"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Даффилд Кит - Страница 58

Также команде Слоуна стало известно, что вечером незадолго до гибели торговец картинами ужинал со своей крестницей Кэрри Хепуорт. Та работала по совместительству в галерее, их связывали хорошие отношения. При этом следствие убедилось, что отношения эти были чисто платоническими, совершенно родственными, не подразумевающими ничего непристойного. Полицейские выяснили, что жена погибшего дельца Сьюзан, принадлежащая к столпам местного общества, тоже очень любила Кэрри и та неоднократно гостила у супругов дома. Они давно взяли ее под свое крыло, потому что крестница была трудным подростком и в течение нескольких лет создавала семье проблемы.

Но масштабное и продолжительное расследование, получившее название «Операция „Холст“», оказалось безрезультатным. В длинный список потенциальных подозреваемых входили сотрудники Портеуса, один из дилеров, которого они вычислили и которому погибший сообщил о картине – похоже, давно утраченной работе французского художника восемнадцатого века Фрагонара, – и богатый коллекционер из Суссекса, пожелавший увидеть эту работу.

Во время расследования Ник Слоун находился под давлением, поскольку количество убийств в Суссексе превышало обычные для графства двенадцать в год, и тогдашний нетерпеливый начальник отдела по борьбе с преступностью хотел, чтобы тот двигался дальше, потому что все направления расследования были исчерпаны. Слоун просил Грейса, когда тот в следующий раз будет анализировать нераскрытые дела в графстве, внимательно присмотреться к убийству Портеуса.

Грейс заверил его, что так и будет. Теперь все основные дела находились у него в кабинете.

На короткое время он отвлекся от работы, чтобы подумать о предстоящей свадьбе друга и коллеги Гленна Брэнсона с Шивон Шелдрейк, журналисткой из «Аргуса». Его, Грейса, пригласили быть шафером. Торжество было назначено на октябрь, но из-за гибели Бруно решили отложить свадьбу до конца года и до сих пор не определились с датой. Так что впереди было дел невпроворот.

Сейчас все, как правило, устраивают трехдневный мальчишник в какой-нибудь европейской столице или даже где-нибудь подальше, например в Лас-Вегасе, но Гленн, к облегчению Грейса, пожелал организовать «домашнее» веселье без лишнего шума. Тем не менее Гленн был популярным человеком как в полицейских кругах, так и за их пределами, так что вопрос заключался скорее в том, кого не приглашать. Во всяком случае, это проблема из разряда приоритетных, подумал Грейс, а ведь на нем лежала ответственность и за репутацию мероприятия. С одной стороны, шатающаяся по Брайтон-энд-Хову пьяная мужская компания – в том числе несколько детективов – выглядела бы не слишком привлекательно. С другой – он торжественно пообещал Гленну, что «погребение» где-нибудь в глухом лесу, как в каком-то давнем деле[40], тоже не рассматривается среди доступных вариантов.

К счастью, после успешного завершения последнего дела о пропавшей жене[41] последние недели на работе были на редкость спокойными. И он был благодарен за это затишье после смерти Бруно. Предыдущее дело его команды, в котором ему отводилась относительно небольшая роль, касалось продажного адвоката, управлявшего сетью наркоторговцев с вовлечением представителей уязвимых социальных групп[42]. Закончилось оно вроде бы результативно, однако дало старт крупному внутреннему расследованию с подключением Независимой службы по расследованию действий полиции. Канитель тянулась до сих пор. Но Грейс и его команда сделали все по правилам, и конечный результат разборок его уже не волновал.

Сейчас, в этот период простоя, он в первую очередь занимался нераскрытыми, «холодными» делами, чтобы иметь возможность параллельно размышлять о других вещах. Просматривая список из примерно тридцати нераскрытых убийств, совершенных в графствах Суррей и Суссекс и заслуживающих оценки для возможного пересмотра, он заинтересовался делом, о котором его старый друг и наставник Ник Слоун рассказывал пару месяцев назад.

