"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Даффилд Кит - Страница 153

– Все в порядке, сэр. Честное слово. Находка не из приятных, но я в норме.

– Вот и хорошо. Рад за тебя. И каковы твои предварительные выводы? Убийца тот же?

Баллард потянул себя за мочку уха.

– Трудно сказать, сэр. Я бы придержал свои выводы до тех пор, пока не поступят отчеты криминалистов.

– Ну а если ограничиться разумными предположениями?

– Что ж, вы и сами знаете, что после тех, прежних убийств мы не стали сообщать прессе про вырезанный символ. Однако тот, кто убил мальчика, о символе знал. И с точностью его воспроизвел. Что же до фотографий, сэр, сделанных еще до убийств, то я понятия не имею, что и думать. – Он медленно сделал большой глоток, так, чтобы обожгло горло. – Очень хочется ответить – да, это он. Но я все еще не понимаю, как такое возможно.

– Да и кто из нас понимает? – Суперинтендант внимательно посмотрел на Мэтта. – Раз уж речь зашла о секретной информации, инспектор. Как насчет еще одного секрета? Того, что ты делил с Чарльзом Уилсоном. Очевидно, своей группе ты еще не рассказал?

Баллард почувствовал, что в нем закипает гнев. Откуда, черт возьми, суперинтенданту об этом известно? Чарльз уже умер, и уж он-то наверняка ни одной живой душе не говорил.

– Извини. Раз уж произошло еще убийство, настала пора поделиться с остальными всем, что нам известно. Особенно если речь о вещах серьезных, таких, как пропавшие улики.

Мэтт уставился в полированную поверхность стола и принялся тереть виски, пытаясь понять, что же именно известно суперинтенданту.

– Откуда вы об этом знаете?

– У меня есть одно письмо. Его отправил мне Уилсон за несколько месяцев до смерти. Он уходил в отставку и подумал, что будет лучше, если о том, что вы с ним вдвоем обнаружили, будет знать кто-то еще. Просто чтобы информация не пропала, если с тобой что-нибудь вдруг случится. – Он бросил на Мэтта странный взгляд, в котором читалась чуть ли не отеческая забота. – Понимаешь ли, Чарльз подозревал, что это дело нас так просто не оставит, и в глубине души был согласен с твоим сержантом. Который тоже не верил, что убийца – Пол Андерхилл.

Откинувшись на спинку стула, Мэтт пытался сообразить, что ему в связи со столь некстати случившимся откровением теперь делать.

– Мне очень стыдно, сэр. Я должен был вам сам все рассказать, и уже давно, но первым делом хотел бы заверить – у нас с Чарльзом были очень серьезные основания поступить именно так, и улики мы оформили предельно аккуратно.

– Так расскажи мне, что это были за основания.

– Сэр, неужели Уилсон вам не объяснил? – Мэтт понимал, что упрек в его голосе сейчас неуместен, однако не мог справиться с эмоциями. Он был исполнен горечи из-за того, что эта информация об убийце с топей Гиббет выплыла на свет и суперинтендант собирается сделать ее всеобщим достоянием.

– Да будет тебе. Не нужно строить оскорбленную невинность. Золотые крестики – это улики, и тебе они уж точно не принадлежат, даже если ты всего лишь хранишь их в надежном месте. Ты и сам понимаешь, что я мог обо всем сообщить, не давая тебе шанса оправдаться.

– Я их и не брал, сэр. Они сейчас в полицейском хранилище улик, записаны за Чарльзом Уилсоном. – Мэтт осушил стакан и мысленно поднял руки вверх. Какой смысл сопротивляться? – Мы не сразу поняли, в чем тут дело. Дэнни Картер носил небольшое распятие на цепочке вокруг шеи. У Кристофера Рэя Феллоуза крестик и золотой образок Святого Христофора были на связке ключей. А Джейми Мэтрэйверс носил свой крестик в ухе вместо сережки. И только значительно позднее, по сути совершенно случайно, я обнаружил, что крестики одинаковые. Мы заподозрили, что убийца дарил их мальчикам. И решили какое-то время никому не говорить, поскольку знали – кто-то, тесно связанный с расследованием, неспособен держать язык за зубами.

Суперинтендант резко выпрямился.

– Что?

