Некромант. Космос. Книга 7 (СИ) - Тарасов Владимир - Страница 19

И вот тут начинается самое интересное — я решил воспользоваться этим партнёрством, чтобы воплотить в жизнь свою мечту: собрать техномагический корабль «Дракон». Представляю себе смесь передовых технологий и чуть-чуть магии — корабль, который не просто летает, а танцует среди звёзд, нанося удары с такой точностью и мощью, что враги даже не успевают моргнуть. Его жизнеспособность, урон и подвижность должны были в разы превосходить стандартные модели.

Оставалось только одно — получить доступ к военной верфи. Я обратился к Персефоне, своему надёжному связному:

— Персефона, найди мне «бывшего» главаря пиратов, пусть договорится об использовании верфи с военными.

— Слушаюсь, — ответила она, и я почувствовал, как напряжение начинает спадать.

Честно говоря, мне было всё равно, кто вообще командовал пиратской станцией. Главное — доступ к верфи. Ведь в этом мире, где каждый день может стать последним, время — самый ценный ресурс. Корабль конфигурации «Дракон» ещё покажет всем, на что способен настоящий техномагический корабль.

Присутствие Персефоны пропало в тень коридоров. Она вездесуща словно призрак, который знает, что каждый неверный шаг может стать последним. Я остался один в своей каюте, глядя на мерцающий голографический план станции «Арес». Верфь — это не просто место ремонта, это сердце всей операции, кузница будущего «Дракона». Если мы сможем получить туда доступ, то откроется целый мир возможностей: от модернизации брони до внедрения экспериментальных техномагических систем, которые мы разработали.

Только Лия расстроится, она много сил вложила в чертежи конфигурации кораблей, когда я поделился с ней своими идея. Я то еще смогу попасть на верфь, но вот Лия королева муравьев — человекоподобный «монстр», в глазах обывателей космической цивилизации. Ее вряд-ли можно доставить на военную верфь.

Время шло, и новости от Персефоны приходили с разной скоростью. Главарь пиратов, ныне нежить оказывается, не просто «человек» с пистолетом и харизмой — это хитрый игрок, который умеет торговаться и знает цену каждой детали. Переговоры шли сложно, ведь пираты не любят, когда им диктуют условия, а военные не желают терять контроль над своими ресурсами.

Да теперь он ни тот, кем он был. Но мертвец должен отлично отыграть свою роль и не вызывать подозрения у военных. Поэтому переговоры сильно затянулись и мне пришлось подыграть — пиратская станция имитировала свой прежний образ жизни. И вот, спустя несколько дней, Персефона вернулась с новостью:

— Военные согласны. Но с кучей кабальных условий, но для нас это не проблема. не кому быть отвечать за последствия.

— Ну и отлично. Мне все равно, какая будет цена, если ни нам по ней платить, — пожал я плечами.

Выбора особо не было. Это была проверка на прочность криминального союза. Если мы не справимся — доступ к верфи останется мечтой. Я собрал команду, проверил необходимые детали и приготовился к отправки на верфь.

«Дракон» ещё не построен, но мы уже начали писать его легенду. Я давно понял: космос — это не просто пустота и звёзды. Это арена, где каждый ход — это игра на выживание, а союзники и враги меняются местами быстрее, чем мигает звезда на горизонте. Игра началась. И я был готов сыграть в неё по своим правилам. Просто иногда нужно поддаться, чтобы противник думал, что все у него под контролем — это его расслабит.

Прибытие пиратов на военную верфь — это всегда маленькое шоу, поэтому нужна была небольшая подготовка. Итак, мы отправились с нашим небольшим караваном — часть кораблей, а остальные на буксире, словно упрямые кони, которых не удалось заставить идти самостоятельно. Военные, конечно, сразу выставили свои условия: никаких лишних пушек, никаких скрытых сюрпризов.

Мы, конечно, согласились — не потому что боялись, а потому что играли по их правилам, чтобы получить доступ к их ресурсам. Разбирать корабли полностью мы не могли — это ж не пазл из детства — но ключевые детали и платы отключить было делом нехитрым. Мои ребята — инженеры и техники, теперь уже нежить, — с удовольствием взялись за дело под зорким глазом военных специалистов, которые, честно говоря, даже не догадывались, с кем имеют дело.

