Преподаватель - Хокка Юлия - Страница 12

Я действительно не могла снова остаться ночевать у Яны. Ужасно не хотелось в очередной раз поссориться с бабушкой – наш хрупкий мир и так удерживался не без усилий. Да и сама я была не готова опять спать не в своей кровати, проснуться не в своей комнате и пойти утром не в свою ванную. Конечно же, подольше пообщаться с Пашей, провести вместе время и побыть с ним наедине было бы здорово, но пара лишних часов не стоила всех этих «жертв».

После обещания, что я обязательно останусь в следующий раз, диалог на тему ночевки через какое-то время удалось закончить. Паша будто бы сердился из-за того, что я уеду, и это было одновременно и приятно, и нет.

– Олесь, пойдем ужинать, – позвала бабушка, заглянув вечером в мою комнату. – Ты чего в темноте-то сидишь?

Поставив недосмотренный фильм про общество религиозно фанатичных детей, убивших всех взрослых в городе, на паузу, я отложила телефон в сторону и, сладко потянувшись, села.

– Да я кино просто смотрела, – ответила я.

– Какое? – поинтересовалась бабушка, проходя на кухню.

– Да зарубежное, ты такое не знаешь.

– Давай, грей курицу, картошку.

Послушно подойдя к старенькому холодильнику, я достала вчерашнюю еду, поставила ее на плиту и зажгла огонь. Бабушка включила чайник и протянула руку к скрипучему шкафчику, чтобы взять тарелки. Моменты, когда у нас обеих было хорошее настроение и мы вместе что-то делали, например, готовили или ужинали, всегда дарили немножко радости и какого-то тепла.

– Лесь, что-то уже курица эта поперек горла стоит, может, завтра рыбку пожарим? – предложила бабушка, помешивая картошку деревянной лопаткой.

– Да, я не против, только… – Я медленно присела на табурет и, глядя в сторону, продолжила: – Я завтра собиралась на день рождения к подружке съездить.

– Что за подружка? – Мягкость из интонации пропала, в голосе послышалось недовольство.

– Яна. У которой я на прошлой неделе была. Одногруппница моя. Я ненадолго, часам к одиннадцати приеду домой.

– К одиннадцати? – переспросила бабушка, в негодовании вскинув брови. – Это поздно очень, что там так долго делать?

– Ну, я хочу посидеть, пообщаться с ребятами, у меня на одну дорогу почти два часа уйдет. Мне же уже не пятнадцать лет… Я понимаю, что ты беспокоишься, обещаю, что буду аккуратной, ладно?

– Делай что хочешь, – махнула рукой бабушка. – Давай тарелку, нагрелось.

Ужин прошел умиротворенно, конфликта чудом удалось избежать. Кофе бабушка пошла пить в комнату – начался ее сериал, и я решила посидеть с ней, прихватив крючок и нитки. Вечер вышел вполне уютным, что бывало редко. Дома всегда не хватало спокойствия, морального комфорта, обычного тепла и свободного пространства в ментальном плане. Тяжелая жизнь бабушки – от непростого детства до ухода, а затем и смерти мужа и сплошных провалов дочери, на которую возлагались большие надежды, – сделала ее тяжелым человеком. Я пыталась относиться к ней с пониманием, осознавая, что бабушка стала такой из-за своих болей, страхов, разочарований и неумения мыслить глубже, а не поверхностно. Но мне хотелось, чтобы и меня тоже понимали, хоть иногда. Хотелось, чтобы возвращение домой было приятным, а сам дом был безопасным местом, но увы.

Перед сном я отправилась в ванную устраивать домашние спа-процедуры. Если параллельные миры существовали, то в одном из них я точно была русалкой, – моя любовь к воде казалась безграничной.

Струи душа забарабанили по ванне. Скинув домашнюю одежду, я встала под теплую воду. Пар поднимался к потолку, и вскоре пространство заполнил приятный аромат косметических средств. Закончив мыться и обернувшись полотенцем, я потянулась за флакончиком с маслом и стала наносить его с максимальной нежностью, стараясь наполнять каждое действие любовью к себе. Ксения Витальевна говорила нам, что это очень важный ритуал.

Предстоящая встреча с Пашей дарила предвкушение и легкое волнение. Влюбленность окрыляла, но ощущение, что что-то не так, меня не покидало. Никак не получалось полностью отдаться этому волшебному чувству и насладиться им.

Глава 6

Волнение мешало накрасить глаза. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я стряхнула с кисти лишние тени и снова провела по складке века. Периодически поглядывая на экран лежащего рядом телефона, я надеялась увидеть сообщение от Паши. Но он молчал. Зато написала Яна.

С одеждой я решила не заморачиваться: день рождения не у меня, достаточно просто выглядеть прилично. Выбор пал на черную майку, клетчатую рубашку винного цвета и синие джинсы.

Погода была неприятной: небо заволокли низкие серые тучи, моросил косой дождь, но это не портило настроения. Несмотря на то что ехать предстояло долго, в этот раз книгу брать я не стала. И в электричке, и в метро я просто слушала музыку, украдкой поглядывая на других пассажиров. Внутри все трепетало, стоило лишь подумать о Паше, только непонятное смятение в глубине души немного тяготило.

Наташа, наша одногруппница, приехала пораньше и, когда я вошла, уже стояла в комнате с разогретой плойкой в руках.

Яна встретила меня с радостной улыбкой:

– Привет! Заходи.

– Приве-е-ет! – донесся из комнаты голос Наташи.

– Привет! – крикнула я в ответ и протянула подруге подарок. – С днем рождения, Яна.

– Спасибо большое, я потом посмотрю. – Мы обнялись. – Раздевайся и проходи.

Паша не вышел меня встретить и даже не подал голоса. Он куда-то ушел?

– А Паша где?

– У себя. За компом сидит. Надеюсь, по учебе что-то.

Яна вернулась в комнату, и Наташа продолжила делать ей укладку.

– Я поздороваюсь с ним и вернусь к вам, хорошо?

– Да, ок, – ответила подруга, быстро печатая что-то в телефоне.

Странно, конечно, что он не показался. Не слышал, наверное.

Подойдя к его двери, я постучала и осторожно заглянула внутрь.

– Входи, Лесь, привет, – отозвался он.

– Привет.

Тело слегка потряхивало, но со стороны это вряд ли было заметно. Паша повернулся ко мне, широко улыбаясь.

– Чем занимаешься? – Я заглянула в монитор.

– Смотрю подарок Яне, – ответил он и потянул меня за руку к себе.

Мы поцеловались. По коже пробежала легкая дрожь.

– Ты еще не купил?

– Да замотался, не успел. Сейчас надо будет доехать до магазина.

Посмотрев ему в глаза, я сделала грустное лицо и вскинула брови.

– Я быстро, красавица. – Он снова потянул меня к себе для поцелуя. Как же это все-таки приятно. – У тебя фруктовый блеск для губ?

– Это бальзам, – улыбнулась я. – Пойду к девочкам.

– Давай. – Паша развернулся обратно к компьютеру.

Поцеловав его в шею, на что он отреагировал довольно-игривым «м-м-м», я вышла из комнаты.

О Наташе нельзя было сказать ничего плохого, впрочем, как и хорошего. Обычная, неинтересная для меня девушка. Мы нормально ладили, но общих тем не было, поэтому общались только в компании с Яной или по учебе иногда.

Яна убежала по делам сразу, как только собралась. Сегодня она выглядела чудесно: с завитыми светлыми волосами, в легком голубом платье и с нежным макияжем она еще больше походила на куколку. Из невинного образа выбивалась только пышная грудь, подчеркнутая глубоким вырезом.