– Через кого-то шли утечки информации, намеренно или по небрежности – мы так и не поняли. Как бы то ни было, важные для следствия подробности оказывались известны широкой публике. Потому-то мы с Чарльзом и решили придержать информацию о крестиках. В нужный момент мы приобщили бы их к доказательствам, однако он так и не наступил.

– А Андерхилл? Вы обыскали его дом, чтобы найти аналогичные крестики?

– Обыскали сверху донизу и еще проверили все бумаги на случай, если там сохранились чеки от ювелира или еще что-нибудь в этом роде. У него в доме не было ничего связанного с религией, даже Библии не оказалось.

– А с этим новым убийством? Как мы, кстати, называем мальчика?

– Пока что Гэбриэлом, сэр. Констебль Годдард сказала, что у парнишки лицо как у ангела[77].

– У него не было крестика?

– Он был раздет, сэр, и мы пока ничего не нашли. Но я хотел убедиться, что он точно не обнаружится, если не на теле, то, быть может, внутри или в одежде.

Суперинтендант поднял бутылку с виски и жестом предложил Мэтту.

– Спасибо, сэр, не нужно. Я за рулем. – Мэтт мысленно чертыхнулся. Да он бы сейчас всю бутылку осушил! – Если не возражаете, давайте придержим информацию насчет крестиков.

– Не проблема, Мэтт, тут я с тобой совершенно согласен – если возникнет необходимость, мы просто приобщим их к доказательствам.

– Сэр, если мне будет позволено сделать еще одно разумное предположение… Сопоставив последнюю жертву с теми, что раньше, я пришел к выводу, что убийца не тот же самый. Подражатель.

– Почему?

– Убийца с топей Гиббет был невероятно жесток. Все мальчики подверглись пыткам и умерли страшной смертью. Тот же Джейми – когда его бросили в воду в клубке из колючей проволоки, он был еще жив. – Воспоминание оказалось таким ярким, что Мэтт чуть не лишился речи, однако нашел в себе силы продолжить. – Что же до Гэбриэла, его смерть была обставлена так, чтобы выглядеть ужасной, однако рядом с прежними жестокостями это и близко не стоит.

– Прошло двадцать шесть лет, быть может, у убийцы просто фантазия поистощилась? – Суперинтендант плеснул себе еще виски – надо полагать, ехать домой он сегодня не собирался. – Или он хочет сделать вид, что это всего лишь подражатель, – такую возможность ты не учитываешь?

– Не беспокойтесь, сэр, у меня мозги сейчас на полную катушку работают. Честно говоря, не думаю, что я упустил из виду хоть какую-то из возможностей. Еще раз прошу прощения, что раньше не упоминал про крестики. Вы ведь и сами знаете, что я не позволил бы себе ничего неподобающего, правда?

– А ты как думаешь – почему это я с тобой сейчас виски распиваю, а не зачитываю тебе постановление об аресте?

– Спасибо вам, сэр.

Выйдя из кабинета, Мэтт направился в пустую, как полагал, оперативную комнату. А войдя, увидел, что его дожидаются там Брин и Джемма.

– Я полагал, вы все давно дома. Не беспокойтесь, допоздна нам еще предстоит задерживаться, нужно только чтобы было ради чего.

Брин кивнул.

– Именно так, сэр. Инспектор и сержант Хэйнс уже ушли, а у нас с Джеммой возникла одна идея, и мы хотели ее с вами обсудить.

Была ли виной непредвиденная беседа с суперинтендантом, только Мэтт почувствовал, как на него волной накатывается тошнотворная усталость, а вместе с ней – и необычная злость на собственных сотрудников.

– До утра не потерпит? Я как собака вымотался!

Прочитав все на их лицах, он глубоко вздохнул, выбрал стул поближе и тяжело сел.

– Ладно, простите. Денек сегодня выдался хреновей некуда, но вы-то здесь при чем? Давайте, выкладывайте.

Брин сел напротив.

– Вы не помните, кто именно опознал тело Андерхилла?

У Мэтта мороз пробежал по коже.

– Не помню. – Он ненадолго умолк, пытаясь разобраться в собственных чувствах. – Наверное, брат. А почему ты спрашиваешь?

– Джемме пришла в голову идея, что это был не Андерхилл. А тот, соответственно, жив-здоров.

Мэттью почувствовал, что на него наползает оцепенение, и непонимающе уставился на молодого констебля.