Секреты Алкроуз (ЛП) - Моронова К. М. - Страница 14

Я опускаюсь на стул рядом с Эрвином, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Эш был их другом, а не моим. В воздухе над нами повисла болезненная тишина, отчего мне тоже становится тяжело.

Эрвин переплетает пальцы и стискивает зубы:

— Я так рад тебя видеть, Эш. Ты… живой.

Люсина забивается поглубже в диван, нахмурив брови. По ней видно, как сильно она рада, что он в порядке, но в то же время в её взгляде читается глубокое замешательство.

Винни поправляет свои круглые очки и подается вперед; он сидит ближе всех к Эшу и говорит тише остальных:

— Ты правда в порядке?

Эш какое-то время молча гипнотизирует его взглядом, затем медленно моргает и переводит отрешенный взор на огонь:

— Да… Мне жаль, что я заставил вас всех так сильно за меня переживать.

Тамарис резко встает, кипя от гнева и своего привычного высокомерия:

— Ну и? Может, снизойдешь до объяснений, что вообще произошло?

Эш закрывает глаза, позволяя тяжелой тишине повиснуть в комнате на несколько долгих, неловких минут.

— Объяснять особо нечего. Вы наверняка проходили медицинский осмотр точно так же, как и я. Артур привел меня сюда после того, как они подтвердили, что я Нова, и они заставили меня использовать мои способности ради Фернестии, — на последних словах его голос едва заметно дрожит.

Роуэн взъерошивает свои каштановые волосы в порыве разочарования и хмурится:

— Погоди… ты помогал им? На что вообще способна твоя Тень?

Эрвин шевелится рядом со мной. Его отчаяние можно потрогать руками. Очевидно, что он по-настоящему дорожит Эшем, и теперь его представление о друге, похоже, висит на волоске. Сам же Эш не выглядит ни обрадованным встрече, ни опечаленным разлукой. Это странно. Он холодный — совсем не такой, каким они мне его описывали.

Эш открывает глаза и встречается взглядом с Роуэном:

— Да, помогал. Моя Тень может искривлять пространство.

На мгновение мы все застываем в замешательстве, но затем в моей голове пазл складывается. Кровь в жилах мгновенно закипает, и через секунду я уже на ногах, сжав кулаки по швам. Эмоции берут верх над разумом.

— Погоди, так это ты создавал порталы? — мой тон звучит резко и враждебно.

Надо отдать ему должное, Эш не тушуется под моим убийственным взглядом. Его тусклые серые глаза задерживаются на мне без особого интереса:

— Да, я.

Это он сделал всё это возможным для фернестийцев. Без порталов они не смогли бы перемещаться так, как перемещались. Внутри всё болезненно сжимается и переворачивается.

— Это было ради вашей же защиты, — роняет он тише, но мою ярость уже не унять.

— Это всё — абсолютно всё — твоя вина, — выплевываю я с ядом в голосе.

Эрвин резко поворачивает голову ко мне; его лицо искажают мука и гнев, но он молчит, пока я продолжаю уже низким, смертоносным голосом:

— Мои родители мертвы…

Эш делает четыре размашистых шага в мою сторону. От его ледяной уверенности мои глаза округляются. Его Тень темными завитками срывается с кончиков пальцев, пробирая меня до костей:

— У нас у всех родители мертвы, придурок. Единственное, что я сделал, — ускорил развязку этой хреновой ситуации, чтобы спасти своих друзей. — Его взгляд перескакивает на Люсину. — И, похоже, ты уже успел клеймить одну из них. Как по мне, так это ты убиваешь единственных людей в этом мире, которые мне еще не безразличны.

Винни и Алани обмениваются тревожными взглядами, после чего Тамарис яростно уставляется на меня и рявкает:

— Какого хера он несет?

Клеймил? О чем он вообще? В синих глазах Люсины видны те самые трещины, которые отпечатала на ней моя Тень Новы — он это имеет в виду?

Ячищаю горло:

— Я никого не убивал, — выходит куда более неуверенно, чем мне хотелось бы.

Взгляд Эша остается холодным и непреклонным, когда он цедит:

— Она умрет до конца учебного года, и это будет на твоей совести.

Мои глаза расширяются, а слова намертво застревают в горле. Нет.

Винни поправляет очки и внимательно всматривается в глаза Люсины:

— Так вот что значат эти трещины в её глазах?

