Отмороженный - Малиновская Маша - Страница 11

– Никак, питание же входит в стоимость обучения, – удивлённо говорит Лина. – Просто берёшь себе, что считаешь нужным и всё.

Ясно. Интересно, сколько вообще здесь стоит обучение? И его оплачивает Владимир, ведь маме, я уверена, такую сумму не потянуть.

То, что за меня платит по факту малознакомый человек, и платит, судя по всему, немало, заставляет ощущать себя неуютно. Но я ведь и не просила об этом.

Получив еду, мы идём и занимаем один из столиков в зале столовой, который всё больше и больше наполняется людьми. Парни и Надя продолжают шутить и весело болтать, я и Лина в основном помалкиваем. Вообще, я люблю поболтать, но мы ведь с ребятами только знакомимся. А Лина, наверное, сама по себе скромная. И даже… как будто чего-то боится. Я замечаю это в ней всего на мгновение, но всё же успеваю увидеть, как она затравленно озирается на один из столов у окна, там, где диванчики. За ним расположились пятеро парней и две девушки. Ведут себя довольно раскованно.

Но подумать об этом я не успеваю, потому что в столовую входят, громко смеясь, ещё несколько парней. Один крупный парень с восточной внешностью, другой выше него, с растрёпанными тёмными волосами и слегка небрежным видом. А третий – Стас.

Он, кстати, в университетской форме, и она ему чертовски идёт.

Когда они заходят в столовую, шум притихает. Ну конечно, а как иначе. Засранец-рок-звезда пожаловал. Все, понятно же, пялятся на него. Все, кроме Вадика, который рядом со мной что-то читает в телефоне, а потом давится куском мяса и начинает кашлять, привлекая к себе внимание тех, кто сидит ближе к нашему столику.

А ещё внимание Стаса. Они с Вадимом пересекаются взглядами всего на секунду, но я не могу отделаться от впечатления, что между ними происходит безмолвный, но весьма содержательный диалог. Вадим заметно краснеет и делает пару жадных глотков сока, чтобы протолкнуть мясо.

– Знаешь, кто это? – Надя толкает меня в бок и говорит едва слышно. – Стас Морозов. Он играл в «Тотем», но под псевдонимом Бонаев.

– Барабанщик, – с придыханием выдыхает Лина, а я сильнее сжимаю в руке стакан.

Интересно, его сейчас кто-то бросится облизывать или просто с обожанием смотреть будут?

– Он тут учился говорят, а потом после конфликта его выперли. Но теперь вернулся и будет учиться здесь, – снова тихо затараторила Надя. – А эти двое его друзья.

– Вот как… – роняю я. Хочу сказать, что в курсе, кто такой Стас и что нас с ним связывают некоторые «родственные» связи, но как-то не получается вставить и слова.

Напряжение в столовой сгущается так ощутимо, что я физически начинаю его ощущать. Как и другие студенты. Стас тоже меняется в лице – выражение словно каменеет, черты становятся жёстче. Интуитивно прослеживаю за его взглядом и натыкаюсь на столик, куда со страхом смотрела Лина. Из-за него встаёт крупный темноволосый парень и медленно направляется к Стасу.

В столовой становится так тихо, что слышно, как где-то на кухне шипят печи. Воздух становится вязким и тяжёлым от напряжения. Я вижу, с какой ненавистью смотрит этот парень на Стаса, как подёргивается нервно уголок его рта.

Кажется, у Морозова в Черногорском есть не только друзья и поклонники…

Глава 13

Напряжение в помещении становится таким, что его, кажется, можно потрогать руками. Оно звенит в ушах тишиной, потому что абсолютно все прекратили любые разговоры и смотрят на разворачивающуюся картину.

Стас же на первый взгляд выглядит спокойным и даже расслабленным, но я уже видела этот его взгляд – сосредоточенный, напряжённый, внимательный. Взгляд волка перед броском.

Морозов останавливается посреди столовой, заложив руки в карманы брюк и широко расставив ноги, и внимательно следит за тем, как тот парень идёт прямо на него.

Внутри пробегает неприятная дрожь. Неужели будет драка? Прямо тут? Посреди столовой?

Помнится мне брошенное сквозь зубы Владимиром «без фокусов, Стас» перед самым нашим отъездом.

Но, наверное, мой сводный братец и «без фокусов» – понятия несовместимые.

