Воитель (СИ) - Ли Ян - Страница 24

— А с тобой, — сказал альтернативно волосатый командир, нависая над все еще лежащим мною, — я займусь лично.

На этом этапе я уже почуял неладное.

— Чутье у него, нах. — продолжил Лысый, и в голосе его прорезались чуть-ли не мечтательные нотки. — Дозорный. Да какой ты нахрен дозорный, когда не то что тварь, первый встречный лихой тебя на ремни порежет? Если себя защитить не можешь — ты не дозорный, нах. Ты покойник с сенсорным навыком, а нам такие не нужны, нах. Но не переживай, мы это исправим.

— Я открыл было рот, то ли возразить то ли поблагодарить, но Лысый не дал.

— С завтрашнего утра идешь в дозор, а после ко мне. Если занят — к сержанту, я предупрежу. Вздумаешь отлынивать — тоже плетей получишь.

Он развернулся и ушел, оставив осмысливать масштаб свалившегося на меня везения. И обдумывать, что я не совсем правильно понял суть службы дозорного. Совсем не правильно, к стоянию на посту явно отношения не имевшее…а вот к ускоренной прокачке — да. Кривой, появившийся аккурат к финалу представления, присел рядом на корточки и протянул тряпицу — утереть кровь.

— Ну, ты даешь, — протянул он. — Это ж надо…но оно и не плохо, с настолько отбитым психом связываться не многие рискнут, так что себя ты поставил. Хорошо даже. Лысый, опять же.

— А Лысый это плохо или хорошо? — выдавил я разбитыми губами.

Кривой задумался. Надолго, я даже успел забеспокоится, мало ли чего скажет сейчас.

— Фиг его знает, — наконец изрек он с подкупающей честностью. — Учитель он неплохой, я ж говорил — мне есть с чем сравнивать. Если выживешь — станешь неплохим бойцом. И «если выживешь» — это я не для красного словца, еще неизвестно кому хуже досталось, тебе или им.

Я лежал на мокрой от воды крови…надеюсь, только от них…земле, чувствуя как начинают пульсировать отбитые ребра, как ноет разбитое лицо — и тихо начинал ржать, сам не понимая почему. Наверное, очень веселый день выдался.

Глава 12

Тело наутро было сплошным синяком, ребра ныли при каждом вдохе, левый глаз заплыл и побагровел. Для полного счастья часть ран присохли к нарам, и порадовали свежей кровью. Во рту все так же держался привкус крови, теперь уже застарелой и я предпочел не разбираться, чьей именно. Но при этом…в целом…если подумать…сойдет. С учетом того, как мне перепало, можно считать легко отделался, так что пора вставать. Кряхтя, как дед…хотя нет, дед спрыгнул вполне живенько, пока я сползал.

— Жрать пойдешь? — поинтересовался Кривой, любуясь моей физиономией. — Или нечем жевать?

— Пойду. — Зубы, хвала всем здешним богам, были на месте. — На это я пойти всегда готов.

За завтраком вчерашние знакомые на меня старательно не смотрели, я отвечал им взаимностью…хотя таки иногда посматривал, интересно же было. Результат не слишком впечатлял, меня отделали сильнее…если не считать Безносого. Да и некогда было, нужно было успеть закинуть в себя миску безвкусной каши. Полагавшийся к ней кусок солонины мне на ближайший месяц не полагался — весьма, как я успел узнать, популярный метод поддержания дисциплины и экономии харчей одновременно. Ну, если совсем прижмет, один метод добычи мяса я уже освоил…переварилось, кстати нормально.

— Доел? — поинтересовался незаметно подошедший Гесс, один из пары дозорных, с которыми меня вчера познакомили. И, не дожидаясь ответа, продолжил. — Тогда пошли.

Обладатель модного имени, которого чаще называли Сонным, был мужичком лет сорока, невысоким и вертлявым, с круглым невыразительным лицом и вечно полуприкрытыми веками. Оттого, видимо, погонялом и обзавелся. Но смешным при этом он не выглядел, да и неопасным тоже, хотя и не мог похвастаться богатырской статью. Чем-то напоминал кота, который вроде и спит целый день, но при этом в любой момент готов цапнуть. Двигался Сонный экономно, говорил еще экономнее, а смотрел так, как будто ему этот мир абсолютно понятен. Класс у него, как я узнал сильно потом, был «Следопыт», необычного грейда и с неплохим набором сенсорных навыков, каждый из которых, очевидно, превосходил мой единственный. Пополнение в моем лице он встретил равнодушно, как тучку на горизонте — ну есть и есть, чего теперь.

