"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Дациери Сандроне - Страница 154

До бара она добралась в час ночи. К этому времени там оставалась только пожилая пара, компания молодежи и Лео. Оперативник, одетый в светлый пиджак и подчеркивающую рельефные мышцы белую футболку, сидел за столиком, откуда мог следить за входом, но тут же с улыбкой поднялся ей навстречу. Выглядел он вполне спокойным. Во всяком случае, спокойнее ее.

– Мне то же самое, – сказала Коломба, показав на его пиво.

Лео подозвал официанта, и тот моментально поставил перед ней кружку, половину которой она осушила одним глотком.

– Меня разыскивают?

– Нет, – сказал Лео.

– Слава тебе господи, – с облегчением вздохнула Коломба. – Тогда объясни мне, в чем дело.

– В том, что ты суешься в расследование теракта.

– Никуда я не суюсь.

– Коломба… Целевой группе известно, что ты была у секретарши «СРТ», а сегодня вечером – у подруги Камприани. Они обе все еще под наблюдением. Ты об этом не подумала?

– Подумала, но не верила, что они сразу же забьют тревогу. Кто отдал приказ меня задержать?

– Ди Марко из военной разведки. Он хотел поймать тебя за руку и преподать тебе урок.

Коломба хорошо знала Ди Марко. Он стал одним из главных противников Данте, когда тот попытался вытащить на свет божий связи Отца со спецслужбами, а Данте, в свою очередь, отвечал ему неменьшей неприязнью.

– И какие же обвинения он собирался мне предъявить?

– Идет расследование теракта, совершенного ИГИЛ. Думаешь, с тобой станут церемониться? Тебя могли задержать и дома, но это выглядело бы явным злоупотреблением властью, ведь ты вроде как народная героиня.

– То ли героиня, то ли назойливая стерва, – пробормотала она. – Как тебе удалось так быстро обо всем узнать?

– Двое из наряда были моими подчиненными. Это они преследовали тебя на площади.

– Они намеренно позволили мне уйти?

– Могу сказать только, что им ты тоже нравишься.

– Значит, я тебе нравлюсь? – спросила Коломба и тут же пожалела о своей несдержанности.

Лео улыбнулся:

– Ведь я здесь.

– Ты мог назначить мне встречу по самым разным причинам. Например, потому, что тоже считаешь, что с этим игиловским терактом что-то нечисто.

Лео откинулся на спинку стула и изучающе посмотрел на нее:

– Тебе никогда не говорили, что ты ужасно упрямая?

– И везде сую свой нос? Говорили, причем буквально только что.

Лео рассмеялся.

– У спецслужб свои принципы. Не в их правилах докладывать о мотивах своих действий, – наконец серьезным тоном сказал он. – Я выполняю приказы и расследованием не занимаюсь. Мое дело – вопросы безопасности и поимка преступников…

– Но?

– Они слишком торопятся. Возможно, хотят предстать в выгодном свете. Если существует вероятность, что кто-то снова распылит смертельный газ, я предпочел бы об этом знать.

– Не спеши с выводами. Я только навестила вдову.

Он погрустнел:

– Я ради тебя карьерой рискую, а ты мне не доверяешь.

Коломба молча прикончила свое пиво.

– Спасибо за помощь. Я серьезно, – наконец выговорила она, пряча глаза.

– Ладно, – сказал Лео. – Тогда пойду расплачусь.

Он уже поднимался, когда Коломба неожиданно для себя самой удержала его за руку. Не ожидала она и того, что Лео нагнется к ней и она поцелует его в губы.

– Полагаю, возможность продолжить вечер где-то еще исключается? – хрипло спросил он, когда они оторвались друг от друга.

– У меня есть твой номер, – сказала Коломба.

– А у меня твой, – с ослепительной улыбкой заметил он.

– С каких это пор?

– Я знал его, уже когда просил. У сотрудничества с целевой группой есть свои преимущества.

Коломба дождалась, пока он заплатит по счету и выйдет из бара, после чего, пригнувшись, прошла под приспущенными рольставнями и снова включила телефон. Поговорив с Эспозито, который разразился ликующими восклицаниями, она позвонила Данте.

