"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Дациери Сандроне - Страница 31

Врача, чье имя написал на листке Тирелли, звали Марко Де Микеле, и он работал терапевтом в приемном отделении больницы Сант-Андреа на улице Кассия в районе Гроттаросса.

Уже издалека Данте понял, что Де Микеле – не Отец. Слишком молодой, около сорока. Возможно, сообщник?

Когда врач вышел с ними покурить, Данте следил за каждым его движением. Спешка, усталость, скука. Линия его плеч не выдавала признаков вины или страха, разве что самый минимум, который чувствует каждый при встрече с полицией.

Де Микеле сказал, что не помнит ни одного из детей, которых обследовал в рамках диспансеризации школьников.

– Если только это не мальчик с тяжелым случаем pectus excavatum.

– «Грудь сапожника», – пояснил Данте. – Деформация грудной клетки, прозванная так, потому что сапожники работали, прижимая башмак к груди.

Коломба фыркнула. Временами Данте напоминал ходячую Википедию.

– Я говорила о Луке Мауджери, – резко сказала она.

– Что-то знакомое… – Де Микеле широко распахнул глаза. – Это, случайно, не тот мальчик, которого убил отец?

Его удивление показалось Данте вполне убедительным, и он украдкой взглянул на Коломбу. Та кивнула, потому что и сама подумала о том же.

– Нет, тезка, – солгала она. – Детей осматривал один врач или несколько?

– Мы работали втроем, но каждый принимал по одному пациенту. Детям выдавался номерок очереди, как на почте.

– За детьми кто-то приглядывал, пока они ожидали своей очереди? Может, врачи или медсестры? – спросил Данте.

– Нет. Медсестры разве что открывали перед ними дверь. – Он смущенно дотронулся до виска. – С мальчиком что-то случилось? Кто-то к нему приставал или…

– Его мать получала непристойные звонки, – поспешно сказал Данте.

Де Микеле улыбнулся:

– Я гей. Но, предваряя ваш вопрос, отцу мальчика я тоже не названивал.

Встав в жуткую пробку на Римской кольцевой дороге, Коломба пожалела, что у них нет мигалки.

– Похоже, мы зашли в тупик, – сказала она.

– Он не звонил, но звонил кто-то другой, кому было известно об осмотре.

– Да таких тысяч сто.

– Хочешь бросить этот след?

– Нет. Посмотрим детализацию телефонных разговоров Лючии Балестри. Может, так нам удастся понять, кто это был. – Ровере предоставил им распечатку вызовов Балестри вместе с остальными документами. – Он точно не имеет судимостей и был не слишком настойчив, иначе бы коллеги обратили на его звонки внимание.

– Если кто-то вообще потрудился это проверить.

– Какую-то минимальную работу они должны были проделать, иначе судья бы вздрючил их еще на предварительном слушании. – Забыв, что автомобиль не служебный, Коломба вдавила педаль газа в пол, заходя на обгон, и безбожно превысила скорость.

Данте обеими руками схватился за сиденье.

– Так судья не Де Анджелис?

– Он государственный обвинитель. Как вышло, что такой всезнайка, как ты, ни хрена не знает об уголовном судопроизводстве?

– Просто это скучно. Для таких вещей у меня есть адвокат. Осторожно, ты превышаешь скорость.

– Хочешь выписать мне штраф?

– Нет, но я не хочу, чтобы меня вырвало в арендованном автомобиле. Мы оставили данные моей кредитной карты.

Коломба обогнала грузовик, царапнув его боковым зеркалом.

Данте опустил стекло и набрал в легкие воздуха:

– Тебе никогда не говорили, что ты водишь, как пьяница?

– Могу тебя высадить. Возьмешь такси.

Данте всерьез задумался над этой возможностью.

– Мы движемся в верном направлении.

– Тебе просто хочется, чтобы оно было верным.

– Нет. Я не ошибаюсь. Не могу объяснить почему, знаю лишь, что меня это пугает.

За всю поездку Данте не произнес больше ни слова, а за ужином практически ничего не съел, отрешенно глядя в пустоту. Он даже отказался воспользоваться лифтом, и Коломба вместе с ним поднялась на десять этажей по лестнице. Он шел медленно, с потухшим взглядом, а добравшись до номера, тут же ушел в свою комнату.

