Отягощённый Послезнанием. Дилогия (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 204

Из книги Андрея Мелехова «Война моторов. Крылья советов»68:

«Разговор между вновь назначенным командующим 8‑й Воздушной армии Джимми Дулиттлом и командующим её истребительной авиацией генералом Уильямом Кепнером, который состоялся в начале 1944 года. Увидев на стене кабинета плакат: «Главная задача истребителей 8‑й Воздушной армии – это прикрытие бомбардировщиков», он спросил:  

«Какой дурак написал это?».  

Кепнер начал оправдываться:  

«Лозунг появился ещё до меня!».  

«Убери эту глупость и повесь новый:  «Главная задача истребителей – это уничтожение истребителей противника».  

Не поверил своим ушам Кепнер, вопросил:  

«Означает ли это, сэр, что вы разрешаете мне приступить к наступательным действиям?»  

«Я не разрешаю, а приказываю!»».  

Естественно, базирующейся на Моонзундских островах авиационной группировке жизненно необходима своя истребительная авиация и причём – во всём её «репертуаре».

Кроме самих аэродромов, необходимо прикрыть порты, наземные и морские транспортные пути по которым они снабжаются. Прикрыть также надо также Балтийский флот, который будет осуществлять блокаду немецких портов или высадку морского десанта на побережье…

И сделать это можно только с помощью истребительной авиации.

Прежде всего, здесь должна быть сильная авиация ПВО, способная действовать на любой высоте и в любое время суток. Конечно же, это будет авиаполк (или даже авиабригада) вооружённая двухмоторными истребителями‑перехватчиками Туполева… Ничего другого просто нет и не предвидится. И главной их целью будут высотные разведчики из «Группы Ровеля».

И наводить их на цель надо с наземных командно‑наблюдательных пунктов. В масштабе всей страны такое взаимодействие организовать нереально, а вот относительно сравнительно небольшого Моонзундского архипелага…

«По крайней мере надо попробовать! Пожалуй, там надо будет сосредоточить большую часть (или даже все имеющиеся) радиолокационные станции, часть из которых разместить на кораблях курсирующих километрах в двухстах южнее островов – для более раннего обнаружения воздушных целей».

Однако одних перехватчиков – пусть и самых совершенных и с самыми лучшими экипажами, будет мало.

От массовых налётов бомбардировщиков Люфтваффе, систему авиабаз надо надёжно прикрыть точно такой же – массовой истребительной авиацией, чтоб хотя бы не позволять прицельно бомбить с высот менее пяти километров.

И очень желательно, чтоб эта «массовая истребительная авиация» защищала Моонзунд на самых современных истребителях…

Но, увы!

Чего нет – того нет.

Практически весь «реальный» сорок первый и отчасти сорок второй, советские ВВС держались на «старичках» И‑16 и И‑153 ‑ с относительно надёжными, но маловысотными двигателями М‑62 и М‑63 – 1000 и 1100 лошадиных сил соответственно. И по сравнению с «новейшими», воевали эти машины достаточно хорошо. Недаром боевыми лётчиками неоднократно ставился вопрос о возобновлении их выпуска.

Во многих отношениях эти «устаревшие» были лучше, чем новейшие истребители. Например «Ишаки» и «Чайки» были менее деревянными чем Яки и ЛаГГи, а стало быть более лёгкими. И‑16 «тип 18» набирал высоту в пять тысяч метров за 5,4 минут, а «Рояль» (ЛаГГ‑3) за 6,4 минуты…

«Лишняя минута» в воздушном бою растягивается в целую вечность и очень часто отнюдь не горизонтальная скорость, а именно она решала вопрос жить лётчику и продолжать летать‑воевать или догорать вместе с самолётом на земле.

И‑16 «тип 27» имел на вооружении две 20‑мм пушки и два 7,62‑мм пулемёта, а МиГ – всего три пулемёта, пусть и один из них крупнокалиберный.

