Сильнее обстоятельств - Квин Мари - Страница 16

— Жаль, если такое тело лишится такой головы, — как бы невзначай протянула я.

— Сие-е-ена… — протянул он, обернулся ко мне, и в его голосе прозвучала смесь укора и легкой насмешки.

Его глаза на мгновение встретились с моими, и я заметила, как уголки его губ дрогнули, словно он пытался сдержать улыбку.

Я же не могла сдержать смех. Он был таким предсказуемо невозмутимым, но все-таки реагировал. Это заводило еще больше. Меня всегда тянуло к мужчинам, которые умели держать удар — не только физический, но и эмоциональный. А Кайл явно умел. И эта его способность сохранять спокойствие даже тогда, когда я пыталась вывести его из равновесия, заставляла меня хотеть большего.

— Что? — невинно спросила я, слегка наклонившись к нему. — Я просто констатирую факты. Ты ведь сам знаешь, что ты… впечатляющий.

Кайл покачал головой, но теперь уже не смог скрыть ухмылку. Он снова перевел взгляд на дорогу. Я видела, как напряглись мышцы на его предплечьях. Мелочь, но она говорила о многом. Он не был полностью спокоен. Мои слова возбуждали его, пусть он и старался это скрыть.

— Знаешь, обычно люди говорят «спасибо», когда получают комплимент, — игриво добавила я.

— Спасибо, — наконец ответил он и снова бросил на меня быстрый взгляд, и я заметила, как уголки его губ подрагивали, словно он не мог решить: смеяться ему или сохранять серьезность.

Кажется, я снова взрывала ему мозг. Наверное, и не только мозг.

Но, кажется, он был не против этого.

Реальность казалась странной и немного нереальной: я сидела в машине рядом с малознакомым мужчиной — профессиональным бойцом, известным под прозвищем Цербер. Мы ехали в неизвестном направлении, а я игриво дразнила его, словно между нами уже существовала давняя связь. И что удивительно: ни капли напряжения или тревоги. Напротив, я чувствовала себя абсолютно защищенной, будто знала его всю жизнь, будто эта ситуация была самой естественной на свете. Как если бы интуиция нашептывала: с ним ты в безопасности, куда бы он ни вез тебя.

Машина замедлилась, и я заметила, как Кайл свернул на узкую улочку, окруженную старыми кирпичными зданиями. Я вопросительно посмотрела на него, но он лишь загадочно улыбнулся, не отрывая взгляда от дороги.

— Мы почти на месте, — произнес он наконец, и в его голосе слышалась та же уверенность, которая заставляла меня внутренне трепетать.

Когда мы остановились, я увидела перед собой вход на крышу одного из зданий. Большой деревянный знак гласил: Brooklyn Grange4[4]. Сердце забилось чаще. Я слышала об этом месте — ферма на крыше, где выращивали органические овощи и травы, но никогда не узнавала больше.

— Ты привез меня на ферму? — спросила я, выбираясь из машины и разглядывая окрестности. Вечерний свет мягко освещал пространство, создавая атмосферу уюта и спокойствия.

— Не просто на ферму, — ответил Кайл, подходя ко мне. Его шаги были уверенными, но в глазах все еще играл этот озорной огонек. — Смотри сама.

Он жестом пригласил меня следовать за ним, и мы поднялись по металлической лестнице, ведущей на крышу. Когда я ступила на верхнюю площадку, мое сердце замерло. Передо мной раскинулось настоящее чудо: бескрайние ряды зелени, цветущие травы и даже несколько пчелиных ульев. Городской пейзаж Бруклина окружал нас, но здесь, среди этого маленького оазиса, мир казался другим — более живым, настоящим.

— Это… потрясающе, — прошептала я, подходя ближе к одной из грядок. Мои пальцы коснулись листьев базилика, источающих тонкий аромат. — Наверное, Нью-Йорк уже не должен удивлять. Но черт! Ферма… прямо здесь, среди города.

— Место — огонь, — сказал Кайл, жестом показывая мужчине, видимо администратору, чтобы подождал. — Тренер как-то притащил меня сюда. Буквально вышвырнул из зала и сказал, что если у меня в голове полный бардак, то единственный способ разгрести его — поработать руками. В грязи.

