Жнец Теней (ЛП) - Нони Линетт - Страница 68

Его лицо было напряжено, когда он закончил:

— Ничего из этого не назовешь хорошим, но, по крайней мере, у нас есть время до прибытия кометы, чтобы остановить Лорда-Жнеца способом, который не грозит освобождением жнецов, запертых в Диаборосе. Это не идеальный план, но это меньшее из двух зол и наш лучший шанс спасти Аравелл.

Он замолчал, оставив Вири смотреть на него. Затем — на Брэдана. Даже на Хранителя. Всё только что узнанное кружилось в её голове, пока она не пришла к единственному выводу, который помог ей не стошнить прямо на сияющий каменный пол.

— Я вам не верю, — прохрипела она.

Существуют ли на самом деле Лорд-Жнец и Диаборос — с этим она разберется позже. Сариэль, Мира, Дарик… кто-то из них должен знать, и если это правда, она будет действовать вместе с ними. Выступление Рива было убедительным, и многое из того, что он сказал, отвечало на вопросы, мучившие её долгое время, но она не могла просто принять его объяснения на веру, не подтвердив их у тех, кому доверяла. А это придется отложить.

Но сейчас ей нужно было сделать кое-что другое, прежде чем она навсегда упустит шанс — миссия, которая поглощала её последние семь лет: свершить возмездие над Жрецом-Жнецом.

Впервые с тех пор, как он убил их родителей, Брэдан стоял всего в нескольких шагах, и она знала: пройдут секунды, и он решит — сражаться или бежать. Она не позволит ни того, ни другого. Все эти годы охоты она мечтала поймать его и бросить в Андерлок, но теперь понимала, что этого будет мало. Смерть была исключена — это слишком легко. Она хотела, чтобы он страдал, чтобы чувствовал ту же боль, что она и другие жертвы, чтобы она пытала его каждый день остаток его жалкой жизни, пока он угасает где-то глубоко в темноте до последнего вздоха. Она не знала, как этого добиться раньше, но теперь перед ней открылась возможность, устоять перед которой она не могла.

Прежде чем кто-либо успел её остановить, Вири повернулась к Хранителю и заявила:

— Я хочу загадать свое магическое желание. Я желаю…

— Мне жаль, Виридия Солейс, — перебил он, и знание её имени заставило её вздрогнуть от удивления, — но я могу исполнить только одно желание на человека, а свое ты уже использовала.

Брови Вири сошлись на переносице.

— Нет, не использовала. Это Рив загадал желание ранее.

— Я говорю не о сегодняшнем вечере, — ответил Хранитель, щелчком пальцев вызывая из воздуха дымящуюся кружку. — Ты использовала свое желание семь лет назад.

Вири нахмурилась еще сильнее.

— О чем вы говорите? Я даже не встречала вас раньше.

Хранитель отпил чаю, выглядя вполне довольным.

— На самом деле, мы встречались дважды. Хотя в первый раз ты была слишком мала, чтобы запомнить. А во второй… — он издал задумчивый звук. — Ну, ты забыла, потому что попросила об этом. Это и было твое желание — и я исполнил его.

27

Шок ударил по Вири с такой силой, что она пошатнулась и сделала шаг назад. А затем еще один. Она удержалась на ногах, едва не споткнувшись о трещину в камне, но не сводила глаз с Хранителя. Она не понимала, что он говорит, но глубоко внутри знала: он не лжет.

Она взглянула на Рива, на Брэдана, и выражения их лиц…

Они что-то знали. И их расширенные от ужаса, бледные лица выдавали: они не хотели, чтобы она это знала.

— Что я хотела забыть? — с трудом выдавила Вири. — И почему?

— Я могу показать тебе, если хочешь, — предложил маг, отпивая из кружки, не замечая, какой шторм бушует в её сознании. — Это было включено в твое желание: если ты когда-нибудь захочешь вернуть свои воспоминания, я их восстановлю. — Он улыбнулся и подался вперед, словно делясь секретом. — Это была моя идея. Ты была тогда слишком убита горем, чтобы придавать этому значение, но я добавил это условие — на случай, если этот день настанет. — Он откинулся назад. — Скажи слово, и ты вспомнишь то, что было забыто.