«Ишаки» и «Чайки» имели убирающиеся в полёте лыжи, а для самолётов Микояна, Яковлева и Горбунова69 (Лавочкина) приходилось зимой чистить взлётно‑посадочные полосы, что делалось вручную по причине отсутствия вообще каких‑либо средств механизации. Они имели возможность установки сбрасываемых топливных баков – увеличивающие дальность их действия в полтора раза…

А вот МиГи, Яки и ЛаГГи, всем этим похвастаться не могли!

Сталин поправился:

«Ну положим бипланы И‑153 «Чайка» не такие уж и «старички»! Приняты на вооружение в 1939‑м, максимум производства пришёлся на этот – 1940‑й год. И было всего их выпущено…

3437(!) штук, в том числе 345 экземпляров с двигателем М‑63.

Эти самолёты из‑за их довольно‑таки приличной дальности, он включил в состав стратегической авиации. Однако в случае «форс‑мажора», «Чайки» могут работать и за ПВО. По крайней мере пикирующий Ю‑87, они догнать вполне способны.

А вот с «Ишаком» (с истребителем И‑16, то есть) ‑ всё гораздо сложнее, конечно…

Не считая 3184 штук учебно‑тренировочных двухместных УТИ‑4, к «новейшим» можно отнести лишь 2364 единиц типов 18, 27, 24, 28 и 29 и двигателями М‑62 и М‑63.

Однако последние моторы, можно без каких либо проблем установить на И‑16 типов от 5 до 10, что на Халхин‑Голе делали прямо на полевых аэродромах.

А это ещё 5156 истребителей с вполне годными на 41‑й год лётно‑техническими характеристиками!

Таким образом за вычетом потерянных в катастрофах и локальных конфликтах, в советских ВВС имеется (будет иметься к 22‑му июня) порядка десяти тысяч(!!!) И‑153 и И‑16 против чуть более полутора тысяч истребителей Люфтваффе, считая и двухмоторные «Мессершмидт» Bf.110.

Так что если не подставить авиацию под первый удар на приграничных аэродромах, если не бросать её в бой с едва обученными пилотами и главное – не дать командовать ею советским генералам с «конно‑балетным» образованием и боевым опытом Гражданской войны, то продержаться на «старичках» можно долго…

Весь тысяча девятьсот сорок первый год!

Сообразно вышеизложенному, Сталин пишет черновик постановления Государственного Комитета обороны СССР:

«1. Истребитель Поликарпова И‑153 с момента выхода это постановления считать лёгким штурмовиком, оборудовать бомбодержателями и направляющими для РС, соответствующим образом обучать пилотов. Выпуск этого типа продолжить вплоть до января 1941 года.

2. Выпуск истребителя И‑16 немедленно(!) прекратить. Имеющиеся в авиачастях самолёты этого типа с двигателями М‑25 вернуть вместе с пилотами на авиазаводы (№ 21, № 153) для ремонта и модернизации их до уровня более поздних типов путём установки двигателей М‑62/63 и необходимого ремонта. Кроме госприёмки, принимать самолёт у заводов должен строевой лётчик. И только под роспись, наравне с представителем военной приёмки на заводе…».

Итак, подобьём бабки.

В составе авиационной группировки базирующейся на Моонзундских островах, будет иметься сравнительно небольшая по численности авиачасть тяжёлых перехватчиков и много‑много условно устаревших истребителей…

Сколько именно «много‑много»?

По числу подготовленных лётчиков.

«Чайки» будут числиться в ударных самолётах ‑ совершающих дневные налёты на транспортную логистику Восточной Пруссии и Польши. «Ишаки» с их вообще невыдающейся дальностью – 440 километров у последних серий, входят в состав ПВО.

Ещё «как воздух как хлеб» необходим современный истребитель, но вовсе не для сопровождения бомбардировщиков…

Для завоевания господства в воздухе над северо‑восточной Европой!

Своими словами: нужен «охотник на охотников».

Какой именно истребитель и с каким именно двигателем?

Для Сталина такого вопроса не существовало, ибо ещё задолго до получения «Послезнания» он выбрал модель на которой словами потомков – «фанател». После его получения, лишь утвердился в своём выборе.