"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Дациери Сандроне - Страница 151

– Учитывая обстоятельства… – растерянно начала Коломба.

– Учитывая обстоятельства, он со мной распрощался. Я даже не знаю, куда он уехал. Бросил меня с малышом и хрен положил на то, что меня чуть не убили. А я уж и забыла, что он у него есть… – со злостью сказала Белуччи.

– Когда вы с Коэном решили провести тот вечер вместе? – спросила Коломба.

– Только с утра. Джордано узнал, что вечером его жены не будет дома.

– Какая разница, где будет находиться его жена, если вы виделись в офисе?

– Он хотел вернуться домой до ее прихода, чтобы принять душ. Боялся, что она унюхает на нем мои духи, а может, еще какой бред себе напридумывал. – Белуччи с горечью улыбнулась. – Теперь весь офис считает меня шлюхой и винит в его смерти. Так что у меня нет никакого желания общаться с коллегами. И вообще, в следующий раз не суйтесь куда не надо и просто дайте мне умереть.

Женщина вернулась в дом и хлопнула дверью.

– Забавная у тебя работенка, – сказал Данте. – Всегда так весело проводишь время?

– Завязывай. Посмотрим, нет ли новостей у ребят.

6

Обсуждение состоялось в гостиничном номере Данте, куда три амиго приехали в восемь вечера – сразу после смены. Коломба встретила их в вестибюле и проводила на верхний этаж. Альберти, который здесь уже бывал, вел себя как дома, зато остальные восхищенно крутили головой.

– Сортир здесь как пить дать побольше, чем у меня в квартире, – сказал Гварнери.

Обрядившийся в рубашку и галстук Данте дожидался их, нервно переминаясь с ноги на ногу посреди гостиной.

– Добро пожаловать, располагайтесь поудобнее, – с деланой непринужденностью сказал он. Он не любил принимать гостей, да еще в таком количестве, и заранее распахнул все окна. Показав им на один из двух диванов, он настоял, чтобы они сели именно туда. – Если вдруг захотите в туалет, прошу использовать ванную комнату в гостевой. В моей комнате… не прибрано.

– Хм… Сразу захотелось ее обыскать, – сказал Эспозито.

– Боюсь, как бы не закричать, – откликнулся Данте.

– Я шучу, гений.

Три амиго расположились на диване, а Эспозито даже снял ботинки.

– Прежде всего спасибо, что пришли, – немного смущаясь, поблагодарила Коломба. – Вы могли и отказаться, ведь я вам больше не начальница.

– Временно, – сказал Альберти.

– Шансов вернуться в мобильное подразделение у меня столько же, сколько сорвать джекпот в лотерею, но спасибо за поддержку. Я заказала сэндвичи и пиво, надеюсь, они всем понравятся. Прежде чем начинать, предлагаю дождаться официанта.

Данте побледнел и отвел ее в сторонку.

– Боюсь, на обслуживание в номерах можно не рассчитывать, – сказал он. – Кажется, я исчерпал свой кредитный лимит.

– Тогда будем надеяться, что нам повезет, – ответила Коломба.

– Узнаю это выражение лица. Что ты от меня скрываешь?

В дверь постучали, и официант вкатил в номер тележку, заставленную блюдами с железными крышками. В них было достаточно сэндвичей, фокаччи и панини, чтобы накормить целую армию. Три амиго накинулись на еду. Выходя, официант вручил Данте конверт, на котором было от руки написано его имя.

– От администрации, – сказал он.

Данте покрутил конверт в здоровой руке:

– О’кей, меня выселяют… Вероятно, решили угостить последней трапезой. – Он снова пристально посмотрел на Коломбу. – Нет, ты слишком спокойна. – Вскрыв конверт, он обнаружил чек за оплату всех дополнительных услуг. За последние месяцы Данте задолжал гостинице так много, что мог бы купить на эти деньги новенький автомобиль. – Твоих рук дело. Как, черт возьми, ты это провернула? – ошеломленно спросил он.

– Просто позвонила твоему приемному отцу.

– Проклятье! – закричал Данте. На несколько секунд три амиго перестали жевать, а потом зачавкали еще громче. – Мне не нужны его деньги! – взорвался он.

