Сорок третий 9 (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 9

Ардор Таргор-Увир и генерал Зендо Корвос стояли на верхней галерее учебного корпуса, откуда открывался вид на посадочные площадки, сектор размещения, технические боксы, и бетонные дорожки между ангарами. Внизу, у южного корпуса, добровольцы из частей Корпуса Егерей заканчивали утреннее построение. Люди были не случайные, а с боевым опытом, хорошими характеристиками, наградами, нормальной физической подготовкой и с тем выражением лиц, какое бывает у солдат, уверенных, что их отобрали не зря. Но при всей их крепости и готовности они оставались сводным набором из разных частей, где каждый ещё нес за собой привычки прежней роты, прежнего командира, прежнего порядка и прежнего представления о том, что именно считается правильной работой в бою.

Корвос некоторое время смотрел на них молча, потом перевёл взгляд на северную площадку, над которой уже начали зажигаться сигнальные огни для приёма транспортной группы, и сказал.

— Одного батальона мало.

— Для штурма Ларнаса — мало. — Ардор кивнул. — Но для того, чтобы показать остальным, как должна выглядеть работа, — достаточно.

Корвос чуть повернул голову, не отрываясь полностью от площадки.

— Ты хочешь сделать из них инструкторов?

— Нет. Инструкторы здесь уже есть. Я хочу, чтобы добровольцы работали рядом с людьми, которые не объясняют боевой порядок словами, а живут в нём. Когда человек три дня подряд идёт в учебный подвал за отделением, которое не теряет темп, не путает сектора, не спорит в проходе и не ждёт команды на очевидное действие, он или начинает подтягиваться, или сам понимает, что ему здесь нечего делать.

— Жёсткий фильтр.

— Дешёвый, — сказал Ардор. — Дорогой будет потом, в храмовых переходах. И конечно после прибытия батальона, я не закончу набор добровольцев, и притащу сюда ещё пару батальонов из Чёрных Ястребов. А ещё позже и остальные части полка. И будет у нас таким образом фактически ударная бригада.

Корвос принял ответ без возражений. Он уже видел достаточно войн, чтобы не путать мягкость с заботой о людях, а жёсткий отбор — с бессмысленной жестокостью. На Ларнасе, если до штурма действительно дойдёт, слабое звено обойдётся дороже, чем в обычном бою. Там сражение развернётся россыпью точек огневого контакта, не позволяющей подтянуть соседнюю роту через открытый фланг и не даст командиру лишних минут на исправление ошибки. Там будут лестницы, внутренние дворы, узкие каменные проходы, и вдоволь таких мест, где два человека, смогут остановить движение взвода.

Первая группа транспортных воздухолётов показалась со стороны запада почти на бреющем и без разворота над центром. Погода оставалась зимней. сильный боковой ветер, дождь, рваные облака и низкая видимость над аэродромом, поэтому пилоты вели машины аккуратно, с поправкой на порывы, не пытаясь доказать никому мастерство там, где от них требовались только расчёт и спокойные руки. Воздухолёты садились сходу, один за другим, выдерживая интервалы, и наземная служба цепко удерживала контроль. огни, сигналы, технические группы, буксировочные расчёты, машины для личного состава и офицеры размещения, заранее получившие порядок разгрузки и теперь не задававшие лишних вопросов.

На первой машине опустилась аппарель, и почти сразу на площадку вышла штабная группа, за ней офицер размещения, старший техник и несколько связистов с переносными радиостанциями. Капитан Рош Карсо появился следом, быстро принял доклад у офицера аэродромной команды, оглянулся на ангары, посадочные площадки и учебный городок, на добровольцев у южного корпуса и только потом поднял голову к галерее. Ему хватило двух коротких распоряжений, после которых люди разошлись. Связисты начали занимать выделенное им помещение, сапёры пошли к казармам, техники принимали боксы, пилоты двинулись к площадкам и ангарам, медики открыли временный пункт помощи возле северного корпуса, а командиры рот начали размещение личного состава так, словно центр был им знаком не первый год.

