В угасающих сумерках (ЛП) - Коулс Кэтрин - Страница 11

В Уэйлоне Арчере не было ничего обычного. Это касалось и животных, которых он разводил. На большинстве здешних ранчо держали крупный рогатый скот, иногда лошадей. Но только не у Уэйлона. Он разводил альпак, коз, какую-то очаровательную лохматую породу овец, небольшое стадо яков и несколько миниатюрных хайлендских коров. Он специализировался на сырах, а еще стриг животных ради шерсти и других волокон.

— Ты знала, что альпаки какают в одном и том же месте? — вырвал меня из мыслей Оуэн. — У них есть одна куча, куда они все ходят.

Я сморщила нос.

— Я не хочу посещать это место на пастбище, ладно, малыш?

Он ухмыльнулся.

— Там и правда немного воняет.

— Только Уэйлону этого не говори, — предупредил Декс, сворачивая за поворот.

Впереди показался главный дом ранчо.

— Он использует это для огорода.

— Фу, — пробормотал Оуэн. — На нашем салате какашки?

Декс начал объяснять ему, что такое удобрение, но я слишком засмотрелась на дом и почти не слушала. Неважно, что я видела его уже раз шесть. Он все равно поражал меня.

Уэйлон построил его с помощью нескольких друзей. По всей видимости, с годами они постоянно что-то пристраивали, поэтому дом выглядел слегка хаотично. Но все сочеталось. Шалфейно-зеленая обшивка. Опоясывающая дом веранда.

Однако главным украшением был огромный дуб, который рос прямо сквозь дом и придавал ему почти сказочный вид. Возможно, он и правда был волшебным. Брей рассказывала, что братья Арчер поселились у Уэйлона в возрасте от одиннадцати до восемнадцати лет. Она не говорила, что случилось с их родителями, но явно ничего хорошего. Иначе им не пришлось бы жить в чужом доме.

Уэйлон создал для братьев надежный и безопасный дом. По тому, насколько они были близки, становилось ясно: он прекрасно заменил им отца. А еще я могла представить, каким приключением было расти в таком месте. Потому что внешний вид дома и рядом не стоял с тем, что творилось внутри.

Когда мы поднялись по дорожке, к нам неторопливо подошел огромный ирландский волкодав. Она направилась прямиком ко мне и прижалась к моему бедру. Моя рука тут же опустилась, чтобы почесать ее.

Ни один человек ко мне не прикасался, но у этой милой собаки подобных опасений не было.

— Привет, милая Люси.

— Знаешь, — начал Декс, — раньше я был ее любимчиком. Но, видимо, ее привязанности непостоянны.

Из меня вырвался смех. И, черт возьми, как же приятно было его почувствовать. Настоящий, искренний смех, рождавшийся где-то глубоко внутри.

— Видимо, у нее просто хороший вкус, — парировала я.

Оуэн захихикал.

— Она тебя уделала, братан.

Декс ухмыльнулся и придержал для нас сетчатую дверь.

Когда мы вошли, меня окутали запахи настоящей домашней еды. Из дальней части дома доносился громкий спор.

— Я тебе говорю, то наблюдение в пустыне Мохаве было настоящим, — заявил Маверик.

— Ой, да брось, — фыркнул Уайлдер. — Ты идеальная аудитория для всех этих бульварных газетенок из супермаркета. Ты еще скажи, что Тейлор Свифт возглавляет иллюминатов?

— Ну, если уж кому-то и быть идеальным лидером культа… — отозвался Мав.

Уэйлон хмыкнул.

— А песня про то, как игроки играют, — хит.

Уайлдер застонал, а Маверик рассмеялся.

Мы прошли через дом на голоса. Каждый раз я находила здесь что-то новое. Неудивительно, ведь интерьер напоминал хаотичное произведение искусства. Стены покрывали бесчисленные часы, которые Уэйлон мастерил годами.

Ни один дизайнер не стал бы сочетать такую мебель в гостиной, но каким-то образом все работало. И это было очень в духе Уэйлона. Яркое полосатое кресло рядом с диваном в пастельных цветах и парой старинных деревянных стульев. Старая церковная скамья, переделанная в лавку.

Сегодня я обнаружила радужные часы, покрытые разноцветными животными: быками, альпаками, козами, яками, овцами, лошадьми, собаками и кошками. А в уголке притаилась настоящая любовь Уэйлона… снежный человек.

Я улыбнулась, направляясь на кухню. Этот дом был самым крутым.

