Направо от Юпитера (СИ) - Курилкин Матвей Геннадьевич - Страница 3

Не было даже времени, чтобы просто оглянуться назад.

«Креветка» пронеслась мимо в считанных метрах. Быстро — буквально за три секунды. И начала удаляться. То есть это Макс вместе с каким-то непонятным, но явно неосторожным водителем пронёсся мимо креветки. Всё-таки получилось. И сейчас он как камешек в праще, который раскручивает на верёвочке неизвестный великан. Правда, радиус пращи будет всё время уменьшаться — лебёдка-то работает, а значит, начнёт расти скорость вращения.

— Ёкарный бабай! — Обречённо констатировал Макс. — Об этом я как-то не подумал.

Глава 2

Максим Ермаков, индивидуальный предприниматель

Рейс в результате выдался удачным… вроде бы. Безотносительно обстоятельств добыча набралась даже неплохая, вот только Макс ожидал гораздо большего, и оттого доволен уловом не был. Ещё и нервотрёпка с машиной получилась страшная. В тот момент думать было некогда, нужно было спасать «Креветку». Ну да, ещё когда он только увидел летящий на него наземный автомобиль с космонавтом за рулём, промелькнуло в мыслях сомнение в своей адекватности. Но было тут же с негодованием отброшено. Тесты проходил, как положено, перед полётом, и проходил их честно, так что галлюцинаций быть не могло.

Потом, когда кое-как удалось затолкать упрямое средство передвижения в авоську, Макса прошиб холодный пот. Чёрт с ней, с непонятной древней машиной с помятым боком, но вот космонавт внутри — это ЧП. Экстренная ситуация, а значит, впереди вызов экстренных служб, долгое ожидание, множество объяснений, отчётов…

Макс затащил машину внутрь. Разобрался с баком, из-за которого изначально вышел в пустоту — того ведь, хоть и перестало тянуть лебёдкой, но скорость уже была, так что он уже как раз подплывал к авоське. И уже после всего с замиранием сердца полез в ёмкость, рискуя быть раздавленным между кусков мусора. Правда, в тот момент его это беспокоило меньше всего — очень уж неуютно оказалось находиться рядом с трупом. А в то, что это мог быть кто-то живой, Макс не верил — слишком древняя машина, сейчас таких не делают. Да и у водителя при ближайшем рассмотрении забрало скафандра оказалось разбитым. Каково же было возмущение Макса, когда выяснилось, что внутри скафандра — муляж! Кукла! Причём, судя по звёздно-полосатому шильдику на рукаве скафандра, шутниками оказались кто-то из заклятых соседей.

— Вот ведь уроды! — Вслух возмущался парень. — Это, по-вашему, что — смешно? Долбонавты вы, а не астронавты! Дебилы пендосские, с идиотским чувством юмора!

Машину он оставил как есть, вместе с «астронавтом», и вернулся обратно в Креветку. И без того уже дыхательной смеси изрядно потратил, да и делать снаружи больше нечего. Быстро, насколько возможно, сбросил скафандр, и уселся в кресло пилота — пора было окончательно закреплять добычу. Впрочем, это дело несложное, и проделывал его Макс практически на автомате. Растопырить лапы — крепления, подтянуть авоську к брюшку, и медленно-медленно обхватить добычу. Теперь его «Креветка» издалека выглядит так, будто она с икрой. А пока подтягивал, подводил итоги рейса.

Добыча, на самом деле, совсем неплохая, но насколько же она меньше, чем он рассчитывал изначально! Самое обидное — винить в этом было некого. На жеребьёвке Максу в кои-то веки выпал приличный сектор — на орбите, а значит, богатый на всякий космический мусор. Так он тогда подумал. Нет бы, сообразить, что просто так хорошие места не достаются! Это ведь только говорится так — жеребьёвка, а на самом деле все самые вкусные сектора почему-то достаются корпоратам, а таким, как Макс, обычно остаются крошки с барского стола. Либо далеко и от станции, и от Земли, либо с ещё какими-нибудь изъянами. Такое вот удивительное невезение у частников — одиночек. А тут увидел в списке заветные координаты, и, не думая, ткнул в подтверждение, пока кто-нибудь ещё из товарищей — чистильщиков не перехватил вкусное место.

