односторонняя. Так?

— Большей частью. Ей хочется узнать о нас побольше, но не хочет рассказывать о себе.

— По-видимому, когда одна Лета узнаёт что-то новое, остальные тоже. Только что появившиеся дубли общаются наравне с нашими. Между тем, мы не можем собрать воедино то, что о них узнали мы сами.

Наш разговор происходил на расстоянии касания с двойниками Леты. Женщины мило улыбались, как вдруг…

Лицо моей спутницы помрачнело:

— Опасность вернулась. — Она указала. — Там. В лесу.

— Значит, твоя бывшая просто сидит и наблюдает, да?

— Это та, которую зовут Шёпот. Она не одна, — объявила моя Лета.

А спутница Лейтенанта добавила:

— Их четверо. Двое следят уже несколько дней.

— Класс! Но было бы неплохо узнать про это пораньше.

— Действительно, — ответила моя подруга. — Но мы не смотрели наружу.

— Теперь смотрим, — сказала вторая Лета.

Мы с Лейтенантом обменялись взглядами и пожали плечами.

Из центра поляны взвилась нить цвета индиго. Она была толще любой из виденных мной ранее. Она направилась в направлении, указанном моей Летой.

Все дубли замерли. Они смотрели в одну сторону. Их партнёры, оказавшись в замешательстве, оставались рядом. Что-то нас сильно одомашнили.

Удивление на лице моей Леты в свою очередь вызвало моё удивление.

— Они не говорят на твоём языке.

— Эээ? Да? — В нашем лагере говорили по крайней мере на четырёх диалектах. — Вы можете их подслушать?

Лета не ответила.

— Есть много языков. — Я уже запамятовал, какой язык родной для Шёпот. — Некоторые я понимаю.

— Ты не сможешь их услышать.

Думаю, она имела в виду «невозможно», а не «не разрешено».

— У меня поганая идея, — вступил Лейтенант: — Если они несколько дней просто следят, то значит пытаются выяснить, что происходит и кто эти одинаковые женщины. На месте Шёпот, я бы попытался захватить одну из них.

Моя Лета издала тихий рык.

Все дубли сдвинулись, уводя своих партнёров, в том числе и меня с Лейтенантом, без исключения, по палаткам.

Лета сидела, расчёсывая спутанные волосы:

— Спасибо, Каркун. — Она впервые назвала меня по имени. Я насторожился.

Она это почувствовала и улыбнулась.

— Я не могу причинить тебе боль. Я люблю тебя. Я не умею ничего другого, такой я создана.

Определённо что-то случилось.

Одевшись, мы вышли из палатки. Другие пары тоже выходили на свет, полюбоваться закатом.

— Враги дожидаются ночи. Мы тоже. И теперь мы готовы.

Наверняка поджидавшие в лесу люди тоже были готовы. Они заметили бегство солдат в палатки и их возвращение. Иногда Шёпот велась на свои эмоции, совершая глупости, но она не была дурой. Она бы поняла, что что-то произошло.

В том смысле, что я так думал. Я просто не знал, что именно.

Лета взяла меня под руку.

— Мы подождём, — а потом, немного позже: — Раз мы всё равно ждём, то можем убить время…

Девушка моей мечты.

Наступила ночь. Цикл старый как сам мир — день сменяется тьмой.

Несмотря на то, что мы знали о присутствии врагов и знали, что они задумали нечто нехорошее, всё равно нас застали врасплох.

Но и отряд наших прекрасных возлюбленных ответил тем же.

С приходом ночи, до восхода луны, началась какая-то хрень.

Вот и всё, что я могу об этом сообщить. Я наблюдал всё очень фрагментарно и не был непосредственным участником, как и целью.

Почему бы Взятым не обратить своё внимание на меня?

Вот именно.

Так или иначе, под покровом темноты в лагерь проникли какие-то теневые лазутчики, и их почти не видели, только какое-то мерцание краем глаза. По всей видимости их было всего двое, но они наделали страшного переполоху — но только там, где не было двойников Леты. Те ответили на их приближение яркой вспышкой света. Я услышал крик боли, но никаких тел мы потом не нашли.

Нападение длилось примерно двадцать минут. Никто не погиб, что было довольно странно. Затем, когда нападение провалилось, в лесу началось серьёзное шевеление.

Всё это время моя Лета решительно цеплялась за меня, что на рассвете я ожидал увидеть синяки — если только доживу, чтобы снова увидеть дневное светило. Лета не переставая повторяла, как сильно она меня любит и что должна защитить меня от собравшегося поглотить меня зла.

Впоследствии, с кем бы я не разговаривал, каждый повторил мне все слово в слово.

Моя циничная сторона, наблюдая, как толстый канат цвета индиго проверяет лес, ожидала страшного тарараха. Любая таинственная сила, способная из ничего создавать женщин, неотличимых от настоящих, в большом количестве, по умолчанию способна отшлёпать парочку Взятых, если только создание сексуальных гомункулов не являлось её единственным талантом.