В огне чужого мира (СИ) - Шарапов Кирилл - Страница 53

Михаил слушал Александра с каменным лицом, наследник престола решил плотно сесть на шею. Интересно, что он готов дать взамен? Краем глаза он отслеживал реакцию на слова сына императора отца Екатерины, а заодно и его покровителя, светлейшего князя Георгия Глебовича. Если второй остался внешне спокойным, и только злость в глазах выдавала его истинные эмоции, то первый был в ярости, которую ему удавалось скрывать с большим трудом. Лицо красное, губы сжались в тонкую линию, видимо, он уже имел разговор с дочерью, и та его послала куда подальше, не простила она ему ни ссылку в Духов мир, ни погибшего возлюбленного. А ведь получи он ее наработки, род Долгоруковых стал бы куда богаче и влиятельней.

— Ваше высочество, я верный подданный империи, — начал плести словесные кружева Михаил, — и с первого дня в плену я искал путь домой. Единственный путь, о котором я тогда знал, был под контролем вольцев, местных жителей, и пробиться через него можно было только с боем, так я стал искать силу и нашел ее. Я готов поделиться и информацией, и своими умениями. Но вы правы, все это принадлежит роду Бельских, и я хотел бы знать, что империя готова предложить взамен.

— Во-первых, титул князя для вас, — коротко ответил Александр. — Я сию секунду готов подписать эдикт, который сделает вас князем, и ваш семейный мезальянс обретет гармонию.

Михаил заметил судорогу, которая прошла по лицу князя Долгорукова. Скорее всего, это было одной из основных тем в разговоре с дочерью, вторая — наверняка гибель Ивана — «как ты можешь жить с убийцей своего брата?». Михаил мысленно улыбнулся, представив, что Екатерина ему на это ответила.

— Во-вторых, деньги, — продолжил наследник. — Империя готова щедро заплатить за то, что вы будете отлавливать золотых духов и собирать с них силу, передавая ее императорскому дому. Пятьдесят тысяч злотней за каждый заполненный накопитель. двадцать тысяч за каждый темный. В-третьих, вы передадите императорской семье технологию изготовления ловушек для черных охотников. Так же мы предлагаем миллион за информацию о том, как вы стали чародеем, и десять миллионов, если вся императорская семья сможет перейти на этот уровень. Об усилении остальных светлых родов мы будем говорить отдельно. Так же вы передадите империи всех своих черных зверодухов, каждый будет оценен в двадцать пять тысяч злотней.

Михаил задумался, в принципе, деньги предлагали хорошие. Но отдавать двойника и Горыныча — верх глупости, у него с собой было два десятка боевых и разведывательных черных, еще с десяток у всех остальных — Берга, Ирины, Екатерины и Верда, хотя, скорее всего, у него уже отжали.

— Я согласен на ваше предложение, ваше высочество, — склонил голову Михаил, — но цена за золотого духа и черных меня не устраивает, боюсь, вы плохо представляете, что это вам даст. Увеличьте расценки вдвое, сто тысяч за золотого, пятьдесят за черных.

Александр с минуту обдумывал ценовую политику, потом согласно кивнул.

— Принимается.

— Еще у меня будет два условия, — продолжил Бельский. — Первое — у меня останутся два зверодуха, двойник и дракон, их я не отдам ни при каком раскладе. Я понимаю, что вам нужен дракон, но он не будет так хорош в чужих руках, как в моих, без него я не буду и в половину эффективен.

— Да как ты смеешь что-то требовать? — не сдержался князь Долгоруков, он был в ярости, но ничего поделать не мог, под суровым взглядом наследника он тут же скис. — Прошу прощения, ваше высочество, — поклонился он и отступил на шаг назад.

— Каково второе условие? — спросил Александр.

— Империя не выкупает разработки моей жены, ее сиятельства княгини Долгоруковой, она выкупает лицензию на производства сроком на пять лет, и с каждого артефакта платит в казну рода Бельских процент. По истечении этого срока лицензия может быть продлена или возвращена.

— Принимается, — коротко кивнул Александр. — Но это касается и улучшений, которые будут внесены в дальнейшем.

Михаил кивнул. Надо было видеть лицо князя Долгорукова, его чуть удар не хватил, но жаль, нельзя получить все и сразу.

