Академия Грайн. Выпускной курс (СИ) - Кандера Кристина - Страница 1

Annotation

Эта история о дружбе и одиночестве, о любви и предательстве, о встречах и расставаниях, о потерях и находках.

Кристина Кандера

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ЭПИЛОГ

Кристина Кандера

Академия Грайн. Выпускной курс

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПОСЛЕДНИЙ УРОК

ГЛАВА 1

Последняя пара. Совместная лекция. Две группы в тесном помещении. Студентов набилось, что селедок в бочке. Яркое солнце слепило глаза, дышать было практически нечем. Егор вздохнул, отвернулся к стене и опустил голову. Первая парта, солнечный луч, словно издеваясь, светит прямо в глаз и никак невозможно от него отвернуться. И глаза закрыть не вариант.

— Итак, господа лоботрясы, — профессор Туров приподнял очки и обвел взглядом притихших студентов, — приступим… — договорить он не успел. Дверь в аудиторию распахнулась.

— Простите, профессор Туров, — Лиз Шермер, староста группы, отличница, «золотая девочка» и первая красавица академии Грайн, точно видение возникла на пороге, — позволите войти?

— Так-так-так, мисс Шермер, — Туров расплылся в ехидной усмешке. — Позвольте-ка поинтересоваться, что у вас со слухом?

— Все в порядке, — несколько обескуражено ответила девчонка, но глаз не отвела и смущенным румянцем не залилась.

Егор хмыкнул про себя. Невозмутимая Шермер. Только она могла вот так спокойно смотреть прямо в глаза Турову, зная, что от выговора или, как минимум, нарекания, не отвертеться. Ехидство Турова вошло в легенды, и во всей академии не было никого, кто желал бы вызвать его более пристальное, чем это было необходимо, внимание к своей персоне. Издевался препод мастерски. И очень любил отработки. Просто лучился от счастья, когда удавалось подловить какого-нибудь невезучего студента на малейшей оплошности и назначить ему штрафные часы. А если еще и реферат какой можно было ко всему этому приписать — то неделю ходил довольный донельзя.

— А раз так, то, что же такого важного могло случиться, что вы не слышали звонка?

— Простите, профессор Туров, — Шермер держалась молодцом, хорошо владела собственным лицом и даже попыталась чуть смущенно улыбнуться, — просто… так получилось. Вы позволите присутствовать на занятии?

Вопрос был актуален. За опоздание, препод вполне мог отстранить от занятий и помимо отработки влепить неуд. Порядки в академии Грайн были суровые, а преподаватели, любившие измываться над студентами, делали их иной раз и вовсе ненормальными. И даже скидок на высокопоставленного папочку или список аристократических предков длиной в километр не делали. Негласное правило Академии Грайн гласило: «Под этой крышей все равны!»

Угу. Егор тоже так думал. До того самого момента, как пять лет назад переступил порог сего замечательного заведения и оказался в одной группе с отпрысками самых известных фамилий Ровении. Тогда-то вся правда о равенстве и выплыла наружу. Но измываться над студентами преподаватели все равно любили. Невзирая на заслуги известных предков.

— Садитесь, — милостиво позволил профессор, и Шермер, тихонько вздохнув, направилась к единственному свободному месту.

Егор даже дыхание затаил. Все пять лет, что он учился в этом проклятом месте, стул рядом с ним оставался свободным. Даже сдвоенное занятие не заставило никого сесть рядом с ним. Не то чтобы Егор переживал по этому поводу. Он-то как раз приложил достаточно усилий для того, чтобы его избегали. Так неужели? Да быть того не может! Просто не может быть. Сейчас Шермер пройдет мимо, и пристроится к кому-нибудь третьей.

