Академия Грайн. Выпускной курс (СИ) - Кандера Кристина - Страница 106

Та вечеринка не закончилась ничем хорошим. Она напилась. Вернее, ее напоили. Специально. Девчонка, с которой у Фэй завязались более-менее приятельские отношения, решила подшутить таким образом. А Фэй повелась на ее обман. Поверила, решила, что в ее жизни наконец-то появилась настоящая подруга. А на поверку оказалось все до банального просто. Марта… да, Марта Камиро, так звали ту девушку, собиралась вступать в студенческое общество. И для этого ей нужно было найти козла отпущения — в данном случае — козу.

Марта пригласила ее на вечеринку. Весь вечер не отходила от Фэй смеялась, рассказывая на ее взгляд интересные истории и, то и дело, подливала спиртное. А когда Фэй наконец-то дошла до кондиции, отвела ее в одну из комнат, где поджидала половина футбольной команды колледжа. Не трудно было догадаться, что должно было произойти дальше. Таким образом, Марта хотела уплатить вступительный взнос.

В тот вечер Фэй повезло. Совершенно случайно, в кампусе, где проходила вечеринка, находился один из учителей. Профессор интуиции, с которым Фэй была знакома еще по школе. Именно он заметил, как в комнату, куда немногим ранее набилось полдюжины нетрезвых парней, Марта привела почти полностью невменяемую Фэй. Он вмешался и увел ничего не понимающую девушку оттуда. А потом полночи пытался привести ее в чувство.

Тогда Фэй было плохо. Ее в буквальном смысле выворачивало наизнанку в уборной профессора. А он стоял рядом с чистым полотенцем и бутылкой воды и методично читал нотации. Фэй почти не слышала, что именно он ей говорил, лишь отдельные слова долетали до ее затуманенного сознания… что-то о том, что ей богами был дан уникальный шанс… Она, получившая дар, должна хранить его, развивать… обязана приносить пользу, а вместо этого так бездарно его проживает…

И что-то еще… что-то, что она не слышала из-за опьяненного алкоголем сознания, шума в ушах…

Вот и сейчас, сквозь гул в голове, до нее долетали звуки знакомого голоса… как тогда… казалось, что она снова студентка, перебравшая выпивки на вечеринке и ее тошнит в туалете. А профессор, ее учитель стоит рядом с чистым полотенцем и бутылкой воды и нудным, монотонным голосом вещает о том, что она совершенно бездарно распоряжается своим даром…

Иногда сквозь монотонный мужской голос до Фэй долетал голос женский… незнакомый… встревоженный…

— Я не знала, что делать… не знала…

— Ты должна была это пресечь! — это уже профессор…

— Простите… простите, я… все исправлю…

Фэй казалось, что это она оправдывается… Она ведь оправдывалась тогда? Пыталась заплетающимся языком рассказать, что совершенно не собиралась пить, что это не она виновата… что…

— Виктор… и он пришел, и… — женщина почти рыдала, в ее голосе слышались истеричные нотки. Казалось, еще немного и она завоет от отчаяния.

— Давно пора было заканчивать с этим фарсом! — на этот Фэй показалось, что голос профессора прозвучал очень близко. Прямо над ее головой. Она даже дернулась… внутренне, потому что до сих пор не владела собственным телом.

— Разберись с ним. Это шанс избавиться сразу от всех неудобств!

— Конечно, — женский голос тоже приблизился. Фэй даже смогла уловить цокот каблучков. — Я все сделаю. А что тут у вас? Она? — теперь женщина говорила заинтересовано.

— Все еще держится. Удивительно. Кто бы мог подумать, что при таком слабом уровне дара у этой девочки такая сила и воля к жизни. Она по-прежнему реагирует на все раздражители! — на этот раз Фэй показалось, что в голосе профессора прозвучала… гордость? — Мне кажется, что я изначально неправильно подошел к вопросу. Теорию нужно срочно пересмотреть. Трансляция — это не решение нашего вопроса… Я заблуждался….

А дальше Фэй снова накрыло беспамятство, и она уже не слышала ни то, с каким упоением профессор рассказывал своей коллеге о том, какие результаты ему удалось получить, ни о том, что он планирует делать дальше для подтверждения своей теории.

* * *

Было хорошо. Лиз чувствовала себя так спокойно и расслаблено, как уже давно себя не чувствовала.