Основное досье – толстая папка под названием «Операция „Холст“» – лежало на письменном столе прямо перед ним, а четырнадцать коробок с уликами, включая показания свидетелей, фотографии с места преступления, отчеты криминалистов, данные с видеокамер и системы АРНЗ (автоматического распознавания номерных знаков), записи телефонных разговоров и ассоциативные карты, были сложены на полу вокруг стола. В запертом хранилище для улик своего часа ожидали еще двенадцать коробок. Дополнительно Грейс попросил команду, работающую с системой ХОЛМС[43], загрузить все материалы дела на его компьютер.

Цель оценки заключалась в следующем: выяснить, не было ли что-то упущено, как подозревал Ник Слоун. Стоит ли продолжать вкладывать в расследование деньги и другие ресурсы?

Грейс внимательно вчитывался в отчет Слоуна об операции «Холст», оказавшейся неуспешной. Бывший детектив-суперинтендант старательно описал все решения, принятые им в ходе расследования, и обосновал каждое, а затем сделал выводы по этому делу, позже получившему статус «глухаря».

В этом подробном отчете содержалось краткое описание убийства Чарли Портеуса, а также направления расследования, стратегии и результаты судебно-медицинской экспертизы. Слоун, как и положено старшему следователю, составил этот документ, для того чтобы новый руководитель следственной группы, который займется повторным расследованием этого дела, мог получить представление о происшедшем.

Посвятив три дня чтению документов и отчета из ХОЛМСа на экране компьютера, Рой Грейс пришел к выводу, что догадка Ника Слоуна была верной. Дело определенно заслуживало пересмотра, и надо было решить, достаточно ли оснований для того, чтобы потратить время и ресурсы на его повторное рассмотрение. Для этого требовалось доказать, что шансы на арест и осуждение виновных более чем реальны. И чем дольше Грейс читал, тем больше убеждался, что так оно и есть.

6. 19 сентября, четверг

На все совещания и летучки Норман Поттинг неизменно являлся последним. Сегодняшнее утро не стало исключением. Он вломился в дверь и захлопнул ее за собой с таким грохотом, что казалось, будто сейф с большой высоты рухнул на бетон. Бормоча извинения за опоздание – хотя на сей раз он вовсе не опоздал, а успел вовремя, – детектив-сержант схватил стул и устроился рядом с коллегами в дальнем конце овального стола. Брифинг, как всегда, проходил в конференц-зале отдела по расследованию особо тяжких преступлений.

– Сегодня узнал кое-что интересное, – объявил Поттинг, и его грубый голос прозвучал более хрипло, чем обычно. – Селедки могут общаться с помощью пуканья.

– Полезная информация, – сухо прокомментировал Грейс.

– Ты определенно читаешь очень классную газету, Норман, – ехидно заметила Велвит Уайльд.

Не так давно Норман стал выглядеть круто, избавился от лишнего веса и зачесанной на лысину пряди и в современном стиле побрился наголо – но, похоже, этот период закончился. В последнее время Рой Грейс стал замечать, что детектив-сержант опять сдал. Он приходил на службу в поношенных рубашках – на сегодняшней, в фиолетовую полоску, воротничок совсем вытерся. Грейс с грустью подумал, что таков и Норман, человек, потрепанный жизнью и не раз бывавший в передрягах, хотя порой, конечно, он сам лез на рожон. С другой стороны, многим испытаниям он подвергался совершенно незаслуженно, и от него это никак не зависело. Грейс чувствовал глубокое почтение к этому старому боевому коню и его способностям детектива, которые многие в полиции недооценивали.

Грейс взглянул на часы и осмотрел свою небольшую, лично им подобранную следственную группу.

– Сегодня четверг, девятнадцатое сентября, четыре часа дня, – объявил он. – Это первое совещание, посвященное возобновлению операции «Холст», то есть расследованию нераскрытого убийства арт-дилера Чарльза Стюарта Портеуса в ночь на шестнадцатое октября две тысячи пятнадцатого года.