Важнее слов - Шеридан Мия - Страница 1

Мия Шеридан

Важнее слов

Mia Sheridan

More Then Words

Copyright © 2018 by Mia Sheridan

This edition published by arrangement with Grand Central Publishing, a division of Hachette Book Group, Inc., USA. All rights reserved

© Брагинец Е., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке, оформление. Издательство «Эксмо», 2026

Пролог

«Ночь темна и…» Я осторожно сделала шаг, сухая летняя трава нежно захрустела под моими ногами. «Вот-вот разразится гроза?» Нет, даже тумана не было. Я сощурила глаза и взглянула на бледную луну над головой. Еще даже не успело потемнеть, вечернее небо только-только обращалось в темно-голубой. Вдалеке залаяла собака, и снова стало тихо, мои шаги отдаются эхом, как будто я совсем одна в этой странной местности, полной опасностей. «Одна», – прошептала я наконец, решив все для себя. Я расправила плечи, набираясь храбрости. – «В ночи… все тускло и очень одиноко, и все же принцесса продолжила свое путешествие, всем сердцем веря, что принц уже где-то близко и что он ее выручит. Все, что ей нужно было делать, это не переставать надеяться».

Я пошла дальше, мое дыхание сбивалось, когда учащался пульс. Я никогда раньше не отходила так далеко от дома, и все теперь было незнакомым. Где я? Когда небо посерело, вдалеке вдруг мелькнули огоньки, как будто это была путеводная звезда или маяк. «Звезды сверкали в небе, и принцесса последовала за самой яркой из них, ведь она точно приведет ее в безопасное место, и там… – Мой живот заурчал куда громче тихого перепева сверчков в вечернем воздухе. – …будет еда».

Между мной и огоньками – теперь я видела, что это фонари, – возник склон, по которому я медленно взбиралась. В одной руке я зажала книгу, а другой пыталась балансировать, когда подъем становился совсем уже крутым. «Принцесса сильно утомилась в пути, но она собралась с силами, чтобы взобраться по утесу, ведь она знала, что, забравшись наверх, она поймет, где оказалась. Возможно, она даже увидит принца, который спешит к ней, оседлав своего верного скакуна».

Огни были совсем близко, и когда я добралась до вершины, пробравшись через какие-то кусты, то оказалась у железной дороги сразу. Я шумно выдохнула и посмотрела по сторонам, оглядывая местность у себя под ногами. Внизу я могла различить край поля для гольфа, под которое отвели большое пространство. Я вздохнула с облегчением, ведь теперь я понимала, где я. Я жила в районе, который примыкал к противоположному краю поля. И как меня угораздило замечтаться так, что я совсем не заметила, как далеко от дома уже забрела?

Раз теперь я знаю, куда идти, мне следует сейчас же поспешить домой.

Я постояла еще немного, смотря в направлении своего дома. Я улавливала звуки, отзвуки: вот плачет моя мама, вот мой отец раздраженно что-то бурчит, вот хлопает дверь по соседству – это мой младший брат отправился на ночевку к своему другу Кайлу. «Я не хочу туда возвращаться». Они еще очень нескоро заметят, что меня нет. Если вообще заметят.

Я обернулась к железной дороге. Неподалеку на путях стоял одинокий товарный вагон, и я с любопытством его рассматривала, переминаясь с ноги на ногу, пока в груди у меня поднимался легкий трепет. «Впереди принцесса увидела пещеру, – прошептала я, – и что-то влекло ее туда, какая-то неведомая сила». Судьба.

Я медленно двинулась к вагону, ступая по гравию и перешагивая через рельсы. Теперь треск сверчков внизу в поле был едва различим, и ночь внезапно стала тихой и спокойной, как будто весь мир задержал дыхание. Мое сердце забилось чаще в предвкушении… чего-то. Я прикоснулась к вагону и теперь вела по нему рукой, металл был холодным и гладким. Я подходила все ближе к открытой двери, на месте которой был темный провал. Я прошептала, едва издавая звуки: «Пещера была темной, но и принцесса была храброй. Она ненадолго остановится тут, подождет, пока принц ее не нагонит. Он уже совсем близко. Она чувствует это».