Эш кивает, и остальные мои друзья медленно переводят взгляды на меня. Осуждение и неверие приходят на смену их прежней вере в меня.

— Как нам от этого избавиться? — спрашивает Роуэн голосом, который вот-вот разобьет мне сердце. Я не хочу, чтобы кто-то из них умер, и уж подавно — Люсина.

— Клеймо нельзя снять, — отрезает Эш, буравя меня холодным взглядом.

В комнате воцаряется тишина, и Люсина лишь бледно улыбается мне. Она наверняка видит отчаяние на моем лице, но почему она просто сидит и смотрит на меня так, будто всё в порядке?

— Всё хорошо, Эдгар, — тихо говорит она, и я знаю, что она это искренне. Темные круги под её глазами выдают её измученное сердце, и от этого меня тошнит.

— Ничего не хорошо. — Я качаю головой.

Последующая за этим жуткая пауза длится до тех пор, пока не заговаривает Эрвин. Он понижает голос на случай, если кто-то окажется поблизости:

— Я не хочу прислуживать Фернестии, как ты, Эш. Я хочу сражаться против них. Эдгар и Люсина тоже этого хотят. Именно поэтому я и собрал нас всех вместе.

Роуэн неловко ерзает на своем месте, но Тамарис и Алани выглядят заинтригованными. Винни тупо смотрит на журнальный столик, глубоко уйдя в свои мысли.

Алани подает голос первой:

— Я тоже не собираюсь им помогать. — Тамарис рядом с ней согласно кивает. Винни и Роуэн, кажется, пока колеблются.

— Вы просто все поголовно сдохнете, — яростно бросает Эш.

— Значит, ты собираешься и дальше им прислуживать? — лицо Эрвина искажается от отвращения.

Эш бесстрастно кивает. И это, похоже, заставляет остальных окончательно определиться.

Винни стискивает зубы и бормочет:

— Один хрен, исход один. Я лучше умру, сражаясь за свою страну и за то, что правильно.

Тяжело наблюдать, как они ломаются из-за всего этого. Я знаю, что память об Эше была тем, чем все они дорожили, но теперь кажется, будто он был не более чем фарсом. Так легко поддался иллюзии безопасности, а может — просто повелся на силу.

Эш замечает, как изменился настрой его друзей, и качает головой:

— Вы все погибнете. Не говорите потом, что я вас не предупреждал.

Он поднимается и уходит к себе в комнату, оставляя нас в тишине, которую нарушает лишь потрескивание дров в камине.

10

ТЕРРА

По крайней мере, вид здесь не самый ужасный.

Я глубоко вдыхаю ночной воздух, сидя на самом краю моста и подтянув ноги к груди. Я устроилась прямо перед дверью в Дом Нова. Эдгар со своей компанией устроили собрание в гостиной, а у меня сегодня не было ни малейшего желания вести беседы, так что я предпочла им тишину гор и звезд.

Я наклоняюсь, чтобы заглянуть в окно, и замечаю, что гостиная уже опустела. Они все выглядели такими серьезными и злыми; интересно, что они обсуждали? Мысли путаются в голове, пока я делаю очередной глубокий вдох, наблюдая, как пар белым облачком сворачивается в холодном воздухе. Здесь, снаружи, хорошо, поэтому я решаю побыть тут еще немного. Закрываю глаза и позволяю мыслям унести меня куда-то, где не так паршиво.

— Что ты здесь делаешь?

От голоса Элиаса у меня спина мгновенно выпрямляется. Я поднимаю голову и натыкаюсь на его недовольный взгляд. Смахивая остатки сонливости с глаз, я пытаюсь выдавить подобие улыбки:

— Я пока не была готова зайти внутрь.

Он молча разглядывает меня, а затем протягивает руку. Я перевожу взгляд с его ладони на лицо. Его бровь едва заметно приподнимается. В его глазах читается тепло. Почему я так отчаянно им дорожу? То, как он смотрит на меня одну — с этой несвойственной ему уязвимостью, — зажигает настоящее пламя в моем сердце.

Я принимаю его руку, и он рывком поднимает меня на ноги.

— Пошли внутрь, — бормочет он, прижимаясь губами к моему затылку. Голос у него такой же уставший, как и я сама. Я слишком остро чувствую тяжесть его ладони на своей талии: он притягивает меня вплотную к себе, и по моим телу разливается спасительное тепло.