– Ты на воле? – спросил тот, делая долгие паузы между словами.

Коломба поняла, что он накачался какими-то сильнодействующими препаратами.

– В тюрьме обычно отбирают телефоны. Я заскочу забрать машину.

– Хорошо. Поднимись ко мне, есть новости, – в таком же замедленном темпе сказал он.

– Что еще ты узнал?

– Ничего. Но похоже, что наша Гильтине действовала гораздо более скрупулезно, чем я предполагал. И тебе предстоит предпринять небольшую поездку, чтобы это проверить.

10

Гильтине опустошила один из глухих чуланов, не оставив ничего, кроме полок, тщательно его продезинфицировала и очистила от каждой крупицы пыли. Надев поверх бинтов хирургические перчатки, она простерилизовала на походной плитке иглу, положила споры на десять стерильных предметных стекол и немедленно их запечатала. Между всеми двойными, как птифур, стеклами лежала тонкая прослойка агар-агара. Споры принадлежали псилоцибе мексиканской – грибу, который ацтеки считали даром Шочипилли, «принца цветов» и бога любви, а агар-агар обеспечивал питательную среду для начала колонизации.

Выращивать «магические» грибы очень непросто. Мельчайшей частички грязи достаточно, чтобы загубить всю культуру, а после того как грибы распространятся по стеклам, их необходимо перенести в стерильные сосуды с рисовой мукой и вермикулитом – минералом, использующимся в качестве субстрата для террариумов, – и дождаться, пока они разрастутся. Чреватый бесконечными осложнениями процесс выращивания занимает две недели, но споры обладают важным преимуществом: их не чуют таможенные и полицейские псы. Это идеальное переносное оружие, которое пусть и не убивает жертву, но обезвреживает и делает чрезвычайно подверженной гипнотическому внушению.

Выращивала Гильтине и другую культуру – Claviceps Purpurea, гриб семейства спорыньёвых, вызывающий интоксикацию и чудесные сны. Из дистиллята спорыньи производится ЛСД, однако в естественной форме она смертельна. Помимо галлюцинаций, у отравившихся начинаются судороги и гангрена. У спорыньи есть и другое преимущество: она жароустойчива, как на собственном опыте убедились в Средние века тысячи людей, заболевших антоновым огнем, съев пораженный хлеб. Гильтине умела изготавливать и другие яды – из эфирных масел, выжатых из фруктовых косточек, и даже из некоторых видов насекомых, которые легко плодились в неволе. Насекомых она разводила в маленьком террариуме, стоящем на полке рядом со спорами, но предполагала, что в Венеции они ей не понадобятся. А потом… Возможно, «потом» никогда не наступит.

В дверь позвонили. Услышав шаги на лестнице еще до того, как гость нажал на кнопку звонка, Гильтине бесшумно подошла к двери и посмотрела в глазок. Это был уже знакомый ей водный таксист.

– Что вам угодно? – имитируя французский акцент, спросила Гильтине. На ней не было макияжа, и открыть дверь она не могла.

– Госпожа Пупан, это Пеннелли.

– Да?

– Я забыл попросить вас подписать квитанцию для агентства. Откройте, пожалуйста, это займет всего минуту.

Мужчина поднес к глазку листок бумаги, и Гильтине изучила его из-за двери. Квитанция выглядела подлинной, и, скорее всего, так и было. Но мужчина явно лгал.

– Секунду, – сказала она. – Я только что из душа.

Забежав в спальню, Гильтине надела халат и парик. Времени накраситься у нее не было, и она вынула из упаковки тканевую маску с морскими водорослями. Приложив ее к лицу, она испытала мучительную боль, но эта маска должна была сослужить ей службу. На руки она надела латексные перчатки. Иногда в таких перчатках работали косметологи, и Пеннелли должен был решить, что они требовались, чтобы равномерно распределить по коже крем. Гильтине также положила в карман халата скальпель. На всякий случай.

Когда она открыла ему дверь, таксист закинул голову и по-хозяйски осмотрелся.

– Красоту, значит, наводите, – остановив на ней взгляд, сказал он.

За безобидными словами чувствовалась плохо скрытая враждебность, но Гильтине притворилась, что ничего не заметила.