— Ты понимаешь, что из-за твоего упрямства мы потеряли целых шесть лет, — она все же не могла молчать. Несмотря на переполнявшее счастье, Лиз хотела до конца выяснить все. На этот раз — на самом деле все выяснить! Больше никаких недомолвок. Никаких отговорок. Больше — ничего этого! Они или вместе — или нет.

— Считаешь, я был не прав тогда? — Гардов лениво водил пальцами по ее спине. И даже на вопрос ответил… нехотя как-то, устало.

— Да! — взвилась Лиз и, выпутавшись из его объятий, села на кровати. — То есть… нет. Демоны, Гардов! Я… я не знаю, — она вздохнула и отвернулась. Сколько раз за прошедшие шесть лет она пыталась понять, кто из них и когда ошибся? Но так ничего и не поняла. Даже с собой не смогла договориться.

Сначала была слишком дезориентирована из-за сбросившего все блоки дара и малейшее воспоминании о Егора вызывали новый всплеск способностей. Потом… потом была занята учебой, работой, карьерой… Но все равно вспоминала, размышляла, анализировала… иногда слишком себя накручивала и тогда бежала за подсказкой к Виктору, который лишь парой фраз был способен снова вернуть ей душевное равновесие.

— Лиз, — Егор потянулся и, ухватив ее за локоть, потянул на себя. — Я не собираюсь оправдываться и придумывать что-то тоже. Я все сказал тебе тем вечером во дворе моего дома. И я… был искренен с тобой тогда и сейчас не собираюсь отказываться от своих слов. У нас не было будущего, Лиз.

Шермер снова улеглась ему на грудь. Вздохнула.

— А… сейчас? Тоже считаешь, что… ничего не получится?

— Это зависит только от нас.

— Но… — она не успела договорить — у Гардова зазвонил телефон и он потянулся за аппаратом. — Серьезно? Ты собираешься ответить в такой момент?

— Прости, это может быть важно, — сожаления в его голосе не было — это Лиз поняла прекрасно, но спорить не стала. Она была дочерью своего отца и еще не забыла о том, что по долгу службы тот мог сорваться с места в любое время.

— Гардов, — ответил на звонок Егор. и тут же нахмурился. Подобрался весь, напрягся.

Лиз приподняла голову и тоже прислушалась. Звонила женщина. И судя по тому, что смогла уловить Лиз, вопрос был отнюдь не рабочим, по крайней мере, голос говорившей звучал томно и… слишком сексуально.

— Прямо сейчас? — звонок доктора Сальва застал Егора в расплох. Честно признаться, он вообще не думал о том, что еще когда-нибудь услышит о сексуальном ассистенте Виктора Траверси. А поди ж ты, позвонила. Среди ночи. — Что-то случилось?

— Простите, — на миг Егору показалось, что в голосе Ирэн прозвучал испуг, но он тут же отринул эту мысль. Он — не служба спасения и даже не стража. — Простите, капитан Гардов… Егор… я… понимаю, что не вовремя, но… я должна была рассказать вам все сразу. Но я испугалась. Понимаете, я… если честно не думала, что это вообще имеет отношение к тому делу, о котором вы сегодня спрашивали и только вечером, когда уже пришла домой, я вдруг вспомнила. Простите, я… мне очень страшно… вы не могли бы встретиться со мной?

— Хорошо, давайте встретимся ближе к обеду. Я заеду в университет…

— Нет! — слишком поспешно оборвала его Ирэн. — Сейчас! Вы… вы не могли бы приехать ко мне?

— К вам? — Егор сел на кровати. Его удивление не знало предела. — Сейчас?

— О! я понимаю, сейчас совсем не подходящее время, но… мне очень страшно. И… мне кажется, что… что это важно. простите, если… Мне правда, очень страшно.

В том, что доктор Ирэн Сальва умирает от страха, Гардов не поверил ни на мгновение. Вот как-то не вязалось в его восприятии, что дамочка с кошачьими глазами и удушающими духами, вообще может испытывать страх. С другой стороны… вполне может быть, что у нее в самом деле есть какая-то информация. Гардов покосился на Лиз. Шермер сидела, прижимая к груди одеяло и, прищурившись, наблюдала за Егором. Казалось, что еще немного и она бросится на Егора. И было за что, если так подумать.