— Я тебе говорю, что-то прошло перед камерой, которую я установил в северо-западной части леса, — сказал Уэйлон, положив ладонь на округлый живот, скрытый рабочим комбинезоном «Кархарт».

Уайлдер вздохнул и откинулся на спинку стула.

— Уверен, перед камерой действительно что-то прошло. Олень или медведь. Может, пума.

Лицо Брей просияло.

— Новое наблюдение?

— Точно, — радостно подхватил Оуэн. — Он знает, что мы верим, поэтому не боится показываться.

Декс застонал.

— Только не начинайте втроем.

Уэйлон сузил глаза, глядя на племянника.

— В этом доме я не потерплю неуважения к снежному человеку.

Маверик тихо присвистнул.

— Ну все. Теперь ты точно наказан.

Уайлдер хмыкнул.

— Может, в наказание он поможет тебе установить камеры для снежного человека?

— Неплохая мысль, — согласился Уэйлон.

Он повернулся ко мне.

— Как прошел первый день?

Уэйлон был воплощением идеального дедушки, включая нелепые теории заговора о снежном человеке. Но его теплота и радушие всегда действовали как бальзам.

— Думаю, я неплохо справилась.

Я взглянула на Уайлдера.

— Но лучше спросить у главного.

Губы Уайлдера дрогнули.

— Твердая пятерка с плюсом.

От этих слов меня окатило облегчением.

— Я так и знал, — сказал Мав, открывая бутылку пива о край кухонной стойки. — Сердцеедка вышла на охоту. Наверняка чаевых отхватила прилично.

Я усмехнулась.

— Не уверена, но с колоритными личностями точно познакомилась. Вы знали, что владельца «Грит энд Гроув» похищали инопланетяне?

Маверик ухмыльнулся.

— Хэл? Еще бы. Он верит во все это. По полной.

Механик успел рассказать мне кучу небылиц, но слушать их было чертовски интересно.

Уайлдер застонал.

— После пары бутылок его истории становятся еще безумнее.

— Эй, — вмешался Мав. — Тебе бы тоже запомнилось, если бы тебя зондировали через задницу.

— А что значит «зондировали через задницу»? — раздался новый голос.

Я обернулась и увидела озадаченную Скайлар. Выглядела она потрясающе: армейские ботинки, платье принцессы, крылья феи и камуфляжная повязка на голове.

— Маверик, — прорычал низкий голос.

От этого тембра по рукам побежали мурашки, и я тут же посмотрела на его обладателя. Кол стоял за дочерью и испепелял Маверика взглядом. На его челюсти дернулся мускул, шевельнув густую щетину.

— Да ладно, я ни одного плохого слова не сказал, — возразил Мав.

— Ты сказал «зонд в задницу», — вмешался Оуэн. — А туда ничего нельзя засовывать. Оттуда только выходит.

Уайлдер закашлялся, пытаясь сдержать смех. Его лицо стало пунцовым.

Скайлар сморщила нос.

— Джоуи, когда ему было четыре, засунул себе в попу машинку. Потом врачу пришлось ее доставать. Лейси сказала, что ей мама рассказала.

Мав ухмыльнулся.

— С такими вещами надо быть осторожнее…

— Маверик! — рявкнул Кол.

— Что? — с притворной невинностью спросил Мав. — А я что сказал?

Я сидела на задней террасе и смотрела, как Скай и Оуэн носятся по двору. За ними бежали Тинк, миниатюрная хайлендская корова, и коза Пеппер. В какой-то момент крылья феи Скайлар перекочевали на Тинк, а на Пеппер красовалось фиолетовое боа с блестками. Земля вокруг погрузилась в сумерки. Солнце опускалось за горизонт, заставляя меня слегка нервничать. Но кто-то развесил гирлянды вокруг террасы и на двух деревьях, разогнав самые густые тени.

Я глубоко вдохнула, наполняя легкие запахом сосен и свежего, чистого воздуха. Здесь было красиво. Спокойно. Даже несмотря на периодические вопли Скай или Оуэна.

Скайлар подбежала ко мне.

— Тебе не хватает изюминки.

Мои губы изогнулись в улыбке.

— Режь правду-матку, сестренка.

— Вот! — Она сняла ярко-розовое боа и накинула мне на плечи.

На мгновение я замерла, не зная, не окажется ли этот контакт слишком тяжелым. Но нет. Руки Скай не коснулись моих плеч, только боа. И в каком-то смысле это было ближе всего к объятиям за последний год.