Со вторым новым знакомцем было сложнее. Парень по имени Лейр — именно что парень, намного моложе меня, лет как бы не семнадцати-восемнадцати -в отличие от большинства обитателей форта выглядел почти прилично. Не вчерашний крестьянин, не битый жизнью бродяга, а будто бы из приличной семьи, только что попавший в сложное положение. Даже разговаривал чисто, без просторечий и каши во рту, свойственной многим местным…и да, загруженный мне в процессе попадания словарь эту разницу неплохо отмечал. Смотрел этот экс-благородный на всех с легкой, тщательно скрываемой (чтоб не огрести) брезгливостью человека, который точно знает, что попал сюда по ошибке, на время, и вот-вот все наладится. Впрочем, это я все так понял — вполне возможно, что понял я все как раз не так…да и пофиг, с расспросами я не лез, равно как и сам не спешил никому рассказывать свою историю. В здешних местах это явно было не принято, что меня более чем устраивало. Класса его я так и не узнал, но судя по тому, насколько он ловко обращался с легким луком, и не сильно хуже с остальными стреляющими приблудами, вывод очевиден. Я аж немного позавидовал, так как все мои эксперименты в стрельбе стабильно заканчивались порцией смеха для наблюдавших за ними.

Остальных дозорных я пока особо не запомнил, да и они не проявляли заинтересованности в моей персоне. Был еще один, длинный и узкоплечий, по прозвищу почему-то не Глист, а Хорек. Какой-то флегматичный здоровяк, ни имени ни клички которого я так и не запомнил, хотя вроде бы слышал. Даже баба одна была, жилистая и злая, с выдубленным ветром лицом лет в полсотни на вид. Судя по обрывочной информации и тому, что она не первый год в мужском коллективе, яйца у нее как бы не больше чем у многих мужиков, но с ней пересекаться мы не должны были.

То, что дозорный и часовой это немного разные вещи, я уже догадался. Что настолько разные — мне объяснили в процессе, когда ворота форта закрылись за нами с тяжелым деревянным стуком. Вот вроде и не видел я за этими стенами ничего хорошего — а все ж как-то не по душе стало. Стены, ров и все эти башенки, оказывается, давали какое-то чувств защищенности, пусть даже и иллюзорное. И стоило оказаться вне их периметра, как мир вновь стал большим, чужим и полным желающих меня съесть. Хотя бы понадкусывать.

— А чего мы ищем-то? — поинтересовался я в вполголоса.

Все. Лаконично ответил Сонный. — Тварей. Чужих людей. Зверей хищных. Следы всех их, и вообще незнакомые. Места необычные — где ничего не растет, наоборот где слишком много чего растет, или опять же, что-то необычное. Это, бывает, после Разломов, даже секунду проживших, остается. А где странное — там часто и твари. Так что смотри, и учись. Ну и чутье свое тренируй, тебя для этого к нам и запихнули.

Чутье. Точно. Я мысленно потянулся к навыку, прислушался к ледяной паутинке, полетавшей все тело, ставшей уже настолько его частью, настолько привычной что я о ней почти забыл. Сейчас она молчала…не совсем так, скорее равномерно шумела на грани восприятия, настолько тихо что даже сконцентрировавшись что-то уловить было сложно. Следовательно, тварей поблизости не было. Или они были, но умели маскироваться, почему бы и нет. Сила и точность чутья зависит от насыщенности эманаций, как сказано в самом авторитетном источнике, так что тут могут быть различные варианты.

Мы шли уже третий час, я уже успел задолбался, выдуть половину воды из выданной мне поутру кожаной фляги, задолбаться окончательно и пару раз посетить кусты. Гесс шел впереди, изучая что-то только ему понятное, время от времени приседая на корточки и трогал что-то пальцами, иногда даже обнюхивая. Вполне возможно, что он просто выделывался перед новичком. Лейр шел замыкающим, изображая огневую…веренее. стреловую поддержку. А я тащился в середине, вертел головой и старательно имитировал бдительность, ну или хотя бы заинтересованность. Понятное дело, что ни того ни другого во мне и близко не было, греблись бы конем и твари, и дозорные, и барон вместе с лысым…но чутье работало независимо от моего желания.