Ещё и радовался — думал, ухватил удачу за хвост. Пребывал в отличном настроении всё время подготовки к вылету, и потом, во время полёта, предвкушал богатую добычу. Неладное не заподозрил даже когда добрался до места. Сканер выдал длиннющий список объектов — собирай себе, да радуйся богатой добыче! Сто тридцать семь пунктов. Неизбалованному такими богатыми скоплениями Максу хотелось прыгать от восторга. Пришлось, правда, ограничиться восторженным матом — в невесомости не попрыгаешь.

Свою ошибку Макс понял только когда упаковал примерно треть скопления. Трудолюбивая «Креветка», повинуясь указаниям пилота, подплывала к очередному куску мусора, и каждый раз обнаруживала что-то незначительное.

О причинах такой бедности скопления Макс догадался только благодаря этому дурацкому розыгрышу с пендосским астронавтом. Встряска заставила, наконец, мозги работать. Максу не требовалось сверяться с компьютером, чтобы убедиться — его сектор находится на самой границе штатовской территории. Он запустил сканер, чтобы проверить неприятную догадку, и всё подтвердилось. В соседствующем секторе тоже полно мусора, и, судя по показаниям, почти исключительно мелкого. Ни одной засечки крупнее десяти кубометров в объёме. Даже тот бак остался не подобранным только из-за неудобной формы.

— И не только дебилы, а ещё и сволочи! — Горько вздохнул парень. Он прекрасно понял, что произошло. Кто-то из юсовцев недавно чистил соседний сектор, американский. Но, как это делают многие недобросовестные мусорщики, вместо того чтобы скрупулёзно собирать все обломки, которые может засечь сканер, хитрый и нечистоплотный иностранный коллега собрал только самое крупное. Заодно и у соседей таким же образом всё подчистил. Снял сливки за пару дней, и убрался прочь, доложив о выполнении задачи. И заработал на этом отлично. За его, Макса, счёт. Ему-то досталась оставшаяся мелочь. Неделя работы. И вроде выхлоп всё равно достаточно приличный, но мало отличается от его обычных заработков. Вот и весь результат фантастического везения.

Конечно, каждый вылет оплачивается, независимо от результата. Однако основа заработка — вовсе не плата за рейс от госкомпании. Плата за рейс покрывает лишь основные расходы. Топливо для маневровых, оплату техобслуживания, докование… Остаётся мелочь на поддержание штанов. Если бы этим заработок и ограничивался, никто бы сбором мусора не занимался.

Основной доход мусорщика — это его добыча. Мусор остаётся мусором только пока кувыркается на орбите, мешая пролёту пустотных кораблей, станциям и действующим спутникам. Как только этот мусор попадает на перерабатывающую станцию, он тут же превращается в товар. Зачастую — очень ценный.

Со времён начала освоения космического пространства в ближайших окрестностях старушки — Земли накопились просто огромные горы всевозможных обломков, потерянных спутников, и просто мелкого мусора. Лет сто назад это стало настоящей проблемой. Человечество чуть не закрыло себе дорогу в космос собственными руками, заполнив околоземное пространство почти непроходимым щитом из обломков металла, выработавших ресурс спутников, контейнеров от химического топлива и прочей дряни самых разных габаритов и размеров.

Сейчас-то баланс соблюдается. Меньше мусорить человечество не стало, зато появились такие как Макс. Мусорщики, собиратели, чистильщики — названий много, суть одна. Те, кто живут со сдачи металлолома. Зачастую — очень ценного металлолома. Пару раз Максу попадались очень дорогие штуковины с большим содержанием ценных металлов и сложной электроники старых времён, которая нынче тоже очень ценится. Предки на материалах не слишком экономили, порой выбрасывали в космос настоящие сокровища.

Долго предаваться унынию парень не привык. Ну, в самом деле, что такого-то? Сектор очищен, прибыток — неплохой. Не зря работал. Нужно ещё придёржать эту машину странную — судя по виду, лет ей очень много, а значит, может представлять коллекционную ценность. Пускай, малость побитая — видно, с чем-то совсем недавно столкнулась, вот и сменила направление и скорость. Явно не «местная», откуда-то из дальнего космоса прилетела, слишком уж скорость нехарактерная для орбитального мусора, да и вектор — тоже. Так что вполне может оказаться вещью ценной, с историей.