Неоновый Поток (ЛП) - Торн Ава - Страница 2

Я юркнула под ближайший навес. Но даже спрятавшись в этом маленьком убежище, я все равно чувствовала на себе осуждающий взгляд ангела. Я была грешницей, в этом не было никаких сомнений, и он знал, что я не замышляю ничего хорошего.

Бетонно-стальные улицы блестели от воды, которая бурными потоками хлестала с каждой крыши и стены, скапливаясь в самых неподходящих местах. Я ненавидела город в дождь. Вода собирала грязь, химикаты и гниль, покрывавшие неоновые трубы Стеллариума — энергосистему нашего города, — которые пульсировали на каждом здании и каждом устройстве. Улицы становились скользкими от химии и углерода. В Нео Стелларис, блядь, всегда шел дождь.

Быстрое касание дужки моего «Вайзора», и на дисплее высветился маршрут до места встречи: круглые зеркальные линзы спроецировали дополненную реальность прямо на окружающие улицы. Еще пятьсот футов — и все. Всего пятьсот футов под мертвым взглядом этого ангела, и все закончится.

Мой мизинец дернулся, и я прикусила губу, машинально ища фантомную электронную сигарету. Всего одну затяжку. Нет — я и так приняла слишком много Вектора, моего любимого наркотика. Вот почему я никак не могла отделаться от взгляда ангела. Зрение вспыхивало от каждого неонового блика, а Флюкс в моей крови запел, стоило мне прислониться к трубе Стеллариума. Электрическое поле, которое она генерировала, танцевало с той силой, что вечно дремала прямо под моей кожей. Она хотела вырваться наружу и поиграть; она хотела свободы.

Никто не знал, почему у некоторых людей развился Флюкс во всех его различных формах. Ведущая теория гласила, что виной всему некое излучение, исходящее от нового элемента Стеллариума — спасителя нашего мира, — но точных доказательств пока ни у кого не было. Чувствуя, как энергия трубы резонирует со мной, я была готова в это поверить. Около дюжины корпораций наперегонки пытались найти точный ответ, в то время как число рожденных с мутацией людей медленно росло. Мир содрогнулся, когда у детей начали проявляться способности управлять огнем, водой, воздухом… и многим другим. Но теперь, почти тридцать лет спустя, большинство даже глазом не моргало.

Я прижалась лбом к поверхности из тетрагласса и пожалела, что не могу просто раствориться в ней. Пожалела, что не могу стать просто потоком электронов, ведомым силой настолько огромной, что ее невозможно осознать. Скоро я им стану — но не сейчас.

Мои пальцы впились в карман куртки, отчаянно шаря внутри, пока не нащупали электронную сигарету «VaPurr». Я вытащила ее, и флуоресцентно-зеленая жидкость внутри вспыхнула в свечении Стеллариума.

Я сделала глубокую затяжку; вкус напоминал клубнику и жженый пластик. Зрение затуманилось, но электричество — Флюкс в моей крови — сгладилось. Больше никакого резкого гула, только синхронная мелодия, и ничего прекраснее я в жизни не слышала. Больше никаких мыслей, никакой вины, никакой боли. Лишь бесконечная пустота, встречающая меня с распростертыми объятиями.

Вектор — всего пара молекулярных связей отличала его от метамфетамина, который японское правительство когда-то выдавало пилотам-камикадзе. Разработан корпорацией «ПОМ Энтерпрайзис» — крупнейшей в городе — для их частной службы безопасности, почти все из которых были носителями Флюкса. Одна затяжка превращала даже минимальный Флюкс в высокоточное оружие, усиливая мощь и сужая фокус. Я никогда не была силовиком. Нет, все, что видели люди, глядя на меня, — это очередную шлюху, обдолбанную самым популярным уличным наркотиком.

Я тряхнула головой, рассыпав по плечам длинные лавандовые волосы, и оттолкнулась от трубы. Длинные ногти — их уговорила меня нарастить новенькая девчонка из клуба, Мерси — мягко стукнули по стеклу; модный лак, активируемый Стеллариумом, тускло светился. Мой «Вайзор» мигнул, и я пошла по маршруту к месту назначения. Я постучала в боковую дверь склада — одного из многих в плотной застройке Синего Района.