Я повернулась к Кайлу. Он извинился и отошел к администратору. Я продолжала думать о его словах. Они звучали так просто, но в них была глубина, которая трогала до мурашек. Он выбрал это место не случайно. И теперь я понимала, что за внешним спокойствием скрывается человек, который умеет ценить мелочи и делиться ими с другими.

Кайл вернулся через минуту, администратор подошел с ним, дружелюбно мне улыбнулся, пожелал хорошего вечера. Поблагодарив его, я снова обернулась к Кайлу и, когда администратор скрылся, игриво спросила:

— Такой у тебя план? Привезти меня сюда, чтобы я поработала в грязи? Должна заметить: у тебя нестандартные тактики. Сначала предложил себя ударить, теперь это…

Но я была в восторге. И надеюсь, это было видно. Кайл не усмехнулся, словно не ожидал такого ответа. Но затем его губы тронула легкая улыбка, и он сделал шаг вперед. Я почувствовала, как между нами возникает что-то большее, чем просто флирт. Это был момент, который не нуждался в словах.

— Значит, теперь ты будешь думать обо мне каждую минуту? — не скрывая триумфа, произнес Кайл.

— Возможно, — лукаво протянула я, даже не пытаясь отпираться.

— Хорошо, потому что я арендовал это место для нас двоих.

7. Сила земли и травы, подвох и «больше»

Кайл

Черт.

Блять.

Держи себя в руках.

Это просто девушка. Красивая, уверенная в себе девушка. Далеко не первая в твоей жизни.

Но твою же мать…

Я наблюдал за Сиеной, пока она осматривалась на ферме. В ее глазах читалось искреннее удивление, и это было чертовски приятно видеть. Обычно девушки вроде нее привыкли к роскоши и гламуру, но здесь… Здесь было что-то другое. Настоящее. Я не мог перестать смотреть в ее глаза, блестевшие еще больше.

— Даже интересно, как ты отреагировал, оказавшись тут впервые, — произнесла она, склонив голову набок. Ее голос был мягким, но с легкой игривой ноткой, которая заставляла меня улыбаться.

Я усмехнулся, вспоминая тот день. Первый раз, когда Фрэнк притащил меня сюда, я был зол. Зол на весь мир, зол на себя. А он просто сказал: «Закопайся в землю, если в голове такая помойка».

— Сначала я думал, что это полный бред, — начал я, глядя на нее. — Зачем мне, бойцу, возиться с какими-то растениями? Но потом… Потом я понял, что тренер был прав. Физическая работа, особенно такая простая и почти примитивная, помогла мне очистить мысли. Просто взять и сосредоточиться на чем-то одном — вот что мне тогда было нужно.

— Копаться в грядках? — переспросила она, чуть склонив голову и приподняв бровь. В ее голосе слышалась легкая насмешка, но я видел, что ей интересно. Видимо, она часто так делала: задавала вопросы, будто играла, но за каждой шуткой скрывался настоящий интерес. Это заводило.

— Ага, — кивнул я, снова поворачиваясь к ней. — Он сказал, что пока я копаюсь в земле, я либо разберусь со своей «помойкой», либо хотя бы получу что-то полезное для тела. И что-то посажу. Три в одном.

— Это какой-то намек в мою сторону? — спросила она, и в ее глазах мелькнул озорной блеск.

Я не смог сдержать ухмылку. Вот она снова переворачивала все с ног на голову, даже мои самые простые слова. Именно это в ней и цепляло. Ее острый ум, ее способность держать удар в словесных перепалках. Это заводило еще больше, чем ее внешность. Хотя ее внешность, конечно, тоже делала свое дело.

— Нет, — мирно подняв руки, ответил я.

— Мы тоже будем что-то сажать? — спросила Сиена, сделав шаг вперед.

— Не думал, что ты согласишься на такое, — ответил я, подходя ближе.

Мы оказались почти вплотную. Я ощутил ее парфюм. Легкий, но соблазнительный.

— А ты хочешь, чтобы я согласилась? — переспросила она, и ее голос стал чуть тише, более игривым.

— Если хочешь, могу найти тебе лопату, — предложил я, стараясь сохранять невозмутимость.

Сиена рассмеялась, и этот звук эхом разнесся по крыше, смешиваясь с шумом города вдалеке. Она снова повернулась к грядкам, проводя пальцами по листьям мяты.

— Знаешь, это место… оно интересное, — произнесла она, и на мгновение ее голос стал мягче, будто она говорила сама с собой. — Здесь чувствуешь, как город дышит. Будто он живой.