— Конечно, я хочу…

— Вири, подожди, — быстро произнес Рив, и в его голосе прозвучала паника. Он сократил расстояние между ними и взял её похолодевшие руки в свои. — Подумай об этом. Если ты просила что-то забыть, значит, на то была веская причина. Может, стоит довериться себе прошлой и просто… — Его кадык дернулся. — Просто отпустить это.

Вири вгляделась в его глаза, видя в их серебряных глубинах бушующий шторм, но это лишь укрепило её решимость докопаться до истины. Он что-то скрывал, и скрывал с того самого момента, как они воссоединились — она была в этом уверена. Что бы это ни было, это выходило далеко за рамки его рассказов о Лорде-Жнеце, скрытом городе и предполагаемой невиновности Брэдана в жертвоприношении Авроры. Этот секрет, эта вещь, которую он не хотел, чтобы она узнала или вспомнила, была чем-то совершенно иным.

Вырвав руки из его ладоней, Вири посмотрела на Хранителя и твердо произнесла:

— Я хочу вернуть свои воспоминания.

— Нет, Вири… — начал Брэдан. Это были первые слова, которые он адресовал ей напрямую, но она оборвала его нечеловеческим рыком.

— Не говори со мной, — прошипела она. — Даже не смотри на меня.

Он отпрянул, словно от удара, но затем выпрямился, собираясь возразить. Он замолчал лишь тогда, когда Рив положил успокаивающую руку ему на плечо и что-то прошептал на ухо. Боевой пыл Брэдана угас, он скованно кивнул — то ли Риву, то ли Вири, она не была уверена — но лицо его было искажено беспокойством, а бледно-голубой взгляд устремлен в пол, будто он не мог вынести того, что произойдет дальше.

— Решено, — сказал Хранитель, жестом приглашая Вири следовать за ним к камину с зеленым пламенем. — Это может вызвать дезориентацию — советую присесть.

Вири проигнорировала умоляющий взгляд Рива и полностью игнорировала Брэдана, опускаясь в одно из роскошных бархатных кресел рядом с Хранителем.

— Как я и говорил, это, скорее всего, будет ощущаться странно, — снова предупредил он. Его глаза вспыхнули ярче в свете магического пламени, когда он отставил кружку и взял её руки в свои. — Физически это не причинит боли, но разум — мощная штука, и он будет делать всё возможное, чтобы защитить тебя. Даже от тебя самой. Постарайся расслабиться. Так будет легче.

Это было невозможно, ведь Вири была напряжена не меньше, чем окружавший их камень, гадая, что могло быть настолько ужасным, чтобы она добровольно решила это забыть. Хранитель сказал, что она использовала свое желание семь лет назад, но был только один день в том году, который она хотела бы забыть, — и при этом она живо помнила каждый его трагический момент. Значит, что бы это ни было, это никак не могло быть связано с…

— Готова? — спросил Хранитель, прерывая её мысли.

Вири невольно метнула взгляд на Рива в поисках утешения, хотя знала, что не получит его. С тех пор как она села, он переместился и теперь прислонился к стене рядом с одним из окон. Скрестив руки на груди, он смотрел в темный лес с выражением странной покорности. На виске запеклась капля крови поверх затянувшейся раны, волосы были спутаны, а черная одежда — в клочьях после их опасного пути, но даже так, стоя там, купаясь в лунном свете, он выглядел невероятно — как мрачный герой из одного из любовных романов Уинтер.

Жнец. Монстр. Убийца.

Напоминание о том, кем он был, поднялось из самой глубины души Вири, вызывая острую боль, гремучую смесь гнева, отчаяния… и скорби. Она отвела взгляд, говоря себе, что не нуждается в его утешении. Не хочет его. Он лгал ей — или, по крайней мере, скрывал правду и позволял ей верить в ложь. Пришло время узнать почему, и она была уверена, что ответы заперты в воспоминании, которое украло магическое желание.

Крепче сжав руки Хранителя, она подтвердила: «Да, я готова».

Последнее, что она увидела перед тем, как комната расплылась, — это глубокий вздох Рива и Брэдана, опустившегося в одно из свободных кресел и мрачно уставившегося в огонь. Вири с опозданием осознала, что ей следовало связать его филлиумом, чтобы он не сбежал. Но казалось, он был столь же покорным происходящему, как и Рив, и намеревался дождаться окончания. В любом случае, связывать его было уже поздно: поток элликсена ударил по ней, мир перевернулся, и она исчезла из башни, оказавшись совершенно в другом месте.