Кажется, я и сама задерживаю дыхание, чем ближе подходит этот второй. Неосознанно крепче сжимаю вилку, что аж пальцы белеют. Они оба высокие и довольно крупные. Стас чуть шире в плечах, но и этот второй совсем не слабый на вид.

Второй парень останавливается напротив Стаса в метре и застывает. По напряжённым плечам заметно, что он вот-вот готов броситься в атаку.

– Скажешь добро пожаловать в Черногорский? – усмехается Стас, смерив парня взглядом.

Я не вижу выражения лица парня, он стоит ко мне спиной, а вот опасный блеск глаз Морозова вижу хорошо, и от него у меня мороз по коже пробегает, как бы каламбурно это сейчас ни прозвучало.

Все ждут, что сейчас рванёт и они сцепятся, но парень этот лишь проходит мимо, зацепив Стаса плечом, и покидает столовую.

Я, как и многие присутствующие, тихо выдыхаю, но мне, как и остальным, вполне становится понятно, что эта встреча между ними – только начало.

Но почему между Стасом и этим парнем такая явная ненависть?

Что-то произошло между ними, когда Стас тут учился? Или они конфликтовали вне Черногорского?

– Этот обед мог стать кровавым, – подмечает Вадим. И вроде бы должно прозвучать как шутка, да только и самому Вадиму не очень весело. Он, кстати, как-то внезапно сник и посмурнел.

– Я так думаю, всё ещё впереди, – дёргает плечом Костя. – Мне брат рассказывал, что у них конфликт был в мясо два года назад. Морозова за это и выперли из колледжа.

Костя говорит тихо, чуть склонившись вперёд, а Стас со своими спутниками тем временем, как ни в чем не бывало, заказывает себе еду и идёт к окну раздатки, а оттуда они направляются к столику с диванчиками у окна. Этих столиков немного, и все они заняты, но стоит Стасу направиться туда, трое парней и две девушки, что расположились за ним, тут же встают и пересаживаются за обычный стол в центре.

Это так поражает меня, что я застываю с приоткрытым ртом. Это ведь совершенно неприкрытая дедовщина. Ещё и в учебном заведении такого статуса! Но больше меня это удивляет именно потому, что в центре – Морозов. Его два года тут не было, а ведёт себя так, будто он тут хозяин.

Один из приятелей что-то говорит ему, Стас наклоняется, слушает, а потом поворачивает голову и смотрит прямо на меня. Дёрнувшись от неожиданности, я тут же отворачиваюсь к своим новым знакомым. Несколько раз моргаю, чтобы избавиться от странного тянущего ощущения, что возникает от этого короткого столкновения взглядами.

– А что такого между ними произошло? – спрашиваю у парней за столом.

– Девушку не поделили, – словно между прочим дёргает плечом Костя и отправляет в рот наггетс. – Отмороженный сломал Левашову руку, выбил несколько зубов, расколотил и сжёг машину.

– Отмороженный? – переспрашиваю шёпотом, а у самой по плечам ползут противные мурашки и хочется поёжиться.

– Ну, Стас, – Костя тоже говорит едва слышно. – Его тут так называли. Морозов же фамилия.

– И не только за фамилию, похоже, – кривится Надя. – Он, конечно, красавчик и офигенно шпарит на барабанах, но блин… это стрёмно.

Да не то слово…

– Богдан больше не может играть в команде в баскетбол, – тоже приглушённо добавляет Вадим. – Рука у него теперь проблемная.

– Кстати, вот и эта девушка, – Вадим скашивает глаза в сторону входа в столовую, и мы смотрим туда. Как и очень многие в столовой.

В столовую походкой королевы входит темноволосая статная девушка. С ней ещё три девушки, но она выделяется среди них. Даже не фигурой или красотой, они все красивы, а взглядом. Она смотрит на всех, как королева, не иначе.

– Лея, что ты будешь? – одна из её спутниц подходит к терминалу.

Лея. Это имя я уже слышала в общежитии, какие-то девушки обсуждали, как отреагирует некая Лея на возвращение Стаса. Что ж, теперь понятно, кто это.

Но мне, вообще-то, всё равно. Лея и Лея, что с того?

Мы заканчиваем обедать и идём на улицу. Погода начинает портиться, поднялся ветер и накрапывает дождь. Солнце спряталось, и вечер надвигается на это место очень стремительно.