Ночь с монстром - Бэк Татьяна - Страница 3

Здоровяки впихивают меня в какую-то тесную комнату без окон, где развешаны вдоль стен женские вещи, подходящие лишь стриптизёршам, в углу стоит туалетный столик, заваленный косметикой, и словно в подтверждение моих опасений на полке красуется несколько пар обуви на такой высокой шпильке, что смотреть страшно, не то что передвигаться на этих ходулях.

— Так, кукла, времени тебе двадцать минут, приведи себя в ебабельный вид. Салфетки влажные в ящики возьми, все места подотри, чтоб клубничкой отовсюду пахла. Мы у двери пока подежурим! — нагло заявляет тип, обещавший меня изнасиловать.

— А если я не буду этого делать? — бросаю с вызовом.

— Тогда я сам тебя накрашу и одену, но тебе может не понравиться. Или, наоборот, очень понравиться. Давай, проверим? — ухмыляется он.

С ужасом захлопываю дверь и стараюсь перевести дух. Думай, Ася, думай. Это же похищение человека. Неужели они уверены, что тебя никто не станет искать? Сжимаю виски и медленно оползаю по стене, борясь с подступающей паникой. А ведь действительно никто не станет меня разыскивать! Мать, которая так и не простила мне, что сбежала из-под её гиперопеки и начала жить с Монстром, звонила мне только по праздникам. Подруг после известного случая у меня не осталось, ведь теперь я никому уже не доверяла.

Остаётся лишь Олежка… При мысли о мудаке, который опоил меня какой-то химией и продал, словно вещь, кулаки сжимаются сами собой, а слёзы высыхают на глазах. Интересно, сколько ему за меня дали и что обещали? Скорее всего, заверили, что я уже никогда не вернусь. Ну погоди, ублюдок, даже если меня здесь прикончат, то я к тебе в ночных кошмарах буду являться! К удивлению, приступ злости придаёт мне сил и заставляет собраться. У меня есть цель, ради которой просто обязана возвратиться домой!

— Ей, кукла, у тебя пять минут осталось, слышишь? — рявкает через дверь цербер.

Чёрт, я слишком погрузилась в свои мысли. Кидаю взгляд в зеркало и обречённо вздыхаю: бледная как смерть, волосы растрёпаны, губы потрескались, а вокруг глаз тёмные пятна, что с пандой можно соревноваться. Почему-то понимаю, что в таком виде банально не могу появиться перед бывшим. «Это не флирт, не желание понравиться, просто должна доказать ему, что я сильная и красивая даже после того, что он со мной сделал!» — уговариваю саму себя, но понимаю, что это ложь. До зубовного скрежета хочу увидеть восхищение в чёрных и непроницаемых глазах Монстра.

Через пять минут я почти довольна своим отражением: несколько умелых взмахов кистью, чуть помады, немного туши и хайлайтера — лицо преображается. Волосы убираю в высокий хвост, открывая плечи и шею, которую так любил зацеловывать Давид. Только вот с одеждой в этой дыре совсем плохо: сплошь развратные мини-юбочки и топы, едва прикрывающие соски, но каким-то чудом нахожу почти приличное чёрное платье по фигуре, из которого хотя бы не вываливаются ягодицы.

— А ты ничё такая! — заявляет, присвистнув, здоровяк, когда открывает дверь. — А чего блядоходы не обула?

Кошусь с ужасом на монструозную обувь. Лучше уж босяком, чем в этом.

— Хочешь, чтобы я ноги переломала? — отрезаю зло.

— Ну хотя да, не будет же покупатель трахать инвалидку! — довольно гогочет он.

А я холодею, понимая, что скоро окажусь наедине с Монстром, который меня приобрёл явно не для того, чтобы в шахматы поиграть. Неужели он возьмёт меня против воли? Сердце испуганно трепещет, будто попавшаяся в сеть пичуга, а низ живота вдруг наполняется горячей сладкой тяжестью. Нет, я не хочу Давида! Не могу его хотеть после того, что между нами было!

Глава 4

Пока шлёпаю босыми пятками по коридору, прокручиваю в голове всё, что скажу Монстру, пусть не надеется, что приобрёл безропотную послушную куклу. Пытаюсь распалить свою злость, словно боксёр, готовящийся к бою не на жизнь, а на смерть. Но когда дверь в роскошный номер открывается, и я вижу мощный мужской силуэт, стоящий спиной на фоне окна, внутри всё замирает.