Глава 20

По велению наследника Михаила освободили прямо там, в зале приемов. Правда, чтобы избавиться от браслетов, пришлось ждать служащего тайной канцелярии с ключом, поскольку у боярина Стужева его не оказалось. Да и откуда? Он попал в сопровождающие совершенно случайно. Пока ждали, Александр, как и обещал, высочайшим соизволением присвоил Бельскому титул князя, осталось, чтобы его отец подписал, такое без императорского дозволения не работало. Долгоруков этого выдержать не смог и с разрешения его высочества покинул зал. А вот князь Белозерский выглядел откровенно довольным, видимо, это была его инициатива, скорее всего, он вместе с императорской семьей снимет все сливки, подвинув конкурента. Георгий Глебович, брат императора и начальник тайной канцелярии, смотрел на племянника с осуждением и только изредка недовольно качал головой, у него были свои планы на Бельского, и племяш их обломал. Вот кто искренне обрадовался, так это Екатерина с Ириной, они вели себя чинно, как и полагается благородным дамам в обществе, стояли себе тихонько у стены и счастливо улыбались. Не будь тут наследника и его дядюшки с князем Белозерским, они бы со счастливым визгом бросились к нему и повисли бы на шее. Но нельзя, кончилась их вольная жизнь в Имперской слободе, возвращение в свет накладывало на них множество условностей. Особенно от этого будет страдать Ирина. Интересно, она сожалеет о том, что покинула остров? И тут Бельский вспомнил об еще одном, ведь ему нужно будет отправить в Имперскую слободу черного сокола, которого он натаскивал на прохождение подземелья. А как он его отправит, если он передаст его в счет договоренности с его высочеством? Вопрос надо решать, и быстро.

— Ваше сиятельство, дозвольте обратиться, — поклонившись, произнес Михаил.

— Конечно, князь, — благосклонно ответил Александр. — У вас ко мне просьба?

— Да, ваше высочество. Так вышло, что я пообещал нашим соотечественникам, которые остались на острове Ксанс, дать знать, что мы добрались. И описать, какие опасности подстерегают в пути назад. Но я не думал, что окажусь под арестом на столь долгий срок. Мне нужен гонец, черный сокол. Я обещал передать вам всех своих зверодухов, и так вышло, что он тоже включен в их число, но он единственный, кто способен быстро добраться до цели.

— Конечно, князь, это такая мелочь, — отмахнулся Александр. — Я предоставлю вам его, а как выполнит задачу, вернете. Забота о подданных на чужбине — одна из задач империи. Тем более нас очень заинтересовали те земли, но сейчас добраться до них нет никакой возможности, хотя у вас, наверное, выйдет. Но в данный момент это второстепенное направление, сейчас главное — война. Давайте лучше обсудим, что будет дальше. Эй, стол сюда, и стулья, — крикнул он, двери тут же распахнулись, и на пороге появился распорядитель.

— Сию секунду, ваше высочество, — отозвался мужчина.

И ведь не соврал, не прошло и полминуты, как слуги, пыхтя, втащили в сдвоенные двери большой деревянный стол, следом показались те, что несли стулья.

Александр кивнул, после чего посмотрел на Ирину и Екатерину, которые тихонько стояли у стены.

— Ваши сиятельства, я вынужден попросить вас удалиться, дальнейшие вопросы касаются безопасности империи. Вы можете обождать своего мужа, — при этих словах он улыбнулся одними губами, — в одном из кабинетов или дома, не думаю, что мы скоро освободимся.

— Как вам будет угодно, ваше высочество, — в один голос произнесли княгини, после чего, выполнив реверанс, направились к выходу.

И тут Ирина сделала то, что сломало всю помпезную торжественную атмосферу приема, бросив вызов всем устоям империи. Она подошла к Михаилу и, никого не стесняясь, обняв его, поцеловала в губы, прошептав:

— Я люблю тебя.

Бельский от подобного пренебрежения этикетом растерялся, но, похоже, Воронецкой было плевать. Он бросил взгляд на наследника престола, но тот не рассердился, на его лице была улыбка. Екатерина несколько секунд медлила, после чего сделала шаг к Михаилу и, отстранив подругу, заключила его в объятия и подарила свой поцелуй.