Да, точно. Вон, на две парты впереди в соседнем ряду сидит лучшая подружка Шермер, Светлана Гроу со своим то ли парнем, то ли уже официальным женихом, Стасом Лагодиным. Та еще парочка, фыркнул про себя Егор, переведя взгляд с Лиз на ее друзей. Хотя… если подумать, то не так уж они и плохи. Тот же Лагодин один из немногих студентов, кто не считает зазорным стать с Егором в пару на практикумах. А Светка… Светка обладала исключительным умением — могла заболтать кого угодно и иногда оттачивала свои умения в этом вопросе и на Гардове. Редко, но бывало. И она единственная из всего класса, кто не считает ниже своего достоинства здороваться с Егором.

Вот и теперь, Гроу обернулась, мазнула взглядом темных, как ночь, глаз по Егору, приветливо кивнула, даже чуть приподняла губы в намеке на улыбку, а затем бросила встревоженный взгляд на шагающую по проходу подругу. Хмурилась, кусала губы, недовольно качала головой. Интересно, что такого произошло, что на щиты они с Лагодиным пришли без Шермер? Эта троица всегда вместе, Гроу, Шермер и Лагодин. Впрочем, это не его дело. Совсем не его.

— Можно? — Лиз опустилась на соседний стул и положила свои тетради на парту.

Егор вздрогнул и удивленно обернулся. Встретился взглядом с голубыми глазами Шермер.

— Я сяду? — повторила вопрос она, виновато улыбаясь.

— Ты уже села, — буркнул он, отворачиваясь.

— Ты не возражаешь? — она, словно специально вознамерилась вывести его из себя. И вот что этой красавице понадобилось?

— А если я скажу, что возражаю? — он неприятно ухмыльнулся. — Ты пересядешь?

Лиз растерялась. Она обвела взглядом заполненную до предела аудиторию и снова посмотрела на парня.

— Если ты хочешь, то… — несмело начала девушка и даже руки протянула, чтобы забрать свои тетради с парты.

— Сиди уже, — фыркнул Егор, снова опуская взгляд в собственную тетрадь.

Ее присутствие раздражало. И злило. Он привык быть один. Всегда и везде. И окружающие чувствовали это, инстинктивно стараясь держаться от него подальше. Вот даже на занятиях он всегда сидел один. Все пять лет. И на практических он чаще всего был предоставлен сам себе, за редким исключением.

Лиз Шермер. Красавица, аристократка в каком-то там поколении. «Золотая девочка» перед которой открыты все двери. Она даже в Грайн пришла учиться потому, что сама так захотела. Такие девушки идут по жизни легко и уверенно опираются на громкое имя своих родителей и накопленные ими же капиталы.

Все верно. Егор едва слышно хмыкнул и опустил голову еще ниже.

Лиз сидела тихо, точно мышка. Не лезла с разговорами, не вздыхала и не пыталась привлечь к себе его внимание, но он все равно, то и дело поглядывал в ее сторону. Разглядывал тонкий профиль, любовался изгибом шеи. Она словно магнитом притягивала к себе его взгляд.

Нет, от этих мыслей толку не будет. Надо брать себя в руки и перестать мечтать. Все равно ничему этому не суждено сбыться. Никогда. Она не для него. Ей больше подходит Абзалов, семья которого владеет едва ли не половиной капиталов страны. Вот он как раз самая подходящая пара для девушки вроде Лиз Шермер. Или нет? Разве есть кто-то подходящий для Лиз Шермер?

Он задумался. И не заметил, как сжал кулаки. Карандаш, который держал в руке, скрипнув грифелем по бумаге, прорывая тонкий лист, сломался.

— Черт! — в сердцах выругался парень.

— Держи, — тихий голос, и на тетрадный лист перед ним лег карандаш.

А когда Егор повернулся к девушке, Лиз уже что-то увлеченно чертила в своей тетради и на него не глядела.

Странная девушка.

Туров заливался соловьем, рассказывая об энергетических потоках, способных преобразовывать нематериальное в материальное. Чертил графики и схемы на доске, смешно подпрыгивая, когда не доставал до самого ее верхнего края. Язвил, когда студенты не могли ответить на очередной его вопрос. Щиты были одним из профильных предметов.