Я остановилась у открытой двери и подалась вперед, чтобы посмотреть, что внутри. Мое дыхание понемногу восстановилось, но тут я раскрыла глаза от удивления. В глубине вагона сидел мальчик, прислонившись к стене. Он сидел, вытянув ноги и скрестив их в лодыжках, сидел, закрыв глаза. Сердце у меня в груди заколотилось. Кто же он? Свет от одной из ламп давал немного рассмотреть его – этого было достаточно, чтобы я увидела, что губы у мальчика в запекшейся крови, а глаз подбит. Я не могла отвести взгляд и подметила, как лежали волосы у мальчика на лбу – так, будто у него даже не хватало сил убрать их. Лицо его было в синяках, глаза закрыты, а на щеках, мне казалось, были видны следы от слез, и все равно это был самый красивый мальчик, какого я только видела в жизни. Настоящий принц. Печальный принц… У меня закружилась голова. Принцесса думала, что дожидается принца, но… но все вышло наоборот. Принц пережил страшную битву и добрался до темной пещеры, где и ждал теперь… когда же она его спасет.

Мальчик открыл глаза, в которых стояли слезы. Он вздрогнул, увидев меня, и сжал кулаки. Но затем он сморгнул слезы, свел брови и сел прямо, расслабив руки.

Я забралась в вагон и встала перед ним. Ноги от такой неожиданной встречи у меня подкашивались.

– Я тут, чтобы спасти тебя, – выпалила я.

Когда я поняла, что сказала это вслух, то почувствовала, как краснею. Он не знал, чего я себе нафантазировала, и тут я поняла, как же странно и неловко я должна была выглядеть со стороны. Я слишком увлеклась своим выдуманным миром. Хотя… ему-то точно кто-то должен был прийти на помощь. Может быть, конечно, не принцесса-фантазерка, но все же хоть кто-нибудь…

Брови мальчика поползли вверх, пока он оглядывал меня с макушки до пяток. Он усмехнулся, хотя это больше было похоже на вздох.

– Спасти? Да ну? Тогда я пропал, – пробормотал он.

Это как понимать? Я подбоченилась, и жалость, которую я чувствовала только что, превратилась в раздражение. Может, я и правда была странной и неловкой, но уж таких смешков я не заслужила.

– Я сильнее, чем кажется, – заявила я, выпрямляясь. – В своем классе я была пятой по росту.

Мальчик ухмыльнулся и провел рукой по волосам, убирая их со лба.

– Не сомневаюсь. А что ты тут делаешь? Ты что, не знаешь, что маленьким девочкам не стоит гулять одним ночью по железной дороге?

Я сделала шаг вперед, рассматривая граффити, оставленные на стенах вагона. На ближайшей ко мне стене тоже было что-то написано, и я наклонилась это прочитать.

– Лучше не надо, – сказал мальчик. Я обернулась к нему и уставилась вопросительно. – Это точно не для детей.

Он вздернул бровь. Не для детей? Как будто он сам их уже не прочел. Ну-ну.

Я прокашлялась и решила все же последовать его совету. По крайней мере, сейчас. Я догадалась, что там были какие-то ругательства. Я вернусь сюда позже одна и все прочитаю. Может быть, даже что-нибудь запомню и заучу, потому что… а чего бы и нет?

– Ты сам не то чтобы выглядишь старше меня, – заметила я. По правде говоря, я не была уверена. Спроси меня, я бы сказала, что он учится в средней школе, но что-то в выражении его лица – может, все из-за его глаз – делало его старше.

– Ну, я парень, я знаю, как себя защитить.

Я посмотрела на его лицо в синяках и подумала, что как минимум от одного человека он защититься не смог.

– Хм. Так сколько тебе лет?

Он угрюмо посмотрел на меня, как будто не мог решить, отвечать ему или нет.

– Двенадцать.

– А мне одиннадцать с половиной. – Я улыбнулась. – Меня зовут Джессика Кресвелл.

Я присела на колени и сложила руки.

Он всматривался в меня какое-то время, словно не зная, что обо мне думать. Я посмотрела в сторону, прикусив губу. Внезапно я почувствовала себя очень уязвимой. Я знала, что я не самая милая девочка на свете. И волосы, и глаза у меня были все одного и того же скучного светло-карего цвета. На носу и на щеках у меня была россыпь веснушек, от которых я пыталась избавиться, натирая их лимонным соком (конечно же, это не помогало). А еще я была ужасно тощей, без слез не взглянешь. Девочки из моей французской школы для всяких пижонов постоянно напоминали мне про мои угловатые коленки и не упускали возможности указать на глупый вихор, который постоянно выбивался из моих волос. Я укладывала его с помощью маминого геля для волос, но он не поддавался и вскоре снова объявлялся, словно какой-то гребень. Без шансов.