Я выбила нелепый ритмичный стук, которому меня научила Таос, словно это было какое-то старомодное гангстерское убежище. Через несколько мгновений ее лицо появилось на визоре рядом с дверью. Она собрала свои светло-русые волосы назад и измазала красивое лицо черной краской, чтобы скрыть черты — возможно, для устрашения.

— И, ты пришла. Я была не уверена… — Таос замялась. — Слушай, я знаю, профессор Танака сказал, что ты должна нам помочь, но эта миссия… она будет опасной. Чертовски опасной. — Она снова выдержала драматическую паузу.

— Я знаю это, Таос. Впусти меня.

— Мы лезем в самое сердце «ПОМ Энтерпрайзис». Нет никаких гарантий, что мы выберемся оттуда живыми. Это последний шанс уйти.

Отлично. Я чуть было не сказала это вслух, но вместо этого пробормотала:

— Я готова.

Лицо Таос изменилось. Я раскусила ее блеф.

— Слава богу. Заходи. Я услышала, как щелкнул замок, и толкнула дверь. Она ждала меня и тут же втащила в неосвещенный коридор.

Я слышала, говорят, будто у каждого наркомана есть склонность к суициду — просто они могут об этом еще не знать. Вместо того чтобы бежать к смерти, мы медленно к ней бредем. Но конец всегда один. Была ли эта теория научно обоснована или нет, для меня она звучала как правда. Сегодня ночью, когда вся моя жизнь рухнула, я была готова ускорить этот процесс.

***

В подвале было сыро, единственный свет исходил от огромного голографического экрана на дальней стене. Легко взламывается. Огромная угроза безопасности для этой и без того кустарной операции — но я промолчала.

— Итак, у каждого из нас есть своя позиция. — Грубоватого вида белый мужчина лет тридцати с песочными волосами стоял впереди. Дикон — так, кажется, его звали? Мне было плевать. Гораздо интереснее было наблюдать, как блики от экрана пляшут перед глазами.

— Как только мы пробьем их внешний уровень безопасности, у нас будет меньше десяти минут, чтобы выкачать данные. Думаешь, справишься с этим, новенькая?

Его глаза из-под тяжелых надбровных дуг оценивающе смотрели на меня, и увиденное им явно не нравилось. Тем хуже для него. Они были в отчаянии. Иначе они бы не взвалили судьбу всей операции на какого-то торчка, о котором почти ничего не знали.

— Полный спектр, капитан, — сказала я. О, ему это совсем не понравилось.

Таос вмешалась:

— У меня есть ледокол. Прямиком от картеля казино Макао. Ни одна система безопасности перед ним не устоит. И просто должна найти данные, как только мы окажемся внутри. Она справится.

Слишком много уверенности от человека, с которым я познакомилась четыре дня назад. Она говорила мне о ледоколе, но я не знала, что это настолько передовая штука. Подобная вещь должна была стоить миллионы кредитов. Оглядывая эту жалкую компашку, я понятия не имела, как они провернули такое дело. Но даже этого было бы недостаточно, чтобы получить нужные им данные. Им требовался киберраннер, достаточно опытный, чтобы сориентироваться в лабиринтах внутреннего киберпространства ПОМ. Им нужна была я.

Кажется, Дикон был удовлетворен тем, что Таос стала моей нянькой. Он продолжал трепаться, а я полностью отключилась. Таос перебирала пальцами мои длинные лавандовые волосы. Она заплетала их для миссии — по крайней мере, так она сказала. Каждое прикосновение и легкое потягивание отдавалось экстазом, особенно под действием Вектора. Я наслаждалась этим даже чуточку больше, чем следовало.

— Не выгляди такой нервной, И, — сказала Таос, приняв мои судорожные вздрагивания возбуждения за нервозность.

Свои длинные светлые волосы она заплела назад в тугие косы в стиле викингов. Это открывало вид на многочисленный пирсинг в каждом ухе. Металл дисгармонировал со светящимся хрустальным кулоном на ее шее. Черные линии боевого раскраса лишь усиливали образ принцессы-воительницы, который она на себя нацепила. Она была слишком красива, чтобы ввязываться во все это, но, думаю, ей нравилось быть королевой для этих восторженных мальчиков-бунтарей.

— Профессор Танака говорил мне, что ты гений в киберпространстве. После того, что ты показала мне вчера, это дело на пару байтов.