Коломба скинула туфли, последовала за ним и села на краешек кушетки.

– Не помнишь, какой-нибудь врач звонил твоей семье перед твоим похищением?

– То есть теперь ты веришь, что похищения связаны?

– Нет, но я сказала, что проверю все. Именно это я и хочу сделать.

– Ни один посторонний перед моим исчезновением с родителями не связывался. По крайней мере, в то время они ничего такого не припоминали.

– Дай мне распечатку звонков Балестри, – сказала Коломба.

Данте порылся под кроватью и бросил ей пачку скрепленных страниц. Коломба раздраженно поджала губы. Ей оставалось только мечтать о подобной суперспособности: вечно он отыскивает все с первого раза.

Данте снова уселся посреди кровати в позе факира.

– Некоторые свидетели утверждали, что в дни перед моим исчезновением видели перед нашим домом незнакомую машину, но ее так и не идентифицировали. Не исключено, что все это выдумки.

– А что ваш семейный врач? – не поднимая глаз, спросила она.

– Умер. Но в мое время принято было обращаться в школьную амбулаторию. Тогда активно боролись с рахитом и вшами.

– Ты что, рос на пиратском корабле?

– Просто в глубокой глуши. Как вышло, что твои коллеги не проверили номера?

– Они сосредоточились на событиях, происходивших в день убийства, а также на повторных звонках в предыдущие дни или в необычное время. Все входящие вызовы они проверить не удосужились. Представляешь, сколько времени бы на это ушло?

– Особенно если, по-твоему, это не стоит хлопот.

Коломба обвела один из номеров в распечатке:

– Есть звонок со стационарного римского номера, который впервые появляется в тот день, о котором говорила сестра убитой, – в пятницу.

– В котором часу?

– В полтретьего дня. Как раз когда Балестри должна была открывать магазин.

– Посмотри, были ли еще звонки с этого номера.

Коломба полистала детализацию, читая только последнюю цифру в каждом столбце, чтобы работать быстрее. Пятничный номер заканчивался на девятку, и всякий раз при виде девятки Коломба останавливалась, чтобы сверить телефон. Если бы информация была в цифровом формате, она могла бы отфильтровать телефон автоматически, но Ровере удалось достать только бумажную копию.

– Номер появляется снова в следующий понедельник. На этот раз в исходящих звонках.

– Больше ничего?

– Нет.

– Слишком мало повторений, чтобы броситься в глаза твоим обычно глазастым коллегам.

– Вот именно. – Коломба взяла ноутбук и проверила номер по телефонному справочнику. – В справочнике телефон не указан.

– Это он, – сказал Данте.

– Ты бы не слишком заводился, сейчас масса телефонов не числятся в справочниках.

Данте вышел на террасу и закурил. Коломба позвонила Ровере и попросила пробить номер по базе.

Ответ пришел уже через несколько минут, однако все оказалось сложнее, чем она думала. Она помахала Данте, который устроился в плетеном кресле, поджав колени под подбородок. Тот приоткрыл французское окно.

– Кто это?

– Скайп, – ответила Коломба. – Оформляешь подписку и получаешь местный номер для звонков.

– Но те, кто звонит тебе, об этом не знают. – Данте закурил очередную сигарету. – Отец в курсе, что Лючия Балестри волнуется из-за симптомов аутизма у Луки. Он связывается с ней и предлагает помощь. Они где-то встречаются, и он убеждает ее никому ни о чем не рассказывать и не пользоваться телефоном.

– Или кто-то просто решил сэкономить на телефонных счетах.

– Врач, который звонит из клиники? Верится с трудом. Представь на секунду, что кто-то… Я не говорю Отец… собирается похитить Луку Мауджери. Притвориться врачом – это неплохая стратегия.

Коломба неохотно согласилась.

– Муж Лючии Балестри был агрессивным мужчиной, который не желал и слушать о том, что сын болен, – сказала она. – Может, она и сама предложила встретиться в уединенном месте. Но как ей удалось уйти, чтобы муж этого не заметил?