Амбалы с довольным гоготом вталкивают меня в помещение и тут же исчезают, словно боясь находиться на территории альфа-самца. А то, что Давид, здесь царь зверей понятно сразу: его тяжёлая властная энергетика буквально пригибает к полу, заставляя принять позу подчинения, лечь на спину и задрать лапки. Трясу головой, стряхивая с себя странное оцепенение.

— Здравствуй, Ася! — раздаётся низкий рокочущий голос, напоминающий штормовой прибой.

Долбанный девятый вал, не иначе. Меня сейчас саму смоет. Но хрен там, я уже плавала в этом шторме и даже умудрилась выжить.

— Привет, Монстр! А я была уверена, что ты погиб! — произношу спокойно, но к концу фразы голос всё же срывается.

— Можно и так сказать…

Давид всё смотрит в окно, не поворачиваясь. Там, внизу, переливается миллиардами огней город, раскинувшийся у ног победителя, взирающего свысока. Судя по тому, сколько за меня было заплачено, дела у Монстра и впрямь идут отлично.

Неловко переминаюсь, не понимая, как себя вести. В моей голове наша встреча выглядела иначе. Я думала, что мужчина набросится на меня с порога или хотя бы решит со мной поговорить, но он будто и не замечает моего существования. Гневные тирады, которые репетировала в голове, теперь кажутся глупыми и бессмысленными. Произносить их сейчас всё равно, что орать на скалу: нелепо и попахивает сумасшествием.

— Ты голодна? — вежливо и холодно спрашивает Давид, постукивая длинными, потрясающе красивыми пальцами по стеклу.

Когда-то он с лёгкостью всего за пару минут доводил меня до оргазма этими самыми пальцами, нажимая и стимулируя мои эрогенные точки, которые, кажется, были доступны лишь ему одному. Больше никому не удавалось даже близко повторить эту феерию.

Впиваюсь ногтями в ладони, чтобы болью вытеснить жаркие развратные воспоминания, от которых до сих пор внизу живота разгорается пожар.

— Ты меня купил для того, чтобы накормить? — ехидно бросаю, давясь собственным ядом.

— Ну раз не хочешь есть, то в бокале твой любимый розовый брют. Надеюсь, твои вкусы не изменились! — всё так же отстранённо продолжает Монстр, не удосуживаясь повернуться.

Подхожу в шикарно накрытому столу и беру изящный бокал, в котором пузырится шампанское, смотрю сквозь хрусталь на танец углекислого газа в искрящейся жидкости, а затем с размаха запускаю в стену, в паре метров от головы бывшего.

Осколки фейерверком разлетаются в стороны, но мужчина даже не дёргается, лишь небрежно стряхивает пару капель, попавших на рукав его идеального делового костюма. Ненавижу Монстра за это!

— Так и будешь смотреть в окно? Неужели не хочешь оценить товар, который приобрёл? Меня даже упаковали, как ты и просил! — шиплю дикой кошкой.

Давид, наконец, поворачивается и тут же жалею об этом… Его взгляд пронзает насквозь, забирается не только под одежду, но и под кожу, буквально сканирует каждую клеточку, эмоцию, мысль.

Да, за эти несколько лет бывший изменился: на мужественном волевом лице появилась упрямая морщинка между бровей, в висках и бороде первые проблески седины, которая необыкновенно идёт к смуглой коже и чёрным глазам. Только вот глаза эти сейчас совсем пустые и мёртвые, будто что-то важное внутри Давида действительно погибло.

— Ты всё так же сногсшибательна, Ася. Хотя нет, стала ещё лучше. Это качество настоящих красавиц: расцветать с годами! Повезло твоему жениху. Правда, это ничтожество тебя недостойно. Продать свою женщину на аукционе… Хочешь, я убью его?

В словах Давида не рисовки и бахвальства, он просто констатирует факт.

— Ты с ума сошёл?

Страх, недоумение, возбуждение, замешательство и мстительность наполняют меня неконтролируемым миксом эмоций. Впервые я не знаю, что делать и как реагировать.

— Нет, я психически здоров, у меня даже справка есть. А вот твой Олег точно сумасшедший, раз предал такую, как ты!

Вот теперь меня взрывает изнутри, так долго и тщательно штопаемую душу вновь рвёт в лоскуты. Подскакиваю к бывшему и выплёвываю ему в лицо.