– Тебе не нужны, а мне нужны. Он расплатился по твоим счетам со своей кредитки и будет оплачивать их еще два месяца. Потом тебе придется выкручиваться самостоятельно.

Данте ничего не ответил и мрачно уставился на носы своих ботинок.

– Я сделала это не для того, чтобы оказать тебе услугу, – продолжала Коломба, – но раз уж мы собираемся разрабатывать версию о Гильтине, я не хочу, чтобы ты забивал себе голову проблемами с деньгами.

– Разве ты не говорила «никаких уловок»? – спросил он, стараясь не сбиться с возмущенного тона.

– Вообще-то, все, что я тебе сказала, – правда, – Коломба с победной улыбкой подошла к своей команде, схватила с тележки пару сэндвичей с лососем и опустилась на диван напротив. – Все, что мы скажем, не должно покидать стен этой комнаты, иначе я окажусь в еще большем дерьме, но и вам огласка ничего хорошего не принесет.

– Ясное дело, – сказал Гварнери. – Сегодня – благодарность, завтра – отстранение. Такова жизнь.

– Никто нас не отстранит, – сказал Эспозито, запустив в него оливкой. – Кончай с этой брехней.

– Госпожа Каселли, что конкретно мы ищем? – спросил Альберти.

– Мы с Данте подозреваем, что у Мусты и Юссефа был сообщник или даже вдохновитель, но магистрат не желает принимать подобную возможность во внимание. – Ее версия была максимально близка к истине, и Коломба не слишком мучилась угрызениями совести. – Я бы хотела развеять свои сомнения.

– Вы говорите о женщине, которая забрала Мусту у Динозавров? – снова спросил Альберти.

Эспозито и Гварнери повернулись к нему.

– Это еще что за история? – спросил Эспозито.

– Господин Торре попросил меня ему помочь. Вы тогда были на смене, – пробормотал Альберти, поняв, что оплошал.

– И ты нам ничего не сказал? Предатель! – возмутился Гварнери.

– Да ладно вам, ребята… – Веснушки выступили на его покрасневшем лице.

– Альберти проявил оправданную сдержанность, – пришла ему на выручку Коломба. – Естественно, у нас нет доказательств, что женщина, которую мы разыскиваем, существует. Только предположения, которые станут более обоснованными, если выяснится, что компания «СРТ» стала целью теракта не случайно.

– Почему? – спросил Эспозито.

– Потому что это будет означать, что теракт был осуществлен по заранее продуманному сценарию, разработать который было не под силу этим двум идиотам, – сказал Данте. – А главное, что сценарий предусматривал ликвидацию исполнителей.

– Отдел по борьбе с терроризмом и спецслужбы уже выясняют, у кого они приобрели газ, – сказал Гварнери. – Правда, ни о какой женщине речь не идет.

– И мы надеемся, что поставщика найдут. Но пока его ищут, мы с Данте хотим разрешить наши сомнения. У вас есть какие-то новости? – спросила Коломба.

– В общем-то, все уже стало достоянием общественности, – ответил Гварнери. – Игиловцы на своем сайте взяли на себя ответственность за теракт в «СРТ» и утверждают, что те двое были их солдатами и присягнули в верности халифату.

– Но брата Мусты отпустили. Против него не выдвинут никаких обвинений, – добавил Альберти.

– Отличная новость, – сказал Данте, усевшийся в самое дальнее кресло. – Что он собирается делать с телом Мусты?

– Пока ничего. Труп еще в распоряжении магистрата, – ответил Гварнери.

– На похороны съедутся все лоточники его родины, – с сарказмом сказал Эспозито.

– Его родина здесь, – раздраженно заметил Данте.

– Ребята, хватит! – вмешалась Коломба, отправив в рот последний кусочек сэндвича. – Вы нашли что-нибудь интересное в «СРТ»?

– По нулям, – сказал Гварнери. – Все замалчивают спецслужбы. Сантини надрал мне задницу только из-за того, что я взглянул на сведения о судимостях.

– Нашел что-нибудь?

– Ничего, – ответил он. – Сотрудники чисты. А Коэн более чем чист. У него ДСИ. Дали четыре года назад, и он все еще действителен.

– Что такое ДСИ? – спросил Данте, вернувшийся за стойку, чтобы смешать себе «Московский мул»[62]. Все еще злясь из-за оплаченного счета, гостям он выпить не предложил.