Добровольцы, стоявшие внизу, сперва просто смотрели. Потом среди них пошло то едва заметное движение, которое возникает в строю, когда люди стараются не вертеть головами, но всё равно не могут не следить за происходящим. Они видели не парадное прибытие знаменитого подразделения, а работу, где каждый человек знал свой участок. На груди у бойцов батальона сверкали, ордена, медали, знаки кампаний и нашивки за штурмы; такие же отметки имелись у сапёров, пилотов, связистов, техников, и это выглядело не как украшение формы, а как обычная часть службы, потому что батальон Ардора давно воевал не отдельными героическими группами, а единым механизмом, в котором пилот, доставивший людей на площадку, сапёр, вскрывший проход, связист, удержавший канал, и штурмовик, вошедший первым, являлись участниками одной операции.

— Теперь понимаю, почему ты сказал не просить людей вообще, — негромко произнёс Корвос.

— Люди у меня есть. Мне нужны усиления по тем специальностям, которых в батальоне мало или нет совсем и именно для этого нужны добровольцы.

— А моряки?

— Точнее морские разведчики — диверсанты, специалисты по портовым и прибрежным сооружениям, несколько экипажей для работы при шквальном ветре и над скалистым берегом, связисты для работы в подземельях, метеомаги, целители для штурмовых групп и техники под десантное оборудование. Ну и не в последнюю очередь, люди, знающие ларнасскую храмовую архитектуру не по гравюрам для паломников.

Корвос посмотрел на него внимательнее.

— Ты уже уверен, что штурм пойдёт не только через гавань?

— Если мы пойдём только через гавань, это станет гарантированным провалом.

— Значит, надо заставить его защищать сразу несколько направлений.

— Настоящий вход всё равно определит обстановка.

Карсо поднялся на галерею через несколько минут, когда батальон уже почти закончил первичное развёртывание. Он остановился перед Ардором, отдал честь и доложил без лишней громкости.

— Господин генерал, батальон прибыл в полном составе. В пути происшествий нет. Один транспорт задержался из-за встречного шквала, техника и имущество в порядке, личный состав готов к размещению и работе.

— Северный сектор ваш, капитан. Через час соберём ротных, старших сапёрных групп, начальников связи, пилотов и медиков. После этого начнёте демонстрацию для инструкторов центра. Добровольцев будете включать в состав малыми группами, без общей толпы.

— Есть.

— Капитан, ваши люди понимают, что им придётся работать не с новобранцами, а с егерями из других частей, многие из которых считают себя готовыми к любой операции?

Карсо коротко кивнул, будто ждал этого вопроса.

— После первого занятия будут считать намного аккуратнее, господин генерал. Все кто высаживался с господином полковником, сразу отучаются считать себя самыми крутыми.

Корвос смотрел на него несколько секунд, затем кивнул.

— Работайте.

Карсо снова отдал честь и ушёл вниз, не задерживаясь на галерее ни на мгновение дольше нужного. Ардор проследил за ним взглядом. Капитан всегда вёл себя скромно и тихо, никогда не пытался выглядеть страшнее, умнее или ближе к командиру, чем был на самом деле, и именно поэтому батальон принимал его власть спокойно. Когда Ардор ещё сам командовал этой частью напрямую, Карсо был тем заместителем, на которого можно было оставить подразделение, поручить любую сложную задачу и не дёргаться, проверяя ход исполнения каждые полчаса. Теперь он когда капитан занял место командира, и в этом не было ни случайности, ни временной меры.

— Он немногословен, — заметил Корвос.

— Зато любит, когда всё сделано надлежащим образом. — Ардор усмехнулся.

— Хорошее качество для командира.

На совещании в малом классе северного корпуса собрались только те, кто должен был работать, а не присутствовать. Корвос сел у длинного стола рядом с Ардором, Карсо стоял у карты учебного центра, ротные командиры и командиры отдельных подразделений сидели за столами, старшие специалисты держали перед собой блокноты.