Попала! Ошибка истинного (СИ) - Минц Мария - Страница 48

– Насколько иначе?

Алдериан посмотрел на меня. В его взгляде плавала нешуточная настороженность.

– Если все условия соблюдены – а они соблюдены, завещание должно реагировать ровно, – пояснил он. – Свет – усиливаться постепенно. Печати должны подтверждать, а не сомневаться.

– Сомневаться? – эхом повторила я. Звучало бредово, как будто у печатей было собственное сознание. Хотя они магические, кто их разберёт…

Иштван коротко кивнул:

– Ты видела трещину, верно?

По спине пробежал холодок.

– Видела, – тихо ответила я, – и что, это плохо? Ты раньше с таким сталкивался?

Иштван покачал головой:

– Нет. Никогда.

Вот теперь стало совсем не по себе.

Я обхватила себя руками.

– Похоже, это значит, что проверка не пройдена… – уныло предположила я. Очень хотелось расхрабриться и убедить себя, что всё в порядке, и это какой-то мимолётный сбой. Однако на редкость серьёзный вид Алдериана говорил об обратном.

Иштван метнул на меня резкий взгляд и постучал пальцем по папке с завещанием.

– Ты прошла, – уже спокойнее добавил он. – Завещание признало факт выполнения условий. В противном случае оно бы просто сгорело, и всё.

Я перевела дух. Хоть на этом спасибо.

– Тогда что это было? – осторожно спросила я.

Иштван нахмурился и ответил:

– Есть несколько вариантов.

Я напряглась.

– Первый, – начал он, – самый простой. Завещание реагирует на нестандартный источник магии. То есть, на тебя, как на представительницу другого мира.

Он посмотрел на меня.

– Ты.

Я поморщилась и закатила глаза.

– Ну кто бы сомневался… – пробормотала я.

– Есть и второй вариант, – Иштван скрестил руки на груди и прошёлся по комнате взад-вперёд, – вмешательство. И демоны меня задери, если бы я сходу мог бы определить, чьё!

Я стиснула кулаки. В памяти замаячило перекошенное ненавистью лицо Алисии.

– Ты думаешь, кто-то повлиял на завещание?

– Я думаю, – строго произнёс он, – что артефакты такого уровня не дают сбоев без причины.

Тишина повисла тяжёлая, липкая.

Я сглотнула.

– И что мне теперь делать? – пробормотала я, почувствовав, как горло стиснуло отчаяние. Словно я с огромным трудом добралась до вершины, но в тот момент, когда я уже почти на неё залезла, камень, на который я наступила, вдруг обвалился, и я повисла над пропастью, держась за пару травинок!

Иштван внимательно посмотрел на меня, словно взвешивая все варианты развития событий.

– Сделаем так, – веско сказал он, – твоё право подтверждено, а это значит, что я отдам тебе Глаз Неба. Но я буду рядом, чтобы прийти на помощь, если что-то пойдёт не так.

Меня охватили на редкость смешанные чувства.

С одной стороны – ура! Я наконец-то получу вожделенный артефакт, который поможет мне найти маму.

С другой – вся эта петрушка с трещиной мне очень не понравилась. Конечно, Иштван будет рядом, но мало ли что…

Ладно.

Я тряхнула головой. Нечего мяться на одном месте, много каши не сваришь.

– Я готова, – выдохнула я и протянула руку. Сердце колотилось, как сумасшедшее, – где этот ваш хвалёный Глаз?

Но Иштван не торопился мне ничего вручать.

Он посмотрел на мою протянутую руку, потом на меня. И покачал головой.

– Нет, – спокойно сказал он.

Я замерла.

– В смысле – нет?

– В смысле, – всё так же ровно продолжил Иштван, – я готов передать тебе Глаз Неба. Твоё право подтверждено. Но не сейчас.

У меня внутри всё вскипело.

– Да сколько можно! – выдохнула я. – Иштван, я не могу больше ждать! Ты сам сказал – я всё выполнила!

Он подошёл ближе. Слишком близко. Краска немедленно бросилась мне в лицо, а ноги сами приросли к полу.

Иштван провёл пальцем по моей щеке, и всё возмущение одним махом выдуло из груди. Я только прерывисто вздохнула.

– Именно поэтому, – веско сказал он, – ты сейчас едва стоишь на ногах!

Он был стопроцентно прав, но я упрямо помотала головой.

– Я выдержу!