Но от этого их профессиональные способности только выиграли. Я давно заметил, что разница живых и нежити при установке нейросетей огромна. При установке живому товарищу — необходимо соблюдать медицинские показатели и уровень интеллекта при загрузке баз. Мертвецу же без разницы, главное чтобы хотя бы был мозг, а дальше можно хоть «кувалдой» установить нейросеть и вбивать любое количество баз. Мозг нежити воспримет все, как пустыня воду.

А отсутствие лишних чувств и эмоций сделают специалиста только лучше. Так что у меня потенциально каждая нежить могла быть специалистом любого профиля — подавай ток нейросети и базы знаний, ну и немного времени на освоение. Хотя и недостатки присутствовали — «свежая» нежить была слегка туповата на творчество. Ну и я не был самодуром — не требовал лишнего, для меня было достаточно исполнения приказов.

Я взял с собой полный состав инженеров и техников, а также пять корпусов «Драконов» для нового поколения кораблей, за исключением Адарилового. Внутри него хранилась малая пирамида смерти — вещь настолько загадочная и опасная, что объяснить военным её назначение было бы сродни объяснению коту квантовой физики. Поэтому я оставил этот корпус Лие — она, как никто другой, сможет превратить эту загадку в шедевр техники, от первых чертежей до последнего болтика.

Вот так, с грузом надежд и тайных планов, мы вошли в эту строгую, холодную военную среду. Военные смотрели на нас свысока, обыскивали поверхностно, словно мы — просто грязные торговцы с рынка, а не нежить с целой армией знаний и магии. Но я знал: в этой игре важен не только внешний вид, а то, что скрывается внутри — и пока «Дракон» не взмыл в космос, мы держим все карты в руках.

И вот мы на верфи — сердце «Ареса», где скоро железо встретится с магией, а технологии переплетутся с тайнами нежити. Первое, что бросается в глаза — это гул работающих станков, мерцание голографических панелей и запах горячего металла, который проникает в ноздри сильнее, чем кофе по утрам. Военные, конечно, держат дистанцию, но я вижу в их глазах смесь любопытства и скрытого уважения — им тоже интересно, что мы замышляем.

Мои инженеры-нежить сразу принялись за дело: отключали лишнее, перепрошивали платы, внедряли новшества. Их руки двигались с точностью хореографов, а мозги — словно суперкомпьютеры без глюков и сбоев. Иногда я ловил себя на мысли, что если бы все инженеры были такими — война закончилась бы ещё вчера. Лия, на пиратской, уже разбиралась с загадочной пирамидой смерти, ставя небольшие эксперименты для эфективного использования пирамиды в космическом сражении.

Но, конечно, не всё шло гладко. Военные устраивали внезапные проверки, а однажды даже пытались устроить «случайный» обыск в наших жилых модулях. Моим ребятам пришлось проявить чудеса дипломатии и хитрости — ведь раскрывать все карты сейчас было бы самоубийством. К счастью, Персефона всегда была наготове, чтобы сгладить острые углы и напомнить нам, что их верфь — просто груда металлолома. Внедрить бы в их искин душу, дело пошло бы быстрее., но увы у меня пока не было к нему доступа. Нам дали с краю верфи несколько небольших ангаров, но для наших нужд этого хватало.

Каждый день на верфи — это маленькая битва за будущее. Мы не просто ремонтируем корабли, мы создаём легенду. «Дракон» должен стать символом новой эры, где технологии и магия идут рука об руку, а нежить становится не просто инструментом, а настоящим творцом.

Так что, пока военные думают, что держат ситуацию под контролем, мы тихо готовим свой ход. Ведь в этой игре выживает не самый сильный, а самый хитрый. И я намерен быть именно таким — игроком, который меняет правила прямо посреди партии. Вперёд, к звёздам и новым победам!

Прошло несколько дней с тех пор, как мы обосновались на краю верфи «Арес». В ангаре, где пахло свежим металлом и старым маслом, наши инженеры — нежить уже вовсю работали над первыми модулями «Дракона». Каждое движение было отточено до автоматизма — словно в танце, где даже малейший сбой может стоить жизни. А я, между делом, наблюдал за военными инспекциями, которые то и дело бросали на нас взгляды, полные и подозрений. Интересно, кто-то из них догадается, что мы здесь не просто чиним корабли?