"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Даффилд Кит - Страница 124

На Мэки-Кресент Гарри сунул в рот мятную жвачку, чтобы освежить дыхание перед встречей с потенциальным клиентом. Подъезжая к дому, он увидел на улице шикарную «теслу». Наверное, машина мистера Элкингтона, предположил он, выруливая на подъездную дорожку и паркуясь, как обычно, между «фиатом» и своим рабочим грузовиком.

Он взглянул на часы – 19:25. Ладно, чуть припозднился, но жена наверняка успела очаровать клиента. Решив пока оставить спортивный комплект в машине, Гарри в солнечном настроении направился к входной двери. Чемпион возвращается домой, где его встречают как героя!

За дверью терся Джинкс, и не сказать, чтобы он приветствовал хозяина. Кот выгнул спину и, когда Гарри наклонился, чтобы погладить его, рванул прочь, словно выпущенный из торпедного аппарата. Слева была открыта дверь в гостиную, и Гарри предположил, что Фрейя с мистером Элкингтоном находятся там.

Он придирчиво осмотрел себя в зеркале у вешалки, поправил фирменный галстук гольф-клуба «Дайк», пригладил волосы, откинув назад упавшие на лицо прядки, затем, спохватившись, метнулся в кухню и бросил жвачку в мусорное ведро. Телевизор, как обычно, работал, показывали ситком. Фрейя никогда не выключала телевизор в кухне, когда была дома, даже если уходила в другую комнату.

Он вернулся в прихожую. Еще раз взглянул на себя в зеркало – да, галстук в порядке, – выпрямил спину и, заранее изобразив приветливую улыбку, прошел в гостиную, чтобы встретиться с потенциальным клиентом.

В следующую минуту ему показалось, что он ступил на замерзшее озеро и под ним трескается лед.

85. 5 ноября, вторник

Прежде чем Гарри Киплинг успел осмыслить представшую перед ним в гостиной сюрреалистическую картину, его схватили за руки и резко выкрутили их за спину. Испуганный и сбитый с толку, он уставился на трех незнакомцев в капюшонах. На каждом была черная балаклава, черный комбинезон того типа, что надевают криминалисты перед выездом на место преступления, и синие латексные перчатки.

Двое здоровенных громил встали по обе стороны от Гарри. Он почувствовал, как его руки туго стягивают сзади и путы врезаются в запястья, после чего его силой усадили на стул.

Фрейя, с заклеенным серой лентой ртом и связанными за спиной руками, сидела на диване. Гарри видел ужас в ее глазах. Она отчаянно пыталась подать ему какой-то сигнал, но он не сумел ее понять. Том находился на противоположном диване, его руки были также связаны за спиной. Правый рукав его толстовки был закатан до плеча, открывая датчик для мониторинга диабета. На журнальном столике стоял большой поднос с пончиками: карамельными, шоколадными, с джемом и в сахарной глазури. Тут же лежала темно-синяя ручка. Инсулиновая ручка Тома. А рядом – телефон Фрейи в узнаваемом красном чехле.

Превозмогая страх и смятение, хлынувшие водоворотом, Гарри выпалил:

– Кто вы, черт возьми, такой? Чего вы хотите?

Высокий худой мужчина, глаза, ноздри и рот которого виднелись через прорези в балаклаве, стоял у дивана, где сидел Том.

– Добро пожаловать на нашу маленькую вечеринку, мистер Киплинг, – без тени юмора произнес незваный гость. В его голосе слышался акцент южных штатов. – Мне очень жаль, если вы проголодались после игры в гольф, но, боюсь, все это предназначено для вашего мальчика. Он растет. Возможно, понадобится, чтобы он съел одну или две штуки, чтобы поддержать уровень сахара в крови.

– Эти «штуки» токсичны для Тома! – в ярости крикнул Гарри. – Что, черт возьми, вы делаете?

– О, я точно знаю, что делаю, мистер Киплинг, – сказал худой американец. – Видите ли, я тоже диабетик, как и ваш сын, – солгал он, похлопывая себя по левой руке. – У меня такой же пластырь «Либр», как у него. Отличная технология, а? До открытия инсулина в тысяча девятьсот двадцать первом году продолжительность жизни диабетика первого типа составляла от трех до пяти лет. – Он взял ручку со стола. – Конечно, я уверен, что вы и миссис Киплинг об этом знаете, верно? – Он демонстративно снял колпачок с ручки, обнажив иглу, и покрутил индикатор, сделав несколько щелчков. Поднял ручку и, нажав на поршень, выпустил в воздух небольшую струю прозрачной, кисловато пахнущей жидкости. – Избыток инсулина бывает так же смертелен для диабетика, как и недостаток. – Он улыбнулся. – Полагаю, вы тоже это знаете, да?

– Нам не нужен этот хренов урок химии, – процедил Гарри в бессильной ярости, пытаясь освободить руки. Ему отчаянно хотелось защитить семью, но в данный момент он ничего не мог сделать.

Американец медленно кивнул:

– О, а я думаю, нужен, мистер Киплинг. Видите ли, я уже ввел вашему парню очень большую дозу инсулина, гораздо больше, чем ему требуется. Чтобы уравновесить это, он должен есть, причем продукты с очень высоким содержанием сахара. Пончики идеально подходят. Но вот в чем дело, мистер Киплинг, – я дам Тому одно из этих спасительных лакомств лишь после того, как получу кое-что от вас.

Гарри увидел отчаянный взгляд Тома. Мгновение спустя американец отложил ручку и взял смартфон в красном чехле. Он ввел код – как предположил Гарри, это был код Фрейи, – нажал желтый значок приложения, который Гарри мгновенно узнал, и поднес верхнюю часть телефона к круглому пластырю «Либр» на руке Тома. Телефон издал короткую трель. Затем американец подошел к Фрейе и подержал экран перед ее глазами.

– Видите показания?

Затем он показал его Гарри.

На экране черным шрифтом на зеленой полосе значилась цифра 5. Над цифрой была надпись: «ГЛЮКОЗА В НОРМЕ». Рядом черная стрелка указывала вниз. Гарри понимал, что это зловещий признак. Когда Тому впервые поставили диагноз «диабет первого типа», Гарри задался целью узнать все, что можно, об этой болезни. И прежде всего, выяснил главное: безопасный диапазон уровня сахара в крови, согласно британской системе калибровки, составляет 4–9 ммоль/л. Цифра 5 была приемлемой, но уже на нижнем пределе. А стрелка, направленная вниз, говорила, что уровень сахара у Тома падает.

– Я вижу, что показывает телефон. К чему вы клоните, кем бы вы, черт возьми, ни были?!

– Я хочу сказать, мистер Киплинг, что за двадцать минут до вашего прихода домой показатель вашего сына был десять. Он снизился чертовски быстро, правда? Посчитайте.

Гарри не нужно было ничего считать. Сколько инсулина этот ублюдок вколол Тому? Киплинг почувствовал, как по спине пробежал холодок, и воинственно уставился на американца:

– Зачем вы это делаете? Вам что-то нужно? Какого черта вам нужно? Чего вы хотите? – Он попытался встать, но его тут же толкнули обратно.

Килгор ткнул инсулиновой ручкой в копию Фрагонара на стене:

– Я думаю, вы точно знаете, чего я хочу, мистер Киплинг.

– Это? – скривился Гарри. – Вы это хотите? Будьте как дома, берите хренову картину. Она ваша! Просто оставьте меня и мою семью в покое, пожалуйста.

Он был близок к тому, чтобы заплакать от отчаяния и страха за сына. Бросил взгляд на Фрейю, ощущая себя совершенно бесполезным. Ему казалось, что его сердце вот-вот выскочит из груди.

– Проблема вот в чем, мистер Киплинг, – тихо и невозмутимо продолжил Килгор. – Вы должны понимать, что нам нужна не эта картина, хотя спасибо за предложение, мы, возможно, возьмем и ее, чтобы избежать путаницы. Мы пришли за оригиналом. Мой босс некоторое время назад сделал вам очень щедрое предложение, а вы его отвергли. Боюсь, моему боссу не нравится, когда его предложениями пренебрегают.

– Пятьдесят тысяч фунтов, верно? – спросил Гарри, сообразив, в чем дело.

Он затравленно посмотрел на жену и сына. Фрейя пыталась что-то сказать, но смогла только промычать.

– Хорошо, я принимаю предложение, – закивал Гарри. – Договорились?

– Мой босс не ведет переговоров и не любит отказов. Боюсь, мы зашли слишком далеко, мистер Киплинг.

Килгор направился к Тому и снова проверил уровень сахара в его крови с помощью приложения. Затем повернул смартфон к Гарри.

Теперь на экране была цифра 4, фон изменился на желтый, а надпись гласила: «УРОВЕНЬ ГЛЮКОЗЫ СНИЖАЕТСЯ». Стрелка по-прежнему указывала вниз.