– Нет.

Одно слово. Жёсткое. Безапелляционное.

Я уже открыла рот, чтобы возразить – и не успела.

Пальцы Иштвана скользнули по моему лицу выше и властно коснулись моего виска.

И мир поплыл.

– Ты… что… – только успела выдохнуть я.

– Спи, – мягко, но безаппеляционно приказал он.

Темнота накрыла меня мгновенно. Всё, что я успела ощутить – сильные руки Иштвана, подхватившие моё безвольное тело.

***

Я проснулась от тишины. Глубокой. Такой, в которой наконец нет ни криков, ни боли, ни стресса.

Только покой.

Медленно открыла глаза.

Потолок. Знакомый. И кабинет.

Тот самый диван, на котором я лежала.

Я моргнула и села. Потянулась.

Тело было… удивительно лёгким! Отдохнувшим. Словно меня заново собрали по кусочкам.

– Очнулась?

Я повернула голову.

Иштван сидел за столом и, сложив ладони перед собой домиком, наблюдал за мной.

Спокойный. Собранный. Словно ничего не произошло.

– Сколько я спала? – хрипло спросила я. От меня не укрылось, что в окно били рассветные лучи солнца, то есть, уже наступило утро нового дня. Вот только какого по счёту, интересно?

– Всего лишь остаток дня и ночь! – спокойно отозвался Иштван, – я использовал заклинание, которое помогло тебе полноценно восстановить силы. Нас с тобой ждёт много всего интересного.

С этими словами он потянулся куда-то вбок, открыл ящик и достал небольшую шкатулку. Она была тёмной, явно старинной, с тонкой серебряной вязью по краям.

Сердце у меня сжалось, а внутри всё затрепетало от невероятного волнения.

Иштван встал, подошёл ко мне и торжественно подал мне руку. Я мигом поняла, что к чему, приняла её и поднялась с дивана. Лихорадочно поправила волосы, чтобы не выглядеть совсем уж растрёпкой в такой ответственный момент.

– Василиса Громова, – произнёс Иштван негромко, но отчётливо, чеканя каждое слово, – на основании завещания Беньямина Секкереша я передаю тебе артефакт, известный как Глаз Неба.

Я не сразу решилась взять её. Пальцы ходили ходуном, но я всё-таки заставила себя собраться с духом.

Шкатулка оказалась неожиданно тяжёлой и холодной, как будто вместе с завещанием там хранили ещё и пару брикетов мороженого, фиг его знает, зачем.

Меня охватил совершенно неуместный нервный смех и, судорожно давя идиотское хихиканье, я медленно подняла крышку.

Внутри, на тёмной подкладке, лежал он.

Глаз Неба. Небольшой ярко-синий прозрачный камень на тонкой серебряной цепочке, внутри которого плавал пульсирующий свет.

Я замерла.

– Не бойся, – верно угадав мои эмоции, сказал Иштван, – я рядом.

– Я не знаю, как им пользоваться, – жалобно протянула я и тут же рассердилась на себя. И чего я веду себя, как последняя трусиха?

Иштван сделал шаг ближе. Внутри меня заполыхал огонь.

– Очень осторожно, – пояснил Алдериан. – Этот артефакт не подчиняется приказам. Он откликается на то, что для тебя действительно важно.

Он кивнул на камень.

– Ты должна держать его в руке и сосредоточиться на человеке, которого ищешь.

Сердце болезненно сжалось.

Мама…

– Не просто представить, – добавил Иштван. – А почувствовать её. Вспомнить какие-то действительно важные для тебя моменты.

Я кивнула. И тут же заметила ещё кое-что. Под с камнем лежал сложенный лист с круглой печатью.

– А это ещё что такое? – удивилась я, – Инструкция к Глазу?

Иштван коротко посмотрел на него и усмехнулся.

– Почти. Это письмо от Беньямина Секкереша.

Я чуть не задохнулась. Сердце билось всё быстрее.

– В нём, – добавил Иштван, – Беньямин объясняет, как познакомился с Тамарой Громовой. Ты можешь прочитать его сейчас или отложить на потом. Что решишь?

Глава 63

Я ответила, не раздумывая.

– Сейчас!

– Не сомневался, что ты так скажешь, – усмехнулся Иштван и вложил мне в руку письмо. Накрыл мою ладонь своей так, чтобы мои пальцы